По деревне с шумным интересом… Наш корреспондент по максимуму использовал три часа, отпущенных на знакомство с самым закрытым объектом игр

Организаторы Игр в первый и, похоже, в последний раз запустили прессу в Олимпийскую деревню в Ванкувере. Корреспондент «Советского спорта» попал в число избранных и целых три часа гулял там, где совсем скоро будут жить Кросби и Овечкин, Плющенко и Кавагути, Ягр и Форсберг…

Те, кто считает, что в Солт-Лейк-Сити-2002 было строго с охраной, просто не работали в Ванкувере. Каждый объект окружен тройным забором, дежурят секьюрити. Не хватает только овчарок, прожекторов и колючей проволоки. Нет, что вы, все мило. Но без нужной буквы на аккредитации на запретную территорию не проскочит даже мышь.

Организаторы сразу объявили журналистам: ребята, вам вход в Олимпийскую деревню заказан. Можете гулять только по международной зоне (проще говоря, предбаннику) и ловить там спортсменов. Отличная перспектива…

Но канадцы все-таки расщедрились и в один из дней разрешили прессе побывать в святая святых. На экскурсию в деревню было подано более 400 заявок. Добро дали только 81 журналисту. Это все равно что вытащить золотой билет на фабрику Вилли Вонки. Вашему корреспонденту повезло. Я попал в число избранных.

...Два автобуса отправлялись от главного пресс-центра. Перед этим журналистов проверили от шапки до носков, как в аэропорту. Когда мы приехали в деревню, у нас отобрали аккредитации, выдав разовые пропуска. А еще желтый нарукавник, как у бухгалтера Корейко, – и там было написано: «Media».

– Гайз! – обратился к нам главный секьюрити. – У вас есть уникальная возможность. Мы запускаем вас на три часа в деревню, в этот заповедник Олимпиады. В эти три часа вам будет можно все. Ходите где угодно, смотрите что угодно, снимайте как угодно. Вы можете подойти к спортсмену и попросить у него интервью. Только оставьте ему право отказаться, пожалуйста! В остальном – никаких ограничений. Ровно в 17.15 последний автобус покинет территорию. Не опоздайте!

И журналистов по одному начали выпускать из машины. Так, наверное, американские солдаты десантировались в небе Вьетнама, а потом искали полянку в джунглях, на которую в 17.15 должен спуститься вертолет. Чтобы сравнение было идеально точным, нам выдали карту местности.

Итак, что у нас там?

Нет, это не тот «Русский дом», который расположен в «Science World» и где работает оргкомитет «Сочи-2014». Это обычный панельный дом, в котором живут русские спортсмены и где находится штаб сборной.

При входе стоит пьедестал с чебурашками. На доске почета – приветствия от Президента страны Дмитрия Медведева и Святейшего Патриарха Кирилла. И объявление, что в Ванкувере проходят выборы спортсменов в комиссию атлетов. Кандидатов много, есть даже из Словении, Грузии и Монголии (лыжник Курелбаатар Хаш-Эрден). Но из России почему-то нет. Странно…

На лифте поднимаюсь под самую крышу, захожу в комнату 1201. Обычный офис, стол, стулья, боевое российское знамя и икона Георгия Победоносца. Но это я как-то неудачно зашел. В штабе сборной нет ни одного начальника. Все уехали в аэропорт встречать министра спорта Виталия Мутко и президента ОКР Леонида Тягачева.

– Вы не знаете, кто понесет знамя на церемонии открытия? Случайно не Алексей Морозов? – интересуюсь я у работника нашего штаба. Приглядываюсь к его аккредитации: на ней написано… «Алексей Морозов». Тезка и однофамилец! Вот какие бывают совпадения.

Но официальной информации до сих пор нет. Хотя церемония открытия состоится всего через три дня, а из окна штаба видно, как вокруг стадиона «BC Place» снуют волонтеры и что-то тащат внутрь, как муравьи.

– Кто из наших уже заселился в деревню? – интересуюсь у двойника капитана «Ак Барса».

– Пока только женская сборная по хоккею, конькобежцы. И только что заехали керлингистки, еще на чемоданах сидят.

Людмилу Прививкову и ее подруг я с чемоданов срывать не стал, а отправился к героиням своего недавнего репортажа «В хоккей играют настоящие дивчины». Несколько этажей на лифте вниз. Прохожу мимо комнаты, на двери написано: «Пермякова, Онолбаева, Бурина, Сергина». А тут как раз навстречу по коридору идут Мария Онолбаева и Ольга Пермякова. «Что вы здесь делаете?» – «Сегодня день открытых дверей для прессы. Приглашайте в гости!» – «Заходите!»

Ну, как устроен номер спортсмена в ванкуверской деревне? Девушкам нравится. Но, по-моему, аскетично. Холл с балконом и видом на город, два кожаных дивана, ковролин. Стойка – подразумевается, что это будет кухня. Квартиры уже выкуплены канадцами за $2–3 тыс. за метр. Заселение состоится после Олимпиады. А пока тут живут спортсмены.

Из холла – две комнаты, налево и направо. В каждой живут по два атлета. Тесновато. Одна тумбочка на двоих. На ней стоят иконы, благословленные Святейшим Патриархом Кириллом. «Это нам подарили, когда в храме на Олимпиаду провожали», – сообщают девушки.

Они только что пришли с тренировки и свободное время коротают за книжками. Ольга читает «Марусю», а Мария – что-то романтичное, легкое, отвлекающее.

– Победим финок-то? – спрашиваю я. От матча с Суоми для нас зависит все на этой Олимпиаде.

– Будем очень стараться, – говорит Пермякова. – А вообще нам нужно психологию менять. Поверить, что мы можем побеждать. В классе-то мы им точно не уступаем.

Кока-кола, клубника в стакане, шоколадные драже, ноутбуки, на которых постоянно квакают сигналы об электронной почте… Нет, жить можно. Хотя мне трудно представить, если в одном таком «боксе» мужская сборная России поселит сразу Овечкина, Семина, Радулова и Зиновьева. Это будет адская смесь.

Выхожу из дома, смотрю на него со стороны – многие балконы украшены российскими флагами и чебурашками. Это уже заселенные квартиры. Прямо при мне администраторы сборной несут новые стяги и вешают их снаружи. Совсем скоро вся эта канадская высотка станет бело-сине-красной.

Теперь посмотрим, чем кормят атлетов. По пути к большому белому шатру мне встречаются плюшевые талисманы Олимпиады и немногочисленная толпа с табличкой «Словения». Прямо здесь репетируют проход сборных на церемонии открытия.

Столовая радует размахом и ассортиментом. Какой только кухни здесь нет! При входе за столом расположилась сборная Китая, которая усердно гоняет рис палочками по тарелке. Слева – итальянцы поглощают спагетти. Справа – американцы стоят в очереди в «Макдональдс». Изобилие!

Сталкиваюсь с известным конькобежцем Иваном Скобревым.

– Что будете кушать, Иван Александрович?

Скобрев рассказывает, что уже довольно давно тренируется вместе со сборной Италии под руководством Маурицио Маркетто, а значит, итальянская кухня ему не чужда. В доказательство Иван набирает себе полную тарелку макарон и заказывает большой кусок пиццы.

– Это не вредно для спортсмена? – уточняю я.

– Пицца – то, что надо! – убежденно говорит Скобрев. – У нас в России есть много разных вкусностей. Но я считаю, что не все из них полезны. А что бы ни говорили о пицце и спагетти, в них полно углеводов, которые очень легко усваиваются. Если ты тратишь на тренировке или соревновании необходимое количество калорий, то не создаешь никаких проблем ни для печени, ни для желудка. Все моментально сгорает.

– Говорят, что знаменитый пловец Майкл Фелпс ест тоннами пиццу и бургеры, поглощая 20 тысяч калорий ежедневно. Но при этом не толстеет!

– А вы сходите в местный фастфуд, – Скобрев поворачивается и показывает на «Макдональдс». – Он же совсем не такой, как в Москве на Пушкинской. Посмотрите на картошку фри. Она прямо белая, а не коричневая, как у нас, когда ее в двадцатый раз жарят на одном масле. И булочки здесь одна к одной, и еда свежая. Никаких претензий! Вчера я зашел сюда на ужин и с удовольствием поел фастфуд. И никакой тяжести в желудке.

– Есть у вас специальное блюдо перед стартами?

– Моя главная традиция – кушать по утрам хрустящие хлопья. Где бы я ни был, куда бы ни перелетал, завтрака без них не представляю.

– Как вам жилье в деревне? Я накануне брал интервью у Дмитрия Лобкова. Он сказал, что сначала его со Скобревым и Лаленковым разместили. А потом вас отселили. Из-за тесноты?

– Наш менеджер из Союза конькобежцев России пытался для всех создать комфортные условия. А я привык всегда жить один. Это и в сборной Италии положено.

Я со всеми ребятами по сборной дружу. Но хотя провожу по 300 дней на сборе, все равно хочется уединения и отдыха. Работа у нас очень тяжелая. А тут получилось, что мы, «старики», – в общей квартире. Втроем на один горшок. И у каждого свое расписание, которое не совпадает.

Но даже когда мы жили втроем, это уже было лучше, чем на Олимпиаде в Турине. А сейчас у меня вообще отдельная квартира со спальней. Нет, деревня тут хорошая!

…После этих слов на Скобрева налетела азиатская пресса, которая начала щелкать его фотоаппаратами как из пулемета. А я достал карту, сориентировался на местности и пошел дальше.

Ничего себе комната – да тут целый ангар! Это немаленькое здание воздвигнуто специально для того, чтобы любой спортсмен мог сюда зайти и отдохнуть на всю катушку.

Что меня сразу поразило: у входа стояла афиша, анонсирующая сразу два живых концерта в один день. Что удивило еще больше – именно сейчас, в три часа дня, зажигал один из ансамблей.

Группа напоминала снимок-негатив «Сюткин-бэнда» и называлась замысловато: «Изабель Лонгнус, DJ Дарил О и друзья». Кто из них был Лонгнус, а кто – Дарил О, я так и не понял. На сцене извивалась веселая негритянка в шоколадном платье, на барном стуле с гитарой сидел темнокожий амиго, расплывшийся в блаженной улыбке. А слева, в лимонного цвета юбке, в черной блузке, что-то напевала в микрофон полная кудрявая женщина, которой больше всего подошло бы имя Изабель.

Я бы не удивился, увидев эту картину на Олимпиаде-2016 в Рио-де-Жанейро. Но во время зимних Игр и депрессивный Ванкувер готов танцевать латино. На диванчиках развалились спортсмены, которые потягивали безалкогольные напитки и наслаждались музыкой.

Но это далеко не все! В шатре так много развлечений, что, заигравшись, легко можно пропустить свой старт на Олимпиаде. Несколько столов для бильярда. Компьютерные игры – начиная от банального Pacman-а и заканчивая имитацией музыкальной группы, когда ты берешь в руки электронную гитару, садишься за электронные барабаны и стараешься попасть в такт битловской «I want to hold your hand». А потом тебе пишут: «Миссия провалена» – потому что Пол, Ринго, Джордж и Джон были неподражаемы.

Здесь есть даже компьютерный хоккей NHL-2010. Если бы я не знал, что энхаэловцы еще не заехали в деревню, я бы подумал: вот только что в приставку резались Дацюк и Малкин. На экране застыло: «Детройт» – «Питтсбург» – 1:0».

А может, это играли наши девушки-хоккеистки. Они уже зашли в шатер. Одни барышни отправились к стойке, на которой можно взять самые разные соки и кофе. Другие отправились к стене, где атлетов просили оставить автограф и пожелание на память.

Я предложил капитану сборной Екатерине Смоленцевой попозировать мне для снимка. Тут же оказался рояль в кустах. Самый настоящий рояль, сделанный из дерева и оргстекла, украшенный символикой Ванкувера-2010. Даже не пытайте, для кого его здесь поставили, – я не в курсе. Может, организаторы думали, что Сергей Викторович Федоров после трудного матча против чехов возьмет себе чашечку капучино, сладко потянется, укутается в плед и сядет вечерком к роялю, чтобы сыграть «Лунную сонату» или фугу Баха. А может, вслед за Изабель Лонгнус они ждали сюда Элтона Джона на гастроли. Я не знаю. Но вот факт – рояль тут есть.

Честно скажу: Катя щелкает по шайбе лучше, чем играет на фортепиано. Но тема снимка мне понравилась. Обаятельная блондинка в олимпийке сборной России музицирует что-то вдохновенное. Если мы и с финками сыграем на такой импровизации, то поездка в Ванкувер не окажется напрасной.

Если увлечься, из комнаты отдыха можно выйти с седой бородой до пояса и с красными глазами от компьютерных игр. Чтобы поправить здоровье – срочно на тренировку!

Тренажерный зал не произвел на меня сногсшибательного впечатления. Много велосипедов, беговых дорожек, снарядов и гантелей. Можно хоть все 12 хоккейных сборных сюда разом запустить – тесно не будет.

Кстати, о хоккее: в зале я встретил главного тренера сборной Финляндии Юкку Ялонена. Он сосредоточенно занимался на тренажере и неохотно отвечал на мои вопросы. Однако же рассказал, что его команда только что заселилась в деревню. Но сборы проводить не станет, потому что у них в составе только пять игроков. Остальные – энхаэловцы, и приедут они только 15 февраля. А пока эта пятерка будет неделю поддерживать себя в форме, просто гоняя на коньках. Никакой игровой практики.

Я лишний раз порадовался, как мудро поступают тренеры нашей сборной Вячеслав Быков и Игорь Захаркин, когда берут с собой в Ванкувер много запасных. Иначе наши хоккеисты тоже несколько дней шатались бы неприкаянными по деревне.

В целом тренажерный зал ничем не удивил – обычное место для трудной работы. Разве только на выходе стояло лукошко с презервативами «Durex» и руководством по применению. Логику организаторов я понять не смог – почему именно у дверей и зачем с инструкцией? Но отметил для себя: говорить о том, что спортсмены во время Олимпиады не занимаются сексом, могут только те, кто еще не был в деревне.

Что у нас дальше по карте? Интернет-кафе. Туда и заглянем.

Не самая большая комната. Штук 15 компьютеров с бесплатным Интернетом. Один китаец в желтом свитере, который лазает по каким-то своим китайским «Одноклассникам».

– Этот парень завтра проснется знаменитым, – шутят волонтеры. – Он один сидит в этой комнате уже час. Сюда приходит куча прессы, и все его фотографируют.

– Разве это интернет-кафе? – спрашиваю я у организаторов. – Где же вторая часть этого слова? Где кофе, булочки, спрайт, которые можно поглощать во время брожения по Сети?

Мне отвечают, что за этим – в столовую. А у них только Интернет. И еще наушники для того, чтобы пользоваться скайпом.

– А разве в комнатах спортсменов не ловится бесплатный Интернет через Wi-Fi?

Мне отвечают, что по территории деревни стоит несколько передатчиков (роутеров), но до всех комнат они не добивают. Чтобы иметь Интернет в квартире, нужно его купить, причем на общих основаниях. К примеру, 14 дней пользования стоят 260 канадских долларов, 33 дня – 560. Недетские цены. Но если хочешь сэкономить – пожалуйста, в интернет-кафе. Вот такая история.

Медицинский центр находится в двух шагах от российского корпуса – надеюсь, не стоит это считать дурной приметой. Приветливые волонтеры зазывают на экскурсию. Сначала с гордостью показывают свое главное оборудование – сканер, который занимает целую комнату.

Работает эта штука вот как: на кушетку кладут спортсмена, и он проезжает через большое кольцо. За несколько минут его полностью сканируют рентгеновскими лучами, выясняя, есть ли переломы, внутренние ушибы, трещины в костях.

Если дело совсем плохо, больного проводят в соседнее помещение, где расположены койки, стоят капельницы, разные приборчики – начиная от измерения давления и заканчивая дефибриллятором. Если кто-то окажется в беде, с такими врачами он не пропадет.

При этом у каждой сборной есть свои доктора – и при штабе команды, и по видам спорта. Идешь по деревне, смотришь на карточки аккредитации – и кажется, что врачей у нас больше, чем спортсменов. Наверное, это потому, что многие атлеты в квартиры еще не заселились.

Напоследок меня повели в одну из высоток, чтобы показать потрясающий вид на Ванкувер. Пока мы ехали в лифте, я интересовался у организаторов: вот всех спортсменов заселят в типичные квартиры – кого-то четверками, кого-то парами, кто-то будет жить один в двухместном номере. Не важно. В целом условия одинаково скромные для всех.

А что будет, когда в деревню заселятся такие суперзвезды, как Плющенко или Кросби? Они что, тоже будут жить в таких комнатах?

Мне ответили, что да. Тут квартиры везде одинаковые. А пентхаус на последнем этаже с аквариумом с крокодилами и с рощей пальм, здесь не предусмотрен. Так что придется Кросби делить номер с вратарем Флери, а Плющенко – с Яной Рудковской, если ей дадут доступ в деревню. И это не шутка. Каждый спортсмен может заказать пропуск на день для конкретного человека, которого он хочет пригласить к себе в гости. Деревня – это все-таки не стадион в Сантьяго во времена Пиночета, не так тут все сурово.

А виды и вправду потрясающие! Забываешь об аскетизме любой комнаты, когда у тебя за окном такие пейзажи. Ванкувер переменчив, но на этот раз с погодой повезло. Солнце клонится к закату, играя бликами на зеркальных гранях «Science World», то бишь Русского дома. В заливе отражается крыша «BC Place», похожая на пуховую подушку. Из-за гор на горизонте поднимаются облака, а по глади воды плавают катерки.

Завороженный идиллией, я посмотрел налево и заметил на соседней крыше какого-то парня. Он сидел, свесив ноги с тридцатиметровой высоты, и играл на гитаре. Вместе с другими журналистами мы что-то закричали ему, привлекая внимание. Парень поднял голову, махнул нам рукой и начал играть, но уже специально для нас. Черт возьми, это было так классно!

…Для истории лучше, чтобы его имя осталось неизвестным, дабы придать ореол таинственности. Но, спустившись на улицу, я буквально столкнулся с этим парнем. Не узнать его невозможно – в зубах у него был медиатор от гитары.

Он представился – Крис Плюс, сборная США по керлингу. Когда не занимается спортом, то играет в барах для публики. Сейчас на крыше он просто импровизировал. Живет в двух часах от Сент-Пола, в Миннесоте – самом хоккейном штате Америки.

Конечно, мы начали болтать о хоккее. И мистер Плюс сказал, что его любимый хоккеист – Александр Овечкин, которого он считает сильнее и Кросби, и Торнтона, и многих других. И что ему очень повезло оказаться в Олимпийской деревне, потому что он может случайно встретить здесь Овечкина и попросить его автограф.

Если вы не верите, что Крис Плюс – фанат Овечкина, то найдите его в Ванкувере и спросите сами. Я же думаю, что это прекрасно, когда американцы и канадцы считают русских лучшими игроками в мире. А ведь, кроме Овечкина, у нас еще есть Ковальчук, Малкин, Дацюк, Набоков…

Уже сейчас в деревне кипит жизнь. Но Олимпиада по-настоящему начнется, когда сюда заедут хоккеисты.