Комментатор «НТВ–Плюс» Анна Дмитриева: Раньше я критиковала всех и вся!

Наш спецкор побеседовал в Нью-Йорке с финалисткой юношеского Уимблдона-58 Анной Дмитриевой – о теннисе и комментаторской профессии.

В первый же день турнира с Анной Владимировной приключилась настоящая беда: падение по дороге в комментаторскую кабину обернулось для нее немедленной отправкой в клинику и посещением стоматолога. Удивительно, но уже через день шеф, как ее называют здесь многие подопечные, был в строю. Причем не только руководил процессом, но и комментировал!

– Что вас заставляет по сей день мотаться по теннисным турнирам? – изумляюсь. – Мельбурн, Нью-Йорк – не ближний свет...

– Что же странного в том, что я продолжаю заниматься любимым делом, которое сама же когда-то и создала? – изумляется в ответ Анна Владимировна. – К тому же есть ощущение, что если я перестану работать, то быстро потеряю энергию. Тот, кто сильно устает на работе, меня поймет.

– Трудотерапия…

– Не только. Я давно занимаюсь подготовкой новых комментаторов. Но девочки, которые к нам приходят, пока полноценно работать не могут. К примеру, сильно начала прогрессировать Настя Мыскина (победительница «Ролан Гарроса»-2004), но только что родила второго ребенка. Так что у нас есть проблема с нехваткой комментаторов – особенно для женского тенниса. Поэтому в перспективе хочу поработать с теми теннисистками, которые скоро завершат карьеру, чтобы довести их до определенного уровня. А потом можно будет со спокойным сердцем передать им теннисный канал.

– А я вас не гоню с теннисного канала – боже упаси! Просто поражаюсь, что на вас по сей день лежит неимоверная организационная работа. Без вас не справляются, что ли?

– За много лет все привыкли, что определенный пласт вопросов я беру на себя. Настолько, что никто и не мыслит, что может быть по-другому. Ведь с чего я начинала? С ежедневных мини-обзоров турниров «Большого шлема» на Гостелерадио СССР. Очень редко удавалось дать в эфир куцые репортажи с матчей, обрезанные под 40-минутный формат. Тогда невозможно было себе даже представить, что у нас будет на турнире свой офис, студия, целая бригада журналистов и техников. Но постепенно моими усилиями все расширялось. И сейчас мы работаем с размахом, который могут позволить себе лишь три компании в мире: CBS, ESPN и Tennis Channel.

– Прорывом стал, кажется, 1995 год, когда Россия впервые услышала ваши с Александром Метревели репортажи с Уимблдона…

– Да, тогда мы выходили в эфир «НТВ». Смешно вспоминать, что мы тогда приехали в Лондон только вдвоем и сами выполняли обязанности звукорежиссера, орудуя всеми этими многочисленными кнопками на комментаторском пульте.

– Появление специализированного теннисного канала на «НТВ–Плюс» стало, безусловно, прекрасным подарком всем любителям тенниса нашей страны...

– …и ближнего зарубежья тоже!

– Прибыльное ли это дело? Или Анна Дмитриева, пользуясь своим авторитетом, просто пробила лишний канал для своего любимого вида спорта?

– Фокус в том, что, когда мы затевали отдельный канал про теннис, у нас уже были так или иначе куплены необходимые трансляции. Только шли они вразброс на разных каналах. И в какой-то момент мы решили, что собрать их в одном месте, сдобрив собственным программным продуктом, – более эффективный подход.

Скажу так: показывать турнир «Большого шлема» на общеполитическом канале – это все равно что купить роскошный костюм, но выдать в эфир лишь один его рукав. Продолжая аналогии, на общеспортивном канале у тебя уже есть возможность показать зрителям пиджак. И только на специализированном теннисном можно показать обновку во всей красе.

– И все-таки на телевидении есть жесткий аргумент – его величество Рейтинг. Каков он у теннисного канала?

– Мы не регулярно, но делаем замеры. Рейтинг у нашего канала именно такой, который всех устраивает. Кроме этого, я могу с уверенностью заявить, что теннисного зрителя, который в стране имелся, мы полностью у себя сосредоточили, что очень важно.

 

– Персональную статистику ведете: какой это у вас по счету US Open?

– Не веду. Могу сказать только, что Уимблдон я освещаю с 1984 года, и перерыв у меня был всего в два года, когда я переходила из одной компании в другую. Открытый чемпионат США мы ведем с 1995-го. Один или два года, правда, не ездили в Нью-Йорк из-за кризиса – вели репортажи из Москвы.

– Что исчезает в вашей жизни, когда вы на пару лет остаетесь без «Большого шлема»?

– Ничего. Я всегда нахожу себе вполне достойную замену.

– Но что-то вас все время сюда возвращает...

– На «Большом шлеме» собирается теннисный люд со всего мира – отличное место, чтобы узнать все новости. Я и так могу быть скучна в своих комментариях, поскольку все, что могла, рассказала о теннисе. Но если еще не буду в курсе событий, это перебор.

– Самоцензура в эфире существует?

– Рассказываю, так или иначе, почти все, что знаю. Единственное, стараюсь поделикатнее высказываться в отношении наших игроков. Понимая, насколько уязвим каждый публичный человек, насколько болезненно он воспринимает критику. Здесь я действительно стараюсь себя сдерживать, не давать в эфир какие-то мелкие детали. Пришла я к этому, кстати, совсем недавно. Раньше я довольно огульно критиковала всех и вся. Но с нынешним поколением теннисистов мы фактически сроднились. Мы общаемся вне корта, ходим в рестораны, знаем все их беды и чаяния. Мы знакомы с их родителями.

– А вот знаменитый журналист Лев Филатов принципиально избегал сближения со своими героями.

– Ну мы, конечно, не со всеми сближаемся. Только с теми, кто сам хочет общения. Было бы смешно, если б мы бегали друг от друга.

– Говорят, теннисисты ловят каждое ваше слово.

– Да, им тут же доносят родственники, знакомые, друзья! Не успеем мы закончить репортаж, как нас уже благодарят за похвалу и обижаются на негативную оценку. Но, знаете, я считаю себя обязанной давать оценку, исходя из доброжелательного посыла. Я искренне хочу сделать их игру лучше. Сама внутренне очень тяжело переношу критику, поэтому, кстати, и форумы в Интернете не читаю – иначе просто закончу с профессией.

– Во времена вашей игроцкой карьеры внимание к теннису было, ясное дело, совсем не таким.

– Особенно в нашей стране. Было забавно, когда мы в паре с австралийкой Джуди Тегарт вышли в полуфинал Уимблдона. Она восторженно причитала: «Ты представляешь, что мы сделали? Завтра о тебе напишут все газеты! Ты обязательно привези мне потом вырезки!» Я-то знала, что ничего не напишут. Для смеха потом все-таки сделала одну вырезку для Джуди. Там мелкими буквами под рубрикой «Новости спорта» была написана о нас ровно одна фраза.

– Несмотря на то что вы сторонитесь форумов, позволю себе донести до вас два полярных болельщицких взгляда на положение дел в спортивном комментарии на ТВ. Одни говорят, что, дескать, были люди в наше время – Озеров, Майоров, Перетурин! А сейчас что – тьфу! Другие же призывают удалить с арены Маслаченко, Метревели, Дмитриеву и дать дорогу молодым. Вы на чьей стороне?

– Нет пророка в своем отечестве. Те, кто на виду, всегда вызывают большее раздражение. Перетурин, между прочим, никогда не воспринимался как комментатор высокого ранга. Были Озеров, Маслаченко, Махарадзе и – все остальные. Теперь же у нас так много всего транслируется, что комментаторов тоже уйма – на любой вкус. Нравятся молодые – слушайте их, приятнее слушать опытных – пожалуйста. Хотя надо понимать, что в молодом возрасте очень трудно стать комментатором. Ведь чтобы долго в солирующем режиме разговаривать с людьми, надо иметь что-то за душой.

– Комментаторов, может, и уйма, но ярких личностей среди них мало. Куда вообще, по-вашему, движется профессия?

– Всегда в любой группе есть яркие личности, есть хорошие, а есть общая масса, без которой все равно не может существовать телевидение. Так было и так будет.

– Есть у вас среди нынешних комментаторов фавориты?

– По вполне понятным причинам, те, с которыми мы вместе начинали делать спортивные каналы «НТВ–Плюс». Те мальчики, которым нынче по 27–35 лет и которые выросли на моих глазах и при моем непосредственном участии. Одни были более послушные, чем талантливые. С ними было проще. Другие – с крутым нравом и с ними было сложнее, но люблю я их больше.

С тем же Васей Уткиным мне в свое время пришлось провести много душеспасительных бесед. У Юры Черданцева другие сложности и другой стиль комментирования, но он мне тоже далеко не безразличен. То же самое относится к Леше Андронову. Трудновоспитуемый был мальчик, неорганизованный. Я прикладывала много сил, чтобы его не выгнали, когда в 21 год он опоздал на репортаж. Я знала, что это будет потеря, и боролась за него.

 

– Со стороны вся эта комбинация с назначением Дмитрия Чуковского директором спортивных каналов, а Уткина – главным редактором выглядит как плавные проводы Анны Дмитриевой на заслуженный отдых.

– На самом деле я давно подумывала, что хватит мне уже руководить таким большим и молодым коллективом. Не очень комфортно пребывать в этом статусе, зная, что в декабре тебе уже будет 70.

– Главный редактор Уткин – это как понимать?

– Вася всегда фонтанировал идеями. Какие-то воплощали в жизнь, а некоторые я просто физически не могла осуществить. Вот пускай теперь сам попробует претворить их в жизнь! Думаю, ему новая работа пойдет на пользу чисто по-человечески. Ведь руководить творческим коллективом – это значит, быть лояльным по отношению к каждому. Быть звездой с точностью до наоборот.

Когда Уткин вступал в должность, то произнес на общем собрании речь: «Бытует мнение, что я высокомерный и вздорный. Поэтому я сразу приношу извинения всем, кого я обидел, поскольку хочу начать с чистого листа». Очень надеюсь, что у него получится.

– А как ваша должность теперь называется?

– Даже и не знаю. Как-то не спросила пока. Так же как и не поинтересовалась зарплатой. Но, уверена, все будет нормально. Естественно, я канал, который стал для меня второй семьей, не брошу, буду по возможности находиться в курсе всех дел. И, боюсь, еще надоем его новым руководителям своими советами, – хитро улыбается Дмитриева. – Надеюсь, они хотя бы будут их выслушивать.

Вполне естественно, что мы не могли не поинтересоваться у Анны Дмитриевой ее мнением о положении дел в современном российском теннисе. В каком состоянии он находится: на подъеме, на спаде, стагнирует?

– В теннисе очень многое зависит от индивидуумов. Поэтому даже при очень хорошей организации работы, которая наблюдается в США, Англии, звезд у них немного. В Великобритании вообще один Маррей! И то он – плод усилий, прежде всего, его мамы и только потом теннисной федерации, которая ей финансово помогла. В общем, в итоге именно родители, а не сила федерации являются основным фактором появления сильных теннисистов. Просто в сильных федерациях экономические проблемы талантливых подростков решаются проще, в других – все сложнее. У нас, к сожалению, пока сложно с этим.

Так что нам сильно повезло, что у нас появились в свое время такие таланты, как Кафельников и Сафин. Боюсь, в мужском теннисе равноценных ребят мы увидим не скоро. В женском теннисе нас тоже ждет тяжелый период, поскольку те, кто играл хорошо, сейчас близки к завершению карьеры. Те, кто в расцвете, – их очень немного.

Так что период сейчас мы переживаем не самый легкий для нашего тенниса. Мы привыкли к тому, что у нас в ТОР-10 человек шесть-восемь, и, если в 1/2 финала «Большого шлема» у нас остается, как сейчас, одна теннисистка, мы считаем это чуть ли не провалом. Хотя любая другая страна этому бы радовалась. Посмотрите на тех же американцев, у которых при всех их финансовых вложениях осталась одна Уильямс!

Родилась 10 декабря 1940 года в Москве. Директор спортивных каналов «НТВ–Плюс» (до сентября 2010-го), заслуженный мастер спорта СССР.

18-кратная чемпионка СССР в одиночном (1959, 1961–1964), парном (1958–1964, 1966–1967) и смешанном (1959, 1961–1962, 1964) разрядах, четыре раза – абсолютная чемпионка (1959, 1961–1962, 1964). С 1957 по 1972 год Дмитриева входила в десятку сильнейших теннисисток СССР и пять раз (1959, 1961–1964) возглавляла ее.

Победительница Открытого чемпионата Венгрии в паре и миксте (1962). Абсолютная победительница Открытых чемпионатов Чехословакии (1962), Уганды (1963), Игр стран Азии и Африки (ГАНЕФО, 1963). Победительница международного турнира в Алжире (1964) в одиночном разряде и миксте, международного турнира в Каире (1965), победительница Открытого чемпионата Скандинавии (1965) в паре, победительница Открытого чемпионата Югославии (1966) в одиночном разряде, чемпионка королевского клуба (Лондон, 1963) в паре и Бэкнемского турнира (1965) в миксте, победительница международного турнира в Александрии (1968) в одиночном разряде.

Сегодня вечером запланирован полуфинальный матч в женском одиночном разряде:

Возняцки (Дания, 1) – Звонарева (Россия, 7) СМОТРИТЕ НА ТВ

US OPEN

Сегодня (прямые трансляции)

«НТВ–Плюс Теннис» – 20.25

«Евроспорт» – 21.45