Первая пристрелка – снежками. Несмотря на мрачную погоду, участники биатлонных ристалищ демонстрируют отличное чувство юмора - Советский спорт

Матч-центр

  • НХЛ - регулярный чемпионат
    начало в 03:00
    Виннипег Джетс
    Тампа-Бэй Лайтнинг
    0
    0
  • НХЛ - регулярный чемпионат
    начало в 03:00
    Чикаго Блэкхоукс
    Сан-Хосе Шаркс
    0
    0
  • Апертура - Финал
    начало в 03:30
    Крус Асуль
    Америка
    0
    0
  • НХЛ - регулярный чемпионат
    начало в 06:00
    Ванкувер Кэнакс
    Эдмонтон Ойлерз
    0
    0
  • Олимпиада12 февраля 2010 21:45Автор: Емельянов Игорь, Беляков Кирилл

    Первая пристрелка – снежками. Несмотря на мрачную погоду, участники биатлонных ристалищ демонстрируют отличное чувство юмора

    В «Уистлер Олимпик Парк», где летают прыгуны с трамплина, глотают морозный воздух лыжники и грозно поводят стволами биатлонисты, автобус едет из центра Уистлера полчаса. Он забирается в горы, очень схожие с альпийскими. Только, в отличие от февральской горно-центральной Европы, в канадских горах упорно стоит плюсовая температура.

    СОБЫТИЕ ДНЯ
    ВАНКУВЕР-2010

    В «Уистлер Олимпик Парк», где летают прыгуны с трамплина, глотают морозный воздух лыжники и грозно поводят стволами биатлонисты, автобус едет из центра Уистлера полчаса. Он забирается в горы, очень схожие с альпийскими. Только, в отличие от февральской горно-центральной Европы, в канадских горах упорно стоит плюсовая температура.

    Многие ли из вас, дорогие читатели, видели кухню биатлона, этого телерейтингового чемпиона, вживую? Иногда это будет посильнее Фауста Гете…

    БРАТСКИЕ СНЕЖКИ

    Что такое биатлон-live? То есть вживую, а не на телеэкране? С дивана все понятно: бегут, стреляют, уходят на штрафной круг. Тренеры энергично выкрикивают короткие выражения в рацию. Но как биатлонисты нарабатывают вот это свое умение после беготни палить почти без промаха?

    Разумеется, мы не могли пропустить одну из последних предолимпийских тренировок нашей сборной.

    Но сначала о стадионе. «Олимпик парк» в Уистлере – это огромная территория, утыканная лесистыми горами и белоснежными шатрами. У каждой сборной — своя розовая избушка, обозначенная для ясности флагом (у американцев домик ближе всех к выходу на лыжню, у россиян – значительно дальше).

    Вообще-то у сильных команд – по два-три домика (у наших — три). Там они квартируют, хранят лыжи со смазками и прочие нужные в спортивном хозяйстве вещи. Слева от домиков собственно сам центральный стадион плюс десяток строений для хозяйственно-информационных служб. Напротив него – стрельбище. На трибуне пусто, в пресс-центре тихо, буфеты и бары сияют незамызганным снежным пластиком столов.

    В десяти метрах от трибуны – полоса, где под зонтами застыли как сфинксы тренеры. Их подопечные неутомимо лупят по мишеням. Тренируются биатлонисты вместе с лыжниками. Причем под музыку. Легкий рэп, танцевальные треки, европейские хиты – весь этот поток без перерыва льется из множества динамиков.

    Погода вчера показала, что верить никому нельзя, небесной канцелярии особенно. С девяти утра до часу дня (как раз на тренировку) – сказочная картина: безветрие, +1, густой снег валит и валит. Обшитые ровными стройными елями горы на глазах превращаются в сливочно-шоколадный торт. Душа поет! И на фоне этих потрясающих пейзажей проносятся лыжники и биатлонисты.

    Интересная деталь: если в реальной гонке все бегут в обтягивающих костюмах, то на тренировке гоняют, словно покупатели с Черкизона. Шведы в теплых куртках и жилетах, японцы в полиэтиленовых чехлах-дождевиках, норвежцы и шведы в спортивных костюмах, китайцы… в жилетах с надписью «SVERIGE» («Швеция»). Лыжники считают своим долгом обязательно обогнать собратьев с ружьями. Такое ощущение, что считают стрелков на лыжне «чайниками».

    Когда «стрелки» заезжают на пит-стоп (стрельбище), в музыкальные бревна гвоздями вбиваются выстрелы. Уши можно не затыкать. Но щелчки, особенно когда много народу съезжается, оглушают прилично – телетрансляция это ощущение не передает. Кстати, на тренировке почти все биатлонисты выбивают пять из пяти мишеней, выдавая стопроцентный результат — за час наблюдений промахнулась только японка (один раз!).

    Самыми незацикленными на успехах и провалах наставниками казались латыши (у них не назначены премии за медали. – Прим. авт.). От скуки ли, устав ли ждать приезда подопечных, они стали пулять снежками в своих коллег из сборной Украины. Те, кстати, явно из самых говорливых на полигоне. Мужчины из Незалежной открыли ответный огонь и… попали в голову наставнику сборной Норвегии. Тот оказался стойким викингом и парнем не промах – только шапку поправил.

    А по-партизански осторожный штаб белорусов отгородился от воюющих зонтиком.

    И ДОЖДЬ СМЫВАЕТ ВСЕ СЛЕДЫ

    Шоу продолжалось минут пять. В состязании экс-советских республик победили латышские стрелки. Правда, в биатлоне, в отличие от снежков, им ничего особо не светит. Хотя оптимизма прибалты не теряют.

    Насчет оптимизма соседей – не наша выдумка. В смешанной зоне повстречался знакомый журналист с главного телеканала Латвии LTV1 и спортивно-развлекательного LTV7 Дэвидс Эрнштрейтс. Увидеть на биатлоне на другом конце света хоккейного обозревателя, комментирующего матчи рижского «Динамо», было крайне удивительно.

    — Ну что ваши про трассу говорят, ездить можно? — интересуемся у коллеги.

    – Нашим, чем сложнее погода, тем лучше, — признался Дэвидс. – Снег, говорят, тяжелый, рыхлый и липкий. В поворотах в сугробы зарываются. Видели, как какой-то китайский лыжник в пень въехал и лыжу сломал.

    Кстати, у соседей-латышей знаменосцем на параде открытия будет не хоккеист, как раньше (в Солт-Лейк-Сити это был Харис Витолиньш – ныне помощник главного тренера ХК МВД и сборной Латвии Олега Знарока, в Турине – Артур Ирбе), а самый сильный в Европе (а может, и в мире) скелетонист Мартин Дукурс.

    Когда мы покидали стадион, тихий снег превратился в громкий ливень. Уистлер сменой погоды, честно говоря, поражает и раздражает не нас одних. Рассказывают, что, например, горнолыжники из-за непогоды третий день не могут потренироваться: снег с их склона постоянно слизывает дождь.

    НОРМАЛЬНЫЕ ГЕРОИ

    За день до официального открытия Игр на территорию, где расположились те самые розовые избушки команд, еще можно пройти свободно (только об этом мало кто догадывается). Все изменится, как по волшебству, в субботу, в день первых гонок. А сейчас достаточно постучать в «крайний к лесу» из трех домиков, решительно нажать на ручку и оказаться там, где полируются мечты.

    Четверка сервисменов с шутками-прибаутками встречает представителей «Советского спорта», не преминув заметить, что наш брат явно неровно дышит к профессии сервисера. Ну, то есть так и крутится вокруг знающих толк в волшебной смазке.

    — Полтора градуса в плюс, полтора метра в секунду ветер, сильный мокрый снег – условия хуже не придумаешь. Ребята жалуются? Или их уже ничем не удивишь?

    Валерий Шашкин (В.Ш.) – снимая парафиновую стружку:

    — Да нормальная погода. Никто еще от такой не расклеился.

    — Эти сервисные кабинки – ваш дом родной с прошлогодней предполимпийской недели?

    — Нормальный дом. Зачем какие-то претензии хозяевам предъявлять? Нормальный уровень сервиса. Нет, давайте назовем его хорошим. Не хуже, чем в прошлом году.

    — Вы свое дорогое и громоздкое имущество здесь весь год хранили?

    — Андрей Новиков (А.В.), зорко взглянув из-под респиратора:

    — Наши трансформаторы тут сохранили. Мы их в том году покупали, но напряжение было маленькое. Мы и оставили их у организаторов. А теперь и своих еще три привезли из России.

    — Извините за наивность: зачем вам столько энергии?

    В.Ш.: — Массажистам много надо электроэнергии. Они привезли бани – а там ого-го какой расход!

    — С приходом нового руководства федерации сервисмены забыли о денежных проблемах?

    А.Н.: — Ситуация изменилась. В лучшую сторону. И человек у нас появился четвертый. А то втроем шесть лет на всю сборную работали.

    Фирмачи к вам отношение изменили?

    Михаил Колосков (М.К.): — Кое-какие известные фирмы по обслуживанию у нас раньше не крутились. Сейчас, что желаем из материалов, – то и покупаем.

    В.Ш. (охотно подхватывая тему):

    – Да-да. Надо «Х5 БМВ» – пожалуйста!

    После паузы, оценивающей реакцию прессы, дружный смех в зале.

    – Здесь за время тренировок не ломались лыжи ни у кого?

    (На задавшего вопрос смотрят как на приболевшего).

    — Сейчас, слава богу, без этого обошлось.

    — Акклиматизацию вместе с подопечными проходили?

    А.Н.: — Мы в Канаде с 1 февраля. Присутствие пяти колечек ощущается – не то что год назад, на предолимпийской неделе.

    В.Ш.: – Вы же год назад не приехали? И, приехав, могли возле нашей кабинки потусоваться и уйти. А сегодня заглянули.

    — А вы даже на аккредитацию не посмотрели: может, мы вражеские шпионы из дружественной сборной?

    А.Н.: — Если бы вы нам мешали в работе, вы бы это уже поняли.

    — У вас предупреждение «Ноу смокинг» над дверью висит. Курящих нет?

    — Это для гостей предупреждение.

    — Наш коллега как раз год назад провел с вами незабываемый день.

    В.Ш.: – А у нас тут все построено на живом общении. Ваш коллега тогда с нами целый день протусил, а уходя, сказал: «Да на хрен мне такая работа!».

    В избушку вваливается товарищ в форме польской сборной.

    В.Ш.: — О, Жека! Вот наш польский друг – между прочим, бывший чемпион Советского Союза по лыжам. Что ты хочешь взять? Пожалуйста, 30 евро. Что, нету таких денег? Извини, Олимпиада, цены в два раза подскочили. Андрей, проведи беседу…(Экс-чемпион уходит, конечно же, не обедневший и счастливый.)

    — Вы что, делитесь с коллегами последним?

    А.Н.: — С коллегами делимся всем, кроме вариантов смазки. Ну, вот почему наш человек работает на поляков? Платят хорошо, он и работает на Польшу.

    — На Олимпиаде ваш рабочий день имеет пределы?

    В.Ш: — А вы зайдите завтра часов в шесть утра. Ненормированный он у нас. Ну ладно, насчет 6 часов утра – шутка.

    — Те, кто назавтра бежит, имеют отдельную стойку для своих лыж?

    — Нет отдельных стоек. Все рядком. Просто каждый сервисер знает своих ребят. Вот стоит Васильев. Потом Черезов. Потом Медведцева. И каждый знает своего бойца или девочку.

    — Вы читаете, что пишут про биатлон?

    В.Ш.: — Надо писать так, чтобы читатели заплакали.

    — Читатели заплачут, если вы не расскажете, в каких условиях живут наши биатлонные надежды.

    В.Ш.: — Двое из нас живут в деревне, двое — в коттеджах. Я – с биатлонистками. Про наших поваров уже все рассказали. Но здесь, кстати, кормят лучше, чем в Турине.

    А.Н.: — Там Макдоналдса не было. А здесь Макдоналдс есть, бесплатный.

    В.Ш.: — Ага. Вот так и живем. Если за день не накололи друг друга — день прожит зря.

    — А если серьезно, выбор приличный: азиатская кухня, итальянская, стейки американские и фастфуд местный.

    — Добираться долго?

    В.Ш.: — Коттеджи километрах в 15 от Олимпийской деревни. Мы с Мишей едем – забираем ребят по дороге.

    Новый гость в избушке — масштабный немец с бумажками. Его посещение оставляет поле для дискуссий.

    — Что там с влажностью снега? Сколько? 75 процентов?! Да такого не бывает!

    — Этот немец — представитель одной из марок парафинов. Каждый день приходит и что-то рекомендует.

    — 60 процентов – это вообще край. А что за 75 процентов? Это какая-то разводка. Надо проверить.

    — Если вас о чем-то всерьез и можно спрашивать, то о том, посмотрите ли вы церемонию открытия?

    — Леша Морозов флаг понесет? А Овечкин будет играть за нас? А Малкин? У них же игра была вчера? Что, и Ковальчук? И они все будут жить в деревне у нас?

    — А церемония?.. Что церемония…

    В большие пакеты до пола вновь полетела парафиновая стружка. За окном вновь изменилась погода. До старта биатлонного спринта оставались считанные часы…