Главный тренер сборной Красноярского края по бобслею и скелетону Сергей Смирнов: Верните украденную трассу

Пока Александр Третьяков отдыхал в Таиланде, корреспондент «Советского спорта» проинспектировал санную трассу в его родном Красноярске. Выяснил, почему известному саночнику Альберту Демченко не понравился скелетон, и успел на первую после приезда домашнюю тренировку четы Третьяковых.

Правый берег Енисея. Нервный разговор на северном склоне Торгашинского хребта.

– В начале 80-х у Красноярска украли санную трассу! – рубит наотмашь главный тренер краевой сборной по бобслею и скелетону Сергей Смирнов.

– А это тогда что? Такую махину не украсть… – указываю собеседнику на гигантские деревянные воронки, забитые снегом. – В справочнике написано черным по белому: «К V Спартакиаде народов СССР в Красноярске выросло современное сооружение из дерева и бетона».

– Да у нее же контруклон только бетонный, – негодует Смирнов и машет руками. Нас никто не услышит, кругом белое безмолвие. – Срок сдачи объекта срывался – вот и придумали скроить желоба из бруса. Спартакиаду откатали – и слава богу. Но настоящую, бетонную трассу у края украли. Пока снег не выпал – невозможно лед намораживать, а на бетоне бы ледок схватился при любой минусовой температуре.

– Но бронзового призера Ванкувера Александра Третьякова сумели здесь подготовить…

– Вы или придуриваетесь, или ни черта не понимаете! – хрипит от гнева Смирнов. – Да Сашка же самородок, алмаз! Уникальное произведение сибирской природы. Он на этой трассе от силы в детстве десяток раз проехал. Для полноценных тренировок ее не используют. Третьяков в Красноярске только «физику» качает.

– А почему охраняют трассу как секретный объект? Сторож, забор изрядный – прячете от шпионов олимпийские секреты Родины? – шуткой пытаюсь сбить накал разговора.

– Какие там секреты! Эта трасса пригодна лишь для обкатки новичков. Обкатался – поехал к латышам в Сигулду – и потерялся на местной трассе. У латышей лед искусственный. Там только поднял голову на трассе – скелетон стал на юз, и… считай кости. А здесь хоть в носу ковыряйся – как на тазике медном в парилку въезжаешь. Срам.

Смирнову веришь. Десять лет – до 1990-го – он развивал в Красноярске бобслей. Взял перерыв для издательской деятельности, и… умер бобслей в Красноярске. Но трасса манила. Вернулся в 1994 году. Он и Анатолий Челышев пошли тренерами в санную школу – развивать женский бобслей и вышедший в олимпийские князи неведомый вид спорта со страшной фамилией Скелетон. Смирнов отвечает за ледовую подготовку спортсменов, Челышев – за старт. К школе саночников приписаны 13 бобслеистов и 90 скелетонистов.

– Сергей Владимирович, правда, что именно вы на короткое время перекрестили в скелетонисты известного саночника Альберта Демченко?

– Было дело, – усмехается Смирнов. – В сезоне 1999/2000 Альберт крепко разругался со своей федерацией. Повез я его на первый для России чемпионат мира по скелетону – уже олимпийскому виду. На четверых спортсменов один скелетон. Договорились с международной федерацией, что нам помогут с инвентарем. Но куда там! Так на одном и откатали чемпионат. Демченко занял 49-е место из 60 участников и смекнул: «Неинтересно здесь».

– Сейчас Демченко говорит, что в бобслей и скелетон идут те, у кого не получается в санях.

– Старая песня. С его стартом тяжело рассчитывать на медали в скелетоне. Альберт правильно сделал, что вернулся в сани. Впрочем, я считаю, ранняя специализация спортсменов, пришедших на трассу, не нужна. Спортсмен прежде всего должен быть атлетом, а потом уже развивать свои профессиональные навыки на выбор в бобслее, скелетоне или санях. Легкая атлетика – королева спорта, вот откуда мы можем черпать таланты для скелетона. А в Красноярске только один неправильный манеж с кругом в 150 метров. Кого в таких условиях подготовишь?

– Александра Третьякова…

– Саша – отдельная песня, – на лице Смирнова наконец-то улыбка. – Вот приходит ко мне местный тренер по легкой атлетике. Говорит, дай Сашку на соревнования – пробежать за сборную Красноярска. Отчего нет, если Саша не против. И Третьяков в чемпионате края занимает третье место в стометровке с результатом 10,6. Феномен!

Уникальность в том, что он смог перенести свои скоростные качества гладкого бега на бег со скелетоном. На разгоне ему нет равных в мире. В 2004 г. Саша выиграл чемпионат мира летний по скелетон-стартам. Его рекорд разгона в Сигулде – 4,52 секунды. Плюс он по трассе здорово ориентируется.

– Кто разглядел феномен?

– Саша пришел в группу скелетонистов 12-летним, к своему дяде Толе Челышеву. Вроде компьютерный мальчик, в очках. Ну, плаванием занимался, бегает здорово. А чего просто так бегать – пусть тележку потолкает. Он был разгоняющим в бобслее – худой, тонкий, но разгонял боб здорово за счет техники и скорости. Смотрим – результаты приличные. Потом выклянчил у нас скелетон прокатиться, тот самый, на котором еще Демченко гонял. И пошло у парня. А скелетон тот многострадальный год назад у нас украли прямо из спортзала. Мы его как тренажер использовали…

– Кому он мог понадобиться?

– Ума не приложу! Увели во время ремонта в манеже.

– Так и рабочие скелетоны Третьякова увести могут. А они, я слышал, на вес золота…

– Сейчас один скелетон стоит 5000 евро. Латыш Дайнис Дукурс их Саше поставляет. Дукурс-старший в сборной СССР работал механиком. Сейчас он тренер и директор трассы в Сигулде. Отец братьев, которые с Сашей соревновались за медали в Ванкувере. Один стал вторым, другой – вслед за Сашей – четвертым.

До Ванкувера Дукурс продавал скелетоны за 3,5 тысячи евро. С нового сезона поднял цену за марку. Один скелетон спортсмены используют два-три сезона. Вот Саша в Ванкувере из двух скелетонов собрал один, получилось, что бронзовый.

– Ваш рулевой из Красноярска Женя Попов передумал заканчивать со спортом? Он же травмирован был?

– Травмы лечатся. А Женя Попов пошел к главе Красноярска Петру Пимашкову и сказал: я четыре Олимпиады отгонял, а своего боба не имею. Петр Иванович обещал: будут вам бобы. И «двойка», и «четверка». Вот Александр Зубков сделал операцию на ахилле, отработал олимпийский цикл, медаль выиграл. Я не считаю, что, например, Дмитрий Абрамович как рулевой лучше Попова. Женя вот и в чемпионате России победил.

– Надо вкладывать деньги туда, где готовятся олимпийские кадры?

– Посчитай: бобслей на Олимпиаде – это три комплекта медалей, сани – три, скелетон – два комплекта.

Для полноценной подготовки пилотов, саночников и скелетонистов в России необходима стартовая рельсовая эстакада. В Красноярском крае создан уникальный проект полигона по подготовке олимпийцев – Академия зимних видов, со сроком сдачи в эксплуатацию к 2012 году. В проекте предусмотрена и стартовая ледовая эстакада. Нам кровь из носу нужен центр подготовки пилотов. И трасса. Следующие Игры после Сочи отдадут скорее всего корейцам. А по часовому поясу Сибирь близка к Пьенчангу.

– На ваш взгляд, Третьяков – реальный претендент на золото Сочи-2014?

– За год до Игр во время обкатки трассы в Уистлере Саша сильно простыл и пропустил несколько тренировочных заездов. Не накатал трассу должным образом. Я приехал не как его личный тренер и уже после старта. А ведь мог ему помочь советом. Ладно, я – но почему не взяли в Ванкувер Анатолия Челышева, который прежде на каждом старте был рядом с Сашей? Ведь Третьяков был единственным претендентом от России в скелетоне на медаль Олимпиады, а тут на тренере решили сэкономить… Сложные у нас отношения с федерацией. Мы все свои вопросы решаем сами в Красноярске. А Третьякова нужно носить до руках до сочинской Олимпиады.