Свои среди чужих. Российские тренеры помогут добыть олимпийские медали другим странам, а пятеро иностранцев поработают на Россию

Четырехкратная олимпийская чемпионка в синхронном плавании Анастасия Ермакова надеялась на Играх-2012 в Лондоне войти в историю – стать первой в истории своего вида спорта пятикратной победительницей Игр. Но старая травма плеча заставила скорректировать планы. Прошлым летом Ермакова завершила карьеру и вскоре стала тренером сборной Италии.

– Всю жизнь говорила: если когда-нибудь и уеду из России, то только в Италию, – рассказывает Ермакова. – На сборах начала самостоятельно учить итальянский. Хотя не было никаких предпосылок к тому, что он мне когда-нибудь пригодится. Но мне настолько нравились звучание языка и сама культура этой страны.

– Сейчас по-итальянски вы говорите свободно?
– В России я выучила только самые азы и, когда приехала, говорить не могла совсем. Но сейчас потихоньку стала общаться.

– Вы практически сразу же после завершения карьеры оказались на тренерской работе в Италии. Как так получилось?
– Совершенно случайно. Я начала работать со сборной Казахстана. Приехала с девчонками на соревнования в Италию, пообщалась с местными тренерами, и как-то слово за слово – они позвали к себе. Это была давняя мечта, долго не раздумывала и согласилась.

– Почему вы даже не попробовали присоединиться к тренерскому штабу сборной России?
– У нас достаточно прекрасных тренеров, с командой и без меня есть кому работать. Я же хотела после завершения карьеры реализоваться в чем-то новом. Безусловно, для спортсмена стать тренером – самое естественное решение.

– Финансовые условия в Италии у вас лучше, чем могли бы быть дома?
– Нет, что вы, моя зарплата ниже, чем у российских коллег. Но тут, наверное, некорректно сравнивать. Российские девочки выигрывают Олимпиады и чемпионаты мира, и труд их наставников оплачивается соответственно. В Италии же спортсменки пока не могут соревноваться на таком уровне. Отсюда и разница.

– Итальянки так же, как россиянки, вкалывают на тренировках по 10 часов в день?
– Нет, у них совершенно другой менталитет. В России в голову никому не придет сказать тренеру, что у тебя три раза в неделю дополнительные занятия в школе. У нас вопрос стоит жестко: если не уделять тренировкам максимум времени и сил, результата не будет. У итальянок же на первом месте учеба. Они, конечно, тоже серьезно относятся к синхронному плаванию, но при этом сохраняют свою свободу.

– Вам, четырехкратной олимпийской чемпионке, интересно работать в Италии с теми, кто занимается синхронным плаванием в свободное от учебы время?
– Нет, так все-таки нельзя ставить вопрос. Здесь тоже есть конкуренция, борьба, и у каждой из девочек – свои перспективы и цели. Мы тоже работаем на результат, совершенствуем программы, думаем о следующем олимпийском цикле. Это же не значит, что если кто-то пока не стоит на пьедестале, то он не трудится. Мне интересно то, чем я занимаюсь, вижу перспективу и получаю удовольствие.

– Возвращение в Россию возможно?
– Даже не знаю, – Ермакова на мгновение замолкает. – Пока мне все нравится в Италии. Я живу на берегу моря, работаю в замечательном коллективе… Тут нет ничего, что мне бы не нравилось!
Уехала в Италию осенью 2011‑го.

Легендарный тренер Геннадий Турецкий уже много лет трудится в сборной Швейцарии. Теперь параллельно со швейцарской командой вместе с Турецким готовится участник Игр-2012 россиянин Андрей Гречин.

– Каково сейчас состояние Андрея Гречина, который на Играх в Лондоне поплывет в российской эстафете 4х100 м, а также дистанцию 50 м?
– Андрей здоров, тренируется. Его задача на Играх – побить личное достижение. Если это будет выполнено, тогда и эстафета получится, и в личном виде он дойдет до финала.

– Как во время Игр в Лондоне вы собираетесь работать с Гречиным, будучи тренером сборной Швейцарии?
– Я аккредитован по швейцарской линии. Но при этом, в отличие от Австралии, где меня сильно критиковали, тут не запрещают параллельно работать с иностранными спортсменами. В Лондоне с Андреем будем подстраиваться, чтобы наше расписание тренировок совпадало. Хотя в принципе это не критично. Профессиональный спортсмен во время Олимпийских игр сам понимает, что ему нужно делать.

– В плане на Игры-2012 у сборной России значатся семь медалей, в том числе одна золотая. Ваш взгляд со стороны – это реально?
– Неэтично с моей стороны оценивать работу коллег. Я могу только пожелать российской команде, чтобы каждый из ее участников, превозмогая себя, сумел показать свой лучший результат. Если это произойдет, удастся реализовать любые планы.

– За пять лет работы вам не удалось довести до элитного мирового уровня ни одного швейцарского спортсмена. Выходит, работа с австралийцем Яном Торпом, Гречиным, ранее со Станиславой Комаровой – это отдушина, возможность вспомнить былые времена?
– Понятно, что швейцарцам сложно конкурировать со странами-гигантами, где плавание развивается в специализированных центрах: США, Австралией, Германией. Помню, когда я читал лекции в институте Лесгафта, одна из студенток спросила: «А можно ли, тренируясь меньше, получить больше результата?» Собственно, ответом на этот вопрос я и занимаюсь в Швейцарии. Здесь много талантливых детей, но их крайне сложно вывести на высший уровень. Другая психология, другая атмосфера… Но это интересно, это вызов.

– Если пофантазировать: вы бы согласились вернуться работать в Россию?
– Я стараюсь делать лучше и больше каждый день. А что будет через год или два – не задумываюсь.

– Ваше первое требование, если бы вы вернулись?
– Интересный вопрос… – Турецкий берет время на размышление, а затем смеется. – Наверное, полнота власти.

В 1992 году уехал в Австралию. С 2007 года – главный тренер сборной Швейцарии.

Итальянец Андреа ди Нино вошел в тренерский штаб сборной России на Играх в Лондоне как наставник двух лидеров команды пловцов – Евгения Коротышкина и Сергея Фесикова.

– У меня тренируются двое пловцов, входящих в ТОП-10 мирового рейтинга, потому я был вправе рассчитывать на место в тренерском штабе, – объясняет Ди Нино, которого мы застали на предолимпийском сборе российской команды в Англии.

– Уже примерили российскую форму?
– Да, спасибо ребятам, они привезли мне сюда целую сумку – нравится, все классно. Для меня действительно большая честь надеть эту форму.

– На Играх в Лондоне будет выступать еще один ваш ученик, представитель Кении Джейсон Данфорд. Как вы собираетесь решать ситуацию с конфликтом интересов?
– Напрямую мне никто не говорил, что раз я вошел в состав российской сборной, то тренировать иностранцев не имею права. Но я отдаю себе отчет, что такой разговор может иметь место. Поэтому во время Игр подготовкой Данфорда займется мой помощник, я контролирую процесс по телефону. Помощник также раз в неделю приезжает к нам, чтобы помочь мне с тренировками Коротышкина и Фесикова.

– Подготовка российских олимпийцев за неделю до старта Игр как-то отличается от того, к чему вы привыкли в Италии?
– Нет, я думаю, в этот период все спортсмены мира одинаковы. Тренировки становятся короче, у пловцов появляется больше свободного времени, и тут важно заставлять их отвлекаться, не думать о старте Олимпиады 24 часа в сутки. Выезды в город, экскурсии и тому подобное. Иначе можно с ума сойти.

– Вы помогаете во время сбора и другим российским пловцам или сосредоточены только на Коротышкине и Фесикове?
– Поймите, я впервые в российской команде и не имею морального права прыгать через головы. Даже если вдруг увижу, что кто-то из ваших спортсменов допускает ошибку, никогда не позволю себе подойти и указать на нее. Могу потом обсудить это с его тренером, но не напрямую со спортсменом. Огромное спасибо главному тренеру Андрею Воронцову, который очень нам помогает и при этом предоставляет достаточно свободы.

Тренирует Евгения Коротышкина с зимы 2009 года.