Шарапова под зонтом. Вчера Мария – единственная из наших – сыграла по расписанию. Остальных смыл с кортов дождь

Лондон-2012

БАСКОВ В «АЛЬБЕРТ-ХОЛЛЕ»

Это как Большой театр отдать под фестиваль ансамблей песни и пляски народов мира. Как в Нотр-Дам-де-Пари провести выставку современного искусства. Как Николаю Баскову выступать в Королевском «Альберт-Холле». Впрочем, может, он там уже и взаправду выступал. Проводят же олимпийский теннисный турнир на Уимблдоне...
Чемпионка «Ролан Гаррос»-2010 Франческа Скьявоне покорно сидела на автобусной остановке в ожидании своего транспорта, следующего с кортов в Олимпийскую деревню. Транспорт все не приходил. Итальянка, проведшая только что тяжелый трехсетовый матч, битые сорок минут от скуки насиловала свой телефон. Потом еще 10 ждала отправления уже в автобусе. Но там хотя бы можно было поспать. Можно ли себе представить такое во время Уимблдона, где за каждым (!) игроком закреплен персональный транспорт? Нельзя. Впрочем, как невообразима и масса других вещей, шокирующих привыкших к неким стандартам теннисистов (см. анкету на соседней полосе. – Прим. ред.)
С олимпийским транспортом в субботу действительно был швах. Мой уимблдонский хоть и опоздал на 20 минут, но зато ехал из центра до кортов всего полчаса, что можно приравнять к результату Шумахера в лучшие годы, даже с учетом выделенной олимпийской полосы. Куда меньше повезло журналистам, освещающим волейбол. Мало того что их автобусы стали ходить с часовыми задержками уже с самого утра, так еще и по окончании последнего матча их попросту не было – сервис закончил свою работу. В результате многие лучшие волейбольные перья мира оказались дома лишь к четырем утра. Как же все-таки грамотно, что наша федерация разместила своих игроков в домиках в пешей доступности от кортов!
В общем, многое отличает привычный для нас Уимблдон от приехавшего сюда на недельку гостя. Помимо бросающихся всем в глаза малинового фона и пестроты спортивных одежд. Потешно глядеть на зачехленные повсюду уличные часы. Ну а как иначе – это ж «Ролекс», а у Международного олимпийского комитета (МОК) контракт с «Омегой». Логотипы Всеанглийского клуба лаун-тенниса и крокета почему-то повсеместно, даже в туалетах, стыдливо заклеены скотчем.
Но самое главное и ужасно печальное – тут почти нет зрителей! Сперва я подумал, что все перепутал и явился на стадион раньше времени, поскольку на уимблдонских улочках было пустынно, а всем известно. что в первые дни «Большого шлема» здесь не протолкнуться. Но уже начались матчи, а сиденья на кортах оставались даже не полупустыми – на три четверти пустыми. Как же такое возможно при врожденной любви местной публики к теннису и отсутствии билетов в продаже?
Знающие люди так говорят: большинство здешних любителей тенниса старались как можно полнее насытиться Уимблдоном, чтобы во время Олимпиады все-таки свалить из наводненного туристами города. Те же истинные фанаты спорта, которые остались, все-таки хотят, пользуясь уникальной возможностью, надышаться олимпийским воздухом как можно полнее. Поэтому многие даже при наличии билетов на теннис предпочитают другие старты. Ведь на Уимблдон из-за его удаленности и специфики соревнований надо приезжать на весь день. А в центре за одни сутки можно успеть насладиться, как, скажем, вчера, и пляжным волейболом, и велогонкой, и фехтованием, и вечерним баскетболом. Так теннис стал эдаким олимпийским анклавом, охраняемым тысячами военных, которых вчера уже начали по российской традиции сажать на пустые места.

ШАРАПОВА: ПОХОД В КАФЕТЕРИЙ БЫЛ БОЛЬШОЙ ОШИБКОЙ...

В воскресенье была соблюдена хоть одна чисто уимблдонская традиция – с утра в районе кортов зарядил ливень. Да такой, что люди даже не решались выйти из метро, из-за чего на расположенной под открытым небом станции «Саузфилдз» возникла жуткая давка. До десяти вечера по Москве дождь то утихал, то снова барабанил с утроенной энергией. В общем сухих минут за все это время выдалось лишь 42, за которые Николай Давыденко успел с брейком повести у чеха Радека Штепанека 4:3. В итоге до подписания этого номера в печать из наших успела сыграть лишь Мария Шарапова, которой выпала честь открывать счет своим олимпийским матчам на Центральном корте, оборудованном раздвижной крышей.
Премьеру Мария провела суперуверенно. Порой так без устали била по углам, будто это не ее соперница израильтянка Шахар Пеер, а именно Шарапова два года отслужила в вооруженных силах. Безупречный дебют завершился со счетом 6:2, 6:0 и в общем-то не оставил у меня вопросов об игре.
– Маш, когда вам последний раз доводилось давать интервью под зонтом? – по олимпийским правилам перед пресс-конференцией Шарапову в угоду телевидению под проливным дождем провели по находящейся под открытым небом микст-зоне – еще одно безумие нынешнего турнира!.
– Никогда.
– Какие ощущения от Церемонии открытия?
– Просто фантастические! Мне было еще лет десять, когда я глядела в малюсенький телевизионный экран в своей комнате и смотрела одну из таких церемоний. Прекрасно помню, что наша сборная шла там в каких-то маленьких шляпках. Еще тогда я помечтала, как было бы прекрасно, если когда-нибудь и я...
– Мечты сбываются!
– Теперь я это точно знаю. Хотя я до сих пор не до конца верю, что все это происходило именно со мной. Я прошла по стадиону будто во сне. А когда отдала флаг, вышла с него и очутилась в машине, то сидела и не могла понять: где я только что была, что со мной?
– Слышал, у вас было время с этим определиться...
– Это так, – смеется Маша. – Действительно, когда еще до официального окончания праздника я собралась ехать домой, мою машину остановили полицейские. Оказалось, что во время салюта любые передвижения по Олимпийскому парку запрещены. Пришлось постоять минут 20. Но после многочасового ожидания прохода по стадиону это уже была сущая ерунда.
– Знамя-то тяжелым было?
– Совсем нет. Я ожидала, что будет тяжелее. Тренировалась даже, дополнительно качая мышцы рук, но, как оказалось, зря.
– Хотите теперь пронести его еще раз – уже на Церемонии закрытия?
– Это невозможно – в это время я уже точно буду в Монреале выступать на очередном турнире.
– Все команды в пятницу перед шоу собирались в Олимпийской деревне. Вы тоже оттуда стартовали?
– Да. Была поражена – эдакий маленький город спортсменов.
– Ну, не такой уж и маленький. Как вас там приняли, кстати?
– Очень радушно. Даже слишком, – Шарапова снова давится хохотом. – Я, конечно, предполагала, что меня многие знают как спортсменку, мои достижения, но... В общем, самой большой ошибкой было зайти в местный кафетерий. Попытка попить апельсиновый сок обернулась для меня часовым фотографированием. Такое впечатление, что фотографии со мной теперь есть у всех жителей деревни.
– С кем-то из спортсменов успели познакомится?
– Столкнулась там прежде всего с нашими баскетболистами. Наконец-то увидела живого Кириленко, пообщалась с ним – отличный парень!
– А ваш личный парень-баскетболист где? Саша (Вуячич, жених Шараповой. – Прим. ред.) приехал сюда за вас поболеть?
– Нет, он уехал на предсезонные сборы. Зато тут моя мама, которая сидела на стадионе во время Церемонии открытия.
– Сами-то планируете какие-то соревнования посетить?
– Нестерпимо хочу на гимнастику попасть. Завидую маме, которая достала туда билеты и сегодня пошла смотреть на Комову, Мустафину и остальных. Но я здесь прежде всего для того, чтобы играть в теннис.
– Только одиночку или микст тоже?
– Не, микст исключен!