Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
После смешанной эстафеты, которую сборная России, как и большинство гонок, провалила, Ольга Зайцева вышла к прессе с бледным лицом и горящими глазами. Уязвленная, она защищала себя и тренера Вольфганга Пихлера, которого ценит и уважает, как кажется, наперекор всей стране.
Зайцева смотрит в глаза журналистов с вызовом. Она молчит, будто ждет отмашку на старт.
– Что получилось, что не получилось? – после длительной паузы выдавливаю робкий и кривой вопрос, как, впрочем, и выступление сборной России в смешанной эстафете.
– Получилось пробежать эстафету на первом этапе! Как? Очень хорошо! – Зайцева саркастически улыбается, опуская голову. – Были разговоры о том, чтобы поставить меня на второй этап. Потом тренерский штаб все поменял. Сделали так, как им надо, и поставили меня стартовать. Пришлось резко перестраиваться. Причем решили все вечером перед гонкой. Я считаю, это было неправильно тактически.
– Почему?
– Нет, может, они и верно все сделали, – вновь сарказм Зайцевой. – Я ведь готова бегать везде, могу собраться на все этапы, но сам подход и поведение тренерского штаба мне не понравились. Они все решают, берут на себя ответственность, а наше мнение неинтересно.
– Кто решил поставить вас на второй этап – Пихлер или общий совет?
– Пихлер здесь вообще ни при чем. Человека отстранили от работы, теперь он тренирует только меня. Не согласна с тем, что его отстранили. Я за Вольфганга, буду за него бороться. Сейчас решение принимает совсем другой тренерский состав.
– Последнее слово за Королькевичем?
– Я не знаю, за кем последнее слово. Но на Пихлера вообще не надо ничего валить. Да, я опять его буду защищать и не позволю на него что-то валить.
– Что вы имеете в виду, когда говорите об отстранении Пихлера? Освобождение от должности старшего тренера?
– Он и не был старшим. Старший у нас Королькевич. Повторю, с Пихлером сейчас работаю только я.
– Но ведь он все равно должен был уйти после Олимпиады...
– А я все равно с ним продолжу работать.
– Но ведь у группы Пихлера результатов не было ни до, ни на Олимпиаде.
– Не всегда везет. Вот Глазырина – травмы ее преследуют. То одно, то другое. Мы работаем, отдаем все силы, не халявим.
– Еще раз о Пихлере. Я лично слышал, что в Рупольдинге он просил тренеров не ставить вас на первый и последний этапы эстафеты. Говорил: «Оля просит». Все тогда покивали головами...
– Сейчас тоже покивали, но сделали по-своему. После масс-старта, где я получила травму, мы с Вольфгангом все обсудили. Идеальный вариант – ставить меня на второй этап. Хоть я и опытный спортсмен, но все равно человек живой.
– Ладно Пихлер, но почему ваше мнение не слушают?
– Спортсменов считают роботами, которые не могут ничего сказать и у которых не надо ничего спрашивать. Я не хочу войну устраивать. Это мое мнение, и тренеры это мнение знают.
– Команда выступает неудачно – это факт. С кого спрашивать? В руководстве СБР десятки человек, но кто шьет кафтан, непонятно.
– Вот такая у нас волшебная структура. Спрашивать не с кого, а крайнего найдут.
– Как лидера – вас...
– Спортсмены виноваты, нас будут трясти. Мы делаем свою работу. Мы ведь тоже хотим медалей, стараемся, видим, как нас болельщики поддерживают.
– Упаднических настроений в команде нет?
– Все классно: в Сочи отличные Олимпийские игры. Я рада. Красивая природа, у нас все хорошо. Да, есть смена поколений, смена всего. Думаю, это переходный период. Не надо нас валить и ругать. Поддержите. Одна гонка осталась – эстафета. За всех девчонок скажу: мы выложимся по полной.