Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВТУРИН-2006
ХРОНИКИ РУССКОГО ДОМА
ЗВЕЗДЫ ШУТЯТ
— Валер, ну хоть ты ему объясни, что тут происходит! – актер Леонид Ярмольник указывал певцу Валерию Сюткину на горемыку-итальянца, который наверняка забрел на Corso Reggio Parco, 39, просто выпить-закусить, а очутился в богемном оцеплении возбужденных людей, ожидающих прибытия Татьяны Навки и Романа Костомарова.
— Ду ю спик инглиш? – деловито полюбопытствовал Сюткин у растерявшегося итальянца.
— Да ни бельмеса! – ответил за него Ярмольник. – Ты ему давай по-итальянски объясни.
— Хм, — озадаченно почесал затылок Сюткин. – Значит, так. Русские – понимаешь?
Итальянец заинтересованно кивал.
— Отлично! – обрадовался Сюткин и продолжил на чистом русском языке: – Русские идут! Сюда. Ви ар вейтинг зей. Олипмик чемпионз. С медалями золотыми, андерстенд? Медаль вот такая – с дыркой, — Валерий пальцем нарисовал на своем животе окружность. — Короче, увидишь дырку – кричи «браво»! Уяснил?
Туринец лишь испуганно сделал шаг назад. А Ярмольник успокаивал гостя:
— Ты его не бойся, он на самом деле не буйный. Я его давно хочу в лечебницу сдать, да не берут.
Не успел Леонид договорить эту фразу, как его вместе с итальянцем закружил людской водоворот и понес к лестничному пролету. Там появились олимпийские чемпионы.
СЛУЦКУЮ НЕ ПОЖАЛЕЛИ
Ой, какая ж она маленькая! Это первое, что я подумал, когда увидел Татьяну Навку вблизи. Думать, а тем более писать такое про фигуристку ростом 170 сантиметров, нелепо. Поэтому давайте напишем, что хрупкая. И – очень-очень стройная.
Визит Навки и Костомарова укрепил меня в убеждении: перед туринскими состязаниями наших фигуристов держат на хлебе и воде. Не исключено, впрочем, что только на воде! Помните, какими яростно голодными пришли в «Боскодом» Евгений Плющенко и Алексей Мишин? Последнего нестерпимый голод заставил даже преждевременно покинуть пресс-конференцию («СС» от 18. 02. 2006). Вот и вчера (дело было около часа ночи), едва расположившись в пресс-центре, Костомаров заявил: «Давайте коротко, если можно. А то очень есть хотим».
— И выпить! – строго предупредила Навка.
Времени на журналистские размышления не было.
— Вам Слуцкую-то хоть жалко? – сказал я в микрофон.
— Нет, — молниеносно отреагировала Татьяна. Так, чтобы впредь я и думать не смел, что ей может быть кого-то жалко.
— А как же все эти разговоры о том, что четвертого золота России в фигурном катании не дадут? Вы взяли третье. Получается, оставили Иру ни с чем? — я все-таки дал нашей паре шанс проявить хоть чуточку сострадания.
— Мы выиграли не потому, что нам помогали судьи, — твердо стояла на своем Навка. – А потому, что были сильнее. И Плющенко был сильнее. И Тотьмянина с Марининым. У меня нет сомнений, что Ирина Слуцкая тоже докажет, что равных ей на сегодняшний день нет.
Короткий брифинг завершился вручением чемпионам традиционных для «Боскодома» подарков – мобильных телефонов эксклюзивной серии.
— Теперь – кушать! – провозгласила Татьяна Навка и вслед за партнером устремилась к накрытым в банкетном зале столам.
— И выпивать! – напомнил я, увязавшись за ней. Хотя прекрасно понимал, что по заведенному здесь порядку в ближайший час ни поесть, ни по-человечески выпить им не дадут.
ПРОИЗВОЛЬНЫЙ ТАНЕЦ КОЛОСКОВА
Так и вышло. Не успела Таня потискать свою пятилетнюю дочурку Сашу, как ее с Романом вызвали на сцену. Там уже стоял «Сюткин бэнд» в полном составе, ленкомовец Олег Янковский и руководитель «Имперского русского балета» Гедиминас Таранда с неизменной чашей для полоскания медалей. На моей памяти в ней впервые плескался алкогольный напиток – шампанское.
Чуть позже на сцене объявились консультант Федерации фигурного катания России Татьяна Тарасова и тренер чемпионов, по совместительству супруг Навки, Александр Жулин. Тарасова как умеет, с проникновенной теплотой выразила благодарность судье Алле Шеховцевой (супруге президента Федерации фигурного катания России Валентина Писеева. – Прим. ред.), работавшей от России на танцах. Жулин согласно кивал.
На этом официальные речи завершились и начались вполне произвольные танцы. Особенно зажигательным был старый, времен «Браво», шлягер «Вася», который Сюткин громогласно посвятил присутствующему в зале видному телекомментатору и постоянному автору «Советского спорта» Василию Уткину. Василий, несмотря на мольбы окружающих, в пляс не ринулся, держал себя в руках, одну из которых он, кстати, сразу сжав в кулак, продемонстрировал озорному солисту.
Зато другой персонаж, которого мы также привыкли ассоциировать с футболом, танцевал до упаду. Член Исполнительного комитета УЕФА Вячеслав Колосков не пропускал ни одного музыкального номера. Чтобы поговорить с ним, надо было либо приглашать его на танец, либо дождаться, когда сойдет с дистанции «Сюткин бэнд». Интуитивно я выбрал последнее.
— Вячеслав Иванович, как вам Олимпиада?
— Нравится. Я не с самого начала здесь. Зато как только ночью прилетел – сразу на лыжи с утра пораньше. И наши девчонки побеждают в эстафете! В таком ритме и работаю – ни дня без медали. Считаю, их количество уже позволяет говорить о том, что Россия выступила достойно.
— Что вас больше всего зацепило из увиденного?
— Лыжная эстафета, наверное. Первый мой день. Буря эмоций. Лыжи – это спорт чистой воды. Никаких тебе очков, артистизма. Прибежал первый – получи медаль золотую. Хотя я безумно рад за Валентина Писеева. Безумно! Мы ж с ним сколько лет на Лужнецкой набережной вместе сидели. Я в 74-м пришел, а он уже трудился там. И проблемы у него тоже были большие, свалить его пытались. Но – выстоял! И вот вам результат. Пусть попробует его сейчас хоть кто-то в чем-то упрекнуть!
— А негативных эмоций успели хватануть?
— Дороги здесь ужасные. Хуже, чем…
Мне так и не удалось узнать, с чем не могут сравниться итальянские трассы, потому что к нам подошел разгоряченный, запыхавшийся Валерий Сюткин. Было ощущение, что он тоже выиграл Олимпийские игры. Ну, по крайней мере, только что принял в них участие.
— Не, ну как мы, а? – с задором спросил он нас.
— Класс! – Колосков поднял большой палец вверх. Я его мнение с охотой поддержал.
— Мы ж тут до этого итальянцев три часа укатывали! – похвалился Валерий. – На террасе зимней концерт им давали. А тут чемпионы наши как раз подкатили. Мне говорят, давай еще, мол, пой. А я чего – я ж патриот. Ну как тут не спеть! Спел. Только вот вымотался очень…
НАВКА ДЕРЖАЛАСЬ ДО КОНЦА
Без «Сюткин бэнда» вечеринка сразу потускнела. Ушел, галантно поцеловав ручку Навке, Колосков. Покинул заведение Валентин Писеев с компанией. Давно не видно даже одного из главных героев – Костомарова. Очень долго собирались, но все же уехали Таранда и жены российских хоккеистов. Каких именно – не скажу. А то на нынешнем хоккейном турнире и без того повышенный травматизм.
Впрочем, для успокоения ледовых рыцарей замечу, что балагура Таранду на выезде из «Боскодома» из-за руля служебной «Ауди» все же высадили. Каким-то чудом Илье Авербуху удалось убедить бесшабашного водителя, что он, Авербух, поведет автомобиль гораздо увереннее. В результате Таранду втиснули к девушкам на заднее сиденье. Наблюдавшие за этой процедурой охранники Bosco Village еще долго не могли прийти в себя и цокали языком: как это он, дескать, там поместился?
На часах была уже половина четвертого утра, а гости из-за столика Татьяны Навки все не расходились. Прежде всего потому, что никуда не собиралась сама Навка. Устроившись с краешку, она наслаждалась долгожданным спокойствием, возможностью беспрепятственно есть винегрет и запивать его шампанским.
Сотрудники «Боскодома» немного нервничали. Не то чтобы они хотели прогнать Татьяну и закрыться, нет! Они просто хотели устроить все как-то так, чтобы Навка сама засобиралась домой или куда-нибудь там. Их можно было понять. Некоторые находятся на Corso Reggio Parco с 15 января. Накопилась небольшая усталость. Светало. А в 9 утра – ежедневная линейка, которую устраивает лично домовладелец Михаил Куснирович. Разве такую пропустишь?
Поэтому они сначала приглушили музыку. Потом выключили ее совсем. Потом притушили свет. Ничего не помогало. После этого на импровизированном совещании была высказана идея врубить свет на полную, дабы расшевелить засидевшихся посетителей. Но на такую крутую акцию радушные хозяева все же оказались не способны.
— Когда вы уходите? – подошел я к столику Навки.
— А что, уже пора? – искренне изумилась Татьяна.
— Я имею в виду — из любительского спорта.
— Считайте, уже ушли. Может, еще съездим на чемпионат мира, может – нет.
Ну да, конечно! Как же я мог забыть? Теперь-то все встало на свои места. 25 лет тяжелой работы в спорте увенчались великим успехом. И ей в эту ночь, а может, и всю оставшуюся жизнь больше некуда спешить. Наконец, она может без боязни делать то, чего раньше не могла себе позволить. Вдоволь поесть. И немножко выпить.