«Был в Эрмитаже всего 3 часа. Надо вернуться». Раонич – о допинге и Петербурге

– Вы проиграли во втором круге US Open, пропустили матч за Кубок Дэвиса – где вы провели время до турнира в Петербурге?
– Я был на юге Франции, у меня были проблемы с физической формой, но теперь они позади. Теперь я готов сыграть на максимуме в Петербурге и на других оставшихся турнирах года.

– Как вы используете паузы между розыгрышами, чтобы лучше восстановиться?
– Напряжение бывает физическим и психологическим. Я стараюсь думать о дыхании, а не о происходящем на корте – мне это помогает настроиться.

– У вас есть приметы?
– Мне бы хотелось думать, что их нет. Но в подсознании они все-таки присутствуют: я повторяю некоторые вещи, которые до этого приносили мне удачу.

­– Насколько важно вам защитить титул в Петербурге?
– Во-первых, мне самому этого хочется – это вопрос профессиональной гордости. Во-вторых, идет борьба за третье место в рейтинге, поэтому победа важна в гонке со Стэном Вавринкой и Кеи Нишикори.

– Многие говорили, что приедут защищать титул, но далеко не все приезжали. Благодаря чему вы вернулись: это чисто спортивное желание или, возможно, все дело в серьезных подъемных, которые – это не секрет – выплачиваются игрокам вашего уровня?
– Прежде всего мне это важно со спортивной точки зрения, в прошлом году я достиг в Петербурге большого успеха. Мне нравится сам турнир, его организаторы – им действительно не все равно. К тому же и в Петербурге мне очень интересно: в прошлом году я посетил Эрмитаж, сейчас у меня снова большие планы в этом направлении.

– А что именно вы хотели бы увидеть в Петербурге?
– Во вторник я буду на экскурсии в Исаакиевском соборе, пойду в Спас-на-Крови. И, конечно, в Эрмитаж я хочу вернуться: я провел там всего три часа в прошлом году и смотрел все буквально бегом. Точно надо посетить Эрмитаж снова.

 

– Кого из нынешних участников вы считаете главным конкурентов в борьбе за защиту титула?
– В прошлом году в Петербурге было два игрока топ-10, а теперь три. Однако в целом уровень не особо отличается. Но пока я думаю только о своем первом матче – игре второго круга – с Михаилом Южным или Янко Типсаревичем. Загадывать наперед я не стану.

– На турнире в Петербурге будет применена технология hawk-eye в 3D. Насколько, на ваш взгляд, это важное новшество?
– Главное, что организаторы открыты для инноваций, что они готовы инвестировать и делать турнир лучше. Не знаю разницы в результатах, которые дает система – я не знаю статистики. Но самое важное – именно готовность улучшать турнир.

– Вопрос в связи с недавними событиями: как вы считаете, должны ли быть данные о препаратах, которые применяют другие теннисисты, закрытыми или коллеги все же должны знать о том, что именно используют коллеги – особенно когда речь идет о допинге?
– Думаю, эта информация все же должна оставаться закрытой. С деталями я не знаком, однако широкой публике они не должны быть доступны. Иногда есть незначительные обстоятельства, иногда – тяжелые заболевания, с которыми человек должен бороться. Важно сохранять эту информацию в тайне.

Разрешенный допинг. Как сестры Уильямс принимали препараты из списка WADA