Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
Иногда, беспристрастно исследовав после Нового года свое отражение в зеркале, а потом метнув проверочный взгляд в паспорт, человек приходит к неожиданным выводам. Это-то и случилось с динамовским болельщиком с «локомотивской» фамилией Машинистов. А к чему его это привело, так просто и не расскажешь. На самом деле – к абсолютному мировому рекорду, побить который теперь рвется целый батальон. Познакомились мы очень просто: на вчерашнем матче «Динамо» с «Факелом» он кричал громче всех.
Со своим объемным животиком (не будем иронизировать, на земле было время, когда размер живота свидетельствовал о положении в обществе), в разгар первой партии, когда обитающий в низах турнирной таблицы «Факел» внезапно пошел громить в угли и пепел одного из лидеров чемпионата, он поднялся с места и громовым голосом выдал всего одно слово:
– «Динамо»!
– «Динамо»!
Вызов подхватил юноша вдвое моложе Машинистова на трибуне напротив:
– Московское!
ДО ЧЕРНОГО СИНЯКА НА ПЛЕЧЕ…
Перекличка повторилась десятки раз, к середине второй партии юноша протрубил отступление.
И на очередной залп «Динамо» лишь обреченно помахал колотушкой в ответ, не издав ни единого звука.
Голосовые связки, видимо, сели.
– Поздравляю, – на мое банальное приветствие Андрей Машинистов спокойно, как о чем-то неважном, замечает:
– Поздравляю, – на мое банальное приветствие Андрей Машинистов спокойно, как о чем-то неважном, замечает:
– Да это что… Я вот как раз в Новом Уренгое в одиночку тысячный зал перекричал. У них билеты на волейбол по сто рублей стоят, на каждый матч полный зал собирается, ни одного пустого кресла! Они потом тысячной толпой вокруг меня сгрудились: «Ну ты даешь!». Так хлопали по плечу, что черный синяк остался. У наших девочек тогда тоже игра непросто складывалась. Но я думаю, моя поддержка им немножко все-таки помогла. Потому что они всей командой подошли к той трибуне, на которой я сидел, и мне персонально аплодировали…
– Сколько вам лет, если вас удобно спросить об этом?
– Я совершеннолетний, – с коротким смешком отвечает Машинистов.
– Я совершеннолетний, – с коротким смешком отвечает Машинистов.
– Откуда столько задора?
– Разве дело в возрасте… А впрочем, может быть, как раз и в нем. Год назад я посмотрел на свое лицо и потом в паспорт, и понял, что… сейчас или никогда! У каждого из нас есть мечта. И когда ты вдруг понимаешь: время идет, а она до сих пор не исполнена… Я решил съездить с «Динамо» на все выезды, на какие только можно – а я болею за все команды «Динамо», без исключения. Футбол, хоккей, хоккей с мячом. За все! У меня получилось 63 выезда за год. Столько не ездил никто и никогда в мире. В Новый Уренгой я ехал на поезде девять суток. По пути вышел в Тобольске и в Нижнем Тагиле, сходил на матчи, которые там проходили… Я отодвинул работу, семью. Работа у меня такая, что позволяет подобные путешествия. Я – свободный художник. В области юриспруденции… Семья? У вас есть какие-то сомнения, что если я решил сделать свою мечту реальностью, меня кто-то сможет остановить? Мы часто думаем: «Потом… Когда-нибудь… Успеется». И это продолжается всю жизнь. Пока не становится поздно.
– Разве дело в возрасте… А впрочем, может быть, как раз и в нем. Год назад я посмотрел на свое лицо и потом в паспорт, и понял, что… сейчас или никогда! У каждого из нас есть мечта. И когда ты вдруг понимаешь: время идет, а она до сих пор не исполнена… Я решил съездить с «Динамо» на все выезды, на какие только можно – а я болею за все команды «Динамо», без исключения. Футбол, хоккей, хоккей с мячом. За все! У меня получилось 63 выезда за год. Столько не ездил никто и никогда в мире. В Новый Уренгой я ехал на поезде девять суток. По пути вышел в Тобольске и в Нижнем Тагиле, сходил на матчи, которые там проходили… Я отодвинул работу, семью. Работа у меня такая, что позволяет подобные путешествия. Я – свободный художник. В области юриспруденции… Семья? У вас есть какие-то сомнения, что если я решил сделать свою мечту реальностью, меня кто-то сможет остановить? Мы часто думаем: «Потом… Когда-нибудь… Успеется». И это продолжается всю жизнь. Пока не становится поздно.
– С такой фамилией, Андрей, вам на роду написано болеть не за «Динамо». Неужели нам имена и фамилии просто так даются?
– А вы уверены, что это мы выбираем? У меня такое чувство, что клубы нас выбирают. Они сами выбирают нас…
– А вы уверены, что это мы выбираем? У меня такое чувство, что клубы нас выбирают. Они сами выбирают нас…
– В новом году какой план? Превзойти самого себя в предыдущем?
– Пусть кто-нибудь попробует меня превзойти! Я знаю, что ребята серьезно завелись. Есть желающие. Посмотрим, у кого получится.
– Пусть кто-нибудь попробует меня превзойти! Я знаю, что ребята серьезно завелись. Есть желающие. Посмотрим, у кого получится.
...Не хотелось касаться этой тяжелой для любого болельщика «Динамо» темы, но это как-то произошло само собой. Самоубийство Сергея Овчинникова…
– Я бы хотел назвать этот год счастливым, – сказал Андрей. – Но я не вижу больше у скамейки Сережи, и при мысли, что не увижу уже никогда, мне становится просто физически плохо. Он был очень совестливым человеком. И то, что он сделал как раз доказывает – он был не таким, как большинство из нас. Большинство из нас простили бы себе поражение на Олимпиаде. Люди себе и не такое прощают. А он не смог. Вернее – не захотел…
– Я бы хотел назвать этот год счастливым, – сказал Андрей. – Но я не вижу больше у скамейки Сережи, и при мысли, что не увижу уже никогда, мне становится просто физически плохо. Он был очень совестливым человеком. И то, что он сделал как раз доказывает – он был не таким, как большинство из нас. Большинство из нас простили бы себе поражение на Олимпиаде. Люди себе и не такое прощают. А он не смог. Вернее – не захотел…
РОЖДЕСТВО? ОТМЕТИЛИ СКУЧНО
…Перед матчем с «Факелом», намеченным сразу после Рождества, «Динамо» заперлось на базе. Праздник соответственно прошел скучно. «Мы только немножко посидели за столом, к кому-то приехали мужья, дети, поговорили и разошлись. Рождество – хороший праздник, но что поделаешь, нужно было готовиться к игре», – улыбнулась тренер «Динамо» Светлана Илич.
В новогоднюю ночь было повеселее: всей командой сняли особняк за городом, хорошо повеселились. Хорошо, но тоже недолго.
Практически тут же снова потянулись игры чемпионата России. Причем что там «Факел» или в похожей манере, «через не могу» обыгранная перед этим «Северсталь» – дальше все будет, как в сказочном лесу. Чем глубже в лес, тем страшнее. Трудно заставить себя не думать о встрече с казанским «Динамо» во главе с Екатериной Гамовой, которое незадолго до Нового года разбило их и в финале Кубка России, и в чемпионате. Теперь клубам предстоит снова оказаться по разные стороны одной сетки в Лиге чемпионов.
«О декабрьском поражении мы уже не вспоминаем, – говорит Светлана Илич. – Сами подумайте, что бы с нами было, если бы мы остались внутри всех этих не слишком приятных эмоций. Обидно только, что жребий, хоть его и зовут слепым, свел нас так рано. Я считаю, команды такого уровня, как мы и казанское «Динамо», не заслуживают того, чтобы выбывать из Лиги чемпионов преждевременно. К сожалению, кому-то из нас придется это сделать».
Ожидала ли динамовский тренер такого наступательного порыва от «Факела»?
И да и нет:
– Откровенно говоря, мы сами им это позволили. Первая партия заставила нас «задергаться». Но после этого мы вернули и свой ритм, и свой темп волейбола. В четвертой партии нам было сложновато, и я бы сказала, что там уже «Факел» быстрее нашел свой ритм. Тем не менее эта непростая четвертая партия меня очень обрадовала. Проигрывая 13:21, – причем неважно, какого уровня команда, которой так проигрываешь, – успеть вернуться из такой «картины» и превратить ее в 25:23… Я горжусь своими девочками.