ный тренер мужской сборной России Давид Ригерт: Снова ждем ведро медалей

– В команду попали только те ребята, которые могут бороться минимум за серебро, – с уверенностью провозглашает Давид Ригерт. – Поэтому в категории 85 кг Россия представлена не будет. Пока нет смысла – слишком сильны соперники из Белоруссии, да и китаец новый появился недавно – великолепные результаты показывает…

– Зато наш спортсмен заявлен в супертяжелом весе, где россиян не было на последней Олимпиаде…

– Более того, думаю, Чигишев железно будет бороться за второе место. Правда, ему придется тяжело. У него очень мощные соперники. Маттиас Штайнер, не выступавший последние два года из-за переезда из Австрии в Германию, с ходу на апрельском чемпионате Европы взял серебро.

– Сборная Болгарии дисквалифицирована… Что думаете об этом решении?

– Жалко болгар… Хоть они наши соперники, такого кошмара никому не пожелаешь. Но ведь они сами отказались пробы сдавать. Значит, знали, что дело нечисто.

– А к вам уже наведывались?

– А то! Уже раз пять. Мы не против. Сами хотим почаще проверяться. Лучше уж обнаружить запрещенный препарат в крови на тренировочном сборе, чем позориться на соревнованиях, да еще и команду подводить…

– Вы о ситуации двухлетней давности, когда на применении запрещенных препаратов поймали Дмитрия Берестова и Евгения Писарева? После этой истории над всей федерацией нависла угроза двухлетней дисквалификации…

– Тогда нам вообще вдогонку прислали результаты. Очень тяжело было. В 2006 году многие страны попали под дисквалификацию. Причем при взятии проб все было чисто, а потом всплывали запрещенные препараты…

– Как такое возможно?

– Это небольшое жульничество со стороны международной федерации. Они издали положение, согласно которому пробы хранятся восемь лет. Мало того, список запрещенных препаратов, который постоянно пополняется, нам никто не высылает.

– Получается, никакие препараты вообще лучше не принимать?

– Совсем без них не обойтись. Это жизнь. Но если лекарства какие-то применяются, их обязательно надо заявить. Тогда, если что-то будет обнаружено, есть шанс защититься, мол, вот я тогда-то лечился, это остаточный эффект. Правда, стоит защита дорого – в общей сложности получается около 50 тысяч евро. Был случай, когда на одном турнире выступала сборная астматиков – все тяжелоатлеты пили препарат, который помогает кислороду лучше усваиваться…

– А еще какие есть хитрости?

– Американские руководители, например, разрешают своим спортсменам во время тренировок употреблять наркотик марихуану, что в нашей стране преследуется в уголовном порядке. И кофеин американцы в неограниченном количестве потребляют. Это же психотропный допинг! Такая адская смесь способствует высочайшей работоспособности. И напрочь убивает всякий страх. Впрочем, в США своих скандалов много.

– А у нас?

– Давно не было. Но если внутри кого поймают, то мало не покажется. По шее надают будь здоров. Спортсмену не обязательно что-то применять, чтобы попасться. Достаточно пожать руку «не тому» человеку. Некоторые запрещенные препараты впитываются через кожу. У нас самое актуальное правило знаете какое? Открыл бутылку воды – из рук ее не выпускай. А то станешь без вины виноватым.

– Многих олимпийцев волнует вопрос питания в Китае. Как вы планируете его решать?

– Никаких проблем с питанием не будет. Там уже давно не только собак жарят, но и нормальную европейскую еду готовят. Гораздо больше нас волнует вопрос проверки пищи на содержание запрещенных препаратов. Мы и от протеиновых смесей уже отказались. У нас их почти не производят.

– А если закупать за границей и отдавать на проверку в специальные службы?

– Мы – чистые бюджетники. Проверять на допинг каждую баночку – денег не напасешься. Раньше сидели на детском питании. Обычные советские смеси, очень питательные. А сейчас таких не найдешь. Значит, опять же надо прогонять иностранный продукт через лабораторию. Весь анализ стоит около двухсот долларов.

– За одну баночку?

– За пробу. Хоть баночка, хоть цистерна. А на одного тяжелоатлета в день уходит по одной-две. Где же такие деньги взять? К тому же просто так, с улицы, сдать пробу в лабораторию невозможно. Надо писать бумаги, получать разрешение, вся эта бумажная волокита месяц может длиться.

– Как выкручиваетесь?

– Стараемся обходиться домашней едой. Ценность питания не столько от количества калорий зависит, сколько от вкусовых ощущений. Если блюдо не понравилось, надолго оно в организме не задержится. А когда долго на сборах сидишь, еда эта так надоедает…

– Кстати, почему вы почти круглый год в Чехове квартируетесь?

– Все по той же причине. Чтобы присматривать, что едят и пьют спортсмены.

– Когда выезжаете в Пекин?

– По правилам мы должны прибыть на место за восемь суток до начала Игр. Поедем за девять. А то опоздаем на три минуты – и все, можно сразу разворачиваться и уезжать домой.

– А уезжать оттуда со сколькими медалями планируете?

– По плану – с шестью. То есть 60 процентов спортсменов должны выступить удачно. Нормальный показатель. Чтобы во всех видах спорта такой был… Мой ориентир – две золотые, две серебряные, две бронзовые. На прошлой Олимпиаде у нас тоже было по плану шесть медалей. Мы перевыполнили. Золото, правда, было одно, зато остальных наград – ведро.

– Когда вам стало понятно, что обладатель того золота Дмитрий Берестов на пекинских Играх помочь команде не сможет?

– После весеннего чемпионата Европы. Но и до него была большая вероятность, что Дима выпадет из обоймы – у него всплыла старая травма. Он крупный слишком, выступал не в своей весовой категории. Ему бы перейти в супертяжелый вес после Афин. Базовый результат для этого у него был очень хороший. Но он решил придержать вес. Как у пожилых людей при изменении погоды все болеть начинает, так у молодых – при сгонке веса. Когда вес плотный, позвоночник крепко закреплен. Поэтому у тяжеловесов меньше травм. А Дима повредил бедро, сбавил нагрузки, начал терять вес – и позвоночник тоже поплыл… Зато теперь у Чигишева появился шанс проявить себя. Думаю, он его не упустит.