12-я ракетка мира Светлана Кузнецова: Подвела слишком ровная кардиограмма

Вчера Светлана Кузнецова в третьем круге уступила 19-й ракетке турнира бельгийке Янине Викмайер (6:4, 3:6, 4:6).

Когда идешь на интервью к теннисистке, всего лишь какой-то час назад проигравшей важный матч, всякий раз нервничаешь. С чего начать разговор? Как ненароком не сделать слишком больно каким-нибудь вопросом? Как разговорить человека, находящегося в нервно-унылом состоянии? Ведь это ж все-таки девушки. К тому же наши, родные, зачем их лишний раз травмировать?

Однако к Светлане Кузнецовой в любой момент направляешься спокойно, с открытым забралом. Она и критику готова принять, и сама правду-матку может в ответ рубануть. Наверное, поэтому с таким характером и есть она не кто иная, как великая чемпионка. Разговор с такой часто выходит даже глубже, чем ты изначально задумывал. Так было и на этот раз.

– Первый сет отыграла мощно, потому что прессинговала, атаковала сама. А потом снизила давление, стала ждать ошибки соперницы, что не замедлило сказаться на результате, – Света быстро расставила все акценты в завершившейся игре.

– Вроде играли ровно, без особых спадов...

– Вот именно – ровно! – восклицает Кузнецова. Видно, что послематчевое возбуждение еще не покинуло ее душу. – У моей игры была слишком ровная кардиограмма. Не было всплесков. А они нужны, чтобы побеждать в таких матчах. Соперница играла на предельном для себя ритме, а пульс моей игры был куда ниже нормы. Это и предопределило итог.

– Не перестаю удивляться: ну почему вы – универсальный солдат тенниса, имеющий в своем багаже весь технический арсенал, – уступаете куда более прямолинейным игрокам?

– Если говорить конкретно о Викмайер, то с ней, конечно, куда проще играть на грунте или на харде. А на траве ее мощь приобретает уже совершенно другое значение. Но, поймите, у нее только одна опция – подача, да плоский удар. Ей просто – дави на одну кнопку, да и все. А мне каждый раз приходиться думать, как сыграть. Выбирать оружие из этого самого арсенала. Это намного сложнее, и это меня часто подводит.

– Теперь все усилия на пару? Или к парному турниру относитесь как к второсортному?

– Не знаю. Не решила еще, если честно, как к нему относиться. Вообще-то собиралась в одиночке подольше поиграть.

– Ваша пара с Верой Звонаревой – это спонтанное образование или с далеко идущими олимпийскими планами (теннисный турнир Игр-2012, как известно, состоится на кортах Уимблдона. – Прим. ред.)?

– Прежде всего, мы просто хотим попробовать сыграться вместе. Но, конечно, не буду отрицать того, что это связано с Олимпиадой.

– Ксения Первак – главная российская сенсация Уимблдона – рассказывает, что то и дело спрашивает совета то у вас, то у ваших тренеров. Часто вообще молодые обращаются за советом?

– Не-а. Вы только не подумайте, что я как-то обижаюсь на это или что меня это сильно беспокоит. У каждого свой стиль жизни. Но вот, знаете, что меня реально беспокоит?

– Что?

– Помню, когда я была совсем юной, то мы смотрели на звезд, скажем, из первой десятки подчеркнуто снизу вверх. Спросить что-то у них, да просто постоять рядом мы считали за привилегию. Господи, да когда я Курникову обыграла, я ночь не спала! А сейчас приходит какое-то наглое, борзое, извините за выражение, поколение. Такое впечатление, что для них ни Мартина Навратилова, ни Серена Уильямс не имеют никакого значения. Они сами себе звезды. Я не собираюсь морализировать на тему, хорошо это или плохо, не дай бог! Но в этом явное отличие нынешнего времени от прошлого.

– А не кажется ли вам, что происходит это во многом из-за того, что уровень ТОП-10 за последние годы сильно измельчал. Раньше там реально глыбы были – поди сдвинь, а сейчас калейдоскоп имен.

– После изменений в календаре ротация в высших эшелонах рейтинга, естественно, увеличилась. Раньше-то на большом турнире ты мог первые пару кругов с закрытыми глазами проходить, а нынче каждый матч может стать последним. Но возьмем, к примеру, ту же Возняцки. Да, со стороны кажется, что она какая-то легковесная личность, но вы пойдите и попробуйте выиграть столько турниров! Она заслуженно первая в мире, и ее надо уважать. Тем более молодым.

– Если говорить о новом поколении российских теннисисток, то, по-вашему, оно слабее или сильнее вашего?

– Для начала давайте определимся, есть ли оно, это поколение? Вот смотрите, в моей возрастной категории была ведь целая обойма: Звонарева, Красноруцкая, Сафина, Фокина, Кириленко. Когорта! Теперь возьмем девочек постарше, которые пришли до нас: Бовина, Петрова, Мыскина, Дементьева – сгусток, монолит! Разве это сравнимо с тем, что мы имеем сейчас?

– У вас есть мнение, почему сложилась именно такая картина?

– Трудный вопрос. У меня есть мысль по этому поводу, которая, естественно, совершенно не претендует на истину в последней инстанции. Девушки из моего и более старшего поколения – они были из не самых обеспеченных семей. Сейчас же я то и дело сталкиваюсь с тем, что в тур приходят дети благополучных родителей. Так что, возможно, тут имеет место проблема мотивации. Почему так происходит? Не знаю. Может, теннис сам по себе стал менее популярным в нашей стране? Или, может, заниматься им стало так дорого, что небогатые люди не могут позволить себе отправить в теннис своих детей?