Ольга Забелинская: Видимо, страдала не настолько, чтобы в Рио взять золото

Встречающие Ольгу Забелинскую уже в зале ожидания «Пулково» за час до прилета. Определить это легко хотя бы по крупным телекамерам у выхода для пассажиров. Рейс гонщицы из Парижа задерживается – но ненадолго, всего пятнадцать минут.

К этому моменту в «Пулково» приехали все, кто хотел встретить трехкратного олимпийского призера. Дети из общественной организации «Фаворит», которая располагается в Выборге Ленинградской области, Забелинская считается воспитанником «Фаворита». Представители спорткомитета и, конечно же, мама Людмила Анатольевна с сыном Ольги Богданом. Четыре года назад на встречу с велогонщицей приезжал и ее отец Сергей Сухорученков – олимпийский чемпион Игр в Москве. В этот раз подразнить папу очередной медалью Ольге не удается – его не было.

Забелинская появляется на виду у собравшихся, но выходит не сразу. Она вежливо пропускает вперед других пассажиров – они в шоке от такого количества камер. Путь расчищен – Ольга сразу в объятиях мамы с сыном, у нее в руках тут же огромное количество букетов.

– Первое впечатление от Рио было не самое хорошее, – говорит Забелинская об олимпийской столице. – Город не совсем подготовили, было грязновато. К концу наших соревнований он преобразился. Там сделали подсветку, даже местами стало красиво.

– Откуда взялись те эмоции, которые позволили занять второе место?
– Просто немножко успокоилась, привела в порядок нервы, голову – и поехала максимально быстро, насколько могу.

– Поддержка в Рио чувствовалась?
– За нас никак не болели. Только в Русском доме были российские болельщики, а на трассе людей не было совсем.

– А поддержка из России?
– Только если от родственников и друзей в Фейсбуке, которые меня знают. Всем за это спасибо.

– Негатив к русским спортсменам чувствовался?
– На награждении чувствовалось: моим соперницам, когда выходили на пьедестал, аплодировали, а мне – чуть-чуть.

– Эмоции от Рио и Лондона отличаются?
– Совсем разные истории. Те медали были для меня новыми, неожиданными, а в Рио я ее ожидала, но она далась тяжелее всего. За четыре года прошло много хорошего и плохого. Даже больше плохого. Видимо, это вознаграждение за мои страдания, но, видимо, страдала не настолько, чтобы получить золотую медаль.

– Как будете праздновать?
– Не знаю. Как будем праздновать? – обращается Ольга к своей маме.

– В кругу семьи, в ресторане посидим, – говорит Людмила Анатольевна.

– Завтра я уже уезжаю, – добавляет велогонщица. Видимо, на Кипр, где живет последние годы.

– Как считаете, если бы не было эмоционального давления, вы взяли бы золото?
– Не знаю. Может быть, и нет, потому что любой стресс потом дает какую-то компенсацию. Если бы все сложилось гладко – может, и не было бы этих медалей.

– Что сейчас хочется больше всего?
– Приехать домой и отдохнуть. Почти сутки летела, хочется остановиться на одном месте.

– Эта медаль – самая главная в вашей жизни?
– Самая дорогостоящая. Надеюсь, что не последняя. Что будет еще дороже.

– Не обидно, что такое внимание к вам бывает раз в четыре года, а в остальное время всем все равно?
– С одной стороны, немножко обидно. Я понимаю, что это внимание скоро закончится, поэтому с радостью со всеми общаюсь. Если бы такое было постоянно – остерегалась бы, наверное.

По пути в машину Забелинская успевает ответить на другие вопросы.

– 5 августа вы собирались улетать из Рио. Как удалось все переиграть?
– Я практически ехала в аэропорт, когда вице-президент нашей федерации сказал «Давай еще подождем, через полчаса может быть ответ». Вот я и осталась.

– Вы с семьей говорили: может, хватить мучиться?
– Да, я говорила, что больше не хочу. Мама отвечала, что ждет меня. Когда меня заявили, она была рада.

– Представьте, что вы улетели бы из Рио. Вернулись бы обратно?
– Я не успевала бы. Сутки на перелет туда и сутки – обратно. Но хорошо, что получилось так, как получилось.