«Меня грязно и подло убрали». Вся правда от штангиста Алексея Ловчева (видео)

Дисквалифицированный штангист рассказал, в чем ошиблась лаборатория в Монреале, как очерняют российский спорт и что нужно для возвращения.
«Меня грязно и подло убрали». Вся правда от штангиста Алексея Ловчева (видео)
19 июля 2016 21:47
автор: Павел Лысенков

Редакцию Sovsport.ru посетили российский тяжелоатлет в весовой категориисвыше 105 кг Алексей Ловчев, а также его отец и тренер Владимир. Чемпион мира –2015 в Хьюстоне, лишенный этого титула и дисквалифицированный на четыре года задопинг, рассказал свою историю и заявил, что сдаваться не будет.

Полная версия интервью Алексея Ловчева и его отца – на видео

Высшая инстанция

– Спортивный арбитражный суд (CAS) в Лозанне вынесрешение не в вашу пользу. Что дальше?
– Решение CAS являетсязаключительным. Апелляций не бывает. Это последняя инстанция. Единственный шанс– когда мы получим результативную часть решения CAS, наши юристы изучат,соблюдены ли все протоколы и швейцарские законы. Если возникнет малейшаявозможность опротестовать решение CAS, то наш следующий и единственно возможныйход – верховный суд Швейцарии.

– А прецеденты были?
– Да, но не с российскимиспортсменами.

…Дальше Ловчевы сноварассказывают свою печальную историю, о которой уже писал Sovsport.ru. Вкратце – вдопинг-пробе «А», сданной в Хьюстоне, был обнаружен запрещенный препарат –пептид ипаморелина, который способствует выработке гормона роста. Алексей былвременно отстранен Международной федерацией тяжелой атлетики (IWF) от участия всоревнованиях. Проба «В» также дала положительный результат, поэтому спортсменбыл официально дисквалифицирован на четыре года.

– О таком препарате неслышали ни я, ни даже доктор сборной, – признается Ловчев. – Думали, это ошибкамонреальской лаборатории. Когда нам прислали полный пакет документов, с нимначал работать наш институт биохимии.
У меня было найдено очень маленькое количество этого ипаморелина, да илаборатория не имела стопроцентной уверенности, что это именно тот препарат.

Несколько месяцев шлиисследования, проводились испытания на добровольцах. Российские ученыедоказали, что это не ипаморелин. Обратились к голландским ученым – те подвергликритике метод исследований, который в данном случае применило Всемирнойантидопинговое агентство (WADA). Там частобывают ошибки.

Поэтому сторона Ловчеваначала требовать, чтобы исследования провели более точным и современнымспособом. Но антидопинговая комиссия международной федерации не посчитала этотдовод существенным. И подтвердила максимальный срок дисквалификации – четырегода, с лишением рекордов и медалей чемпионата мира.

Дуэль без пистолетов

– Мы обратились в CAS, – рассказываютЛовчевы. – И попросили вскрыть пробу «В» в независимой лаборатории, где еепроверили бы другим способом. Можно и в Монреале это было сделать, вприсутствии наших специалистов. Но тройка арбитров CAS нам в этом отказала. Иубила надежду, потому что иначе убедить в своей правоте мы не могли.

На заседание прилетеладиректор монреальской лаборатории Кристин Айотт, и это большая редкость. Ведьобычно она дает показания по скайпу. Когда арбитры у нее спросили, почему непопробовать другой метод, который даст однозначный ответ, госпожа Айоттзакатила глаза, начала заламывать руки и причитать: «Что мы теперь, всем будемпозволять делать повторное вскрытие?»

– На кону стояли еерепутация и авторитет, – добавляют Ловчевы. – Айотт входит в комиссиюМакларена, ее лаборатория будет проводить анализ проб во время Олимпиады, и этоколоссальные деньги. Их бы лишили аккредитации, отстранили от работы в Рио…
Нас вызвали на дуэль, но не дали пистолеты. Вообще решение CAS выгляделопредсказуемым. Достаточно сказать, что трибунал арбитров возглавлял МихаилБелов. Англичанин, ему 74 года. Потомок первой волны миграции. Славится тем,что он – русофоб.

Вернуть медали

– Как к этой ситуации отнеслись в Минспорта ироссийской федерации тяжелой атлетики? Вас поддерживают?
– Прошло мало времени после решенияCAS. Но изначально все наши функционеры понимали, что никакого допинга там нет.Знали это и болельщики, которые оказали большую поддержку. Спасибо им! Этаистория – бред, придуманный монреальской лабораторией. Мы все вместеразбирались в вопросе и докопались до истины. Но, к сожалению, ее не приняли вIWF и CAS.

– Когда вы сможете вернуться в спорт?
– 28 ноября 2019 года.
В сентябре будет 20 лет, как я тренируюсь. Это тяжелый труд шесть раз внеделю. Я посвятил спорту всю жизнь. Достиг больших высот, установил двамировых рекорда. Осталось полгода до Олимпиады, и меня грязно и подло убрали.
Очень хотел бы доказать всем, что в моей истории была допущена громаднаяошибка. Надо показать, что российские спортсмены, которых незаконнодисквалифицировали, могут вернуться в большой спорт.

– Четыре года без официальных соревнований – реальноли снова выйти на высший уровень?
– Это крайне сложно. Не припомню,когда еще такое было. Надо найти людей, которые меня бы поддержали. Чтобытренироваться, нужно на что-то жить. Невозможно отпахать смену на заводе, авечером идти в зал. Не получится поставить мировой рекорд.

– Что теперь делать с медалью чемпиона мира?
– По закону я должен вернуть всемедали и призы, которые получил в Хьюстоне. Придется это отдать, включая кубокабсолютного чемпиона мира. А еще ведь нам обещали подарок, который мы так и неполучили. Это гриф с блинами – штанга весом 264 кг. Тот вес, который я поднял,превзойдя мировое достижение иранца Хусейна Резазаде.

– Деньги дали?
– Никаких премиальных.

Нужно 10 миллионов

– Сколько стоит в месяц подготовка такого спортсмена,как вы? Еда, аренда зала…
– Порядка трех с половиной миллионоврублей в год при существующих ценах. Бывают периоды, когда спортсмен отдыхает.А бывает, что сверхвысокие нагрузки, и нужно применять дополнительные средствавосстановления. Они стоят больших денег, если мы берем высококачественныевитамины и БАДы.

– Как вы думаете, после Рио закончатся злоключениясборной России? Или WADA и дальшебудет гнать против нас волну?
– Уверен, надо ждать продолжения. Таквпереди – решение CAS по легкой атлетике… Все это заранее запланированные шаги:мельдоний, допинг-скандалы. А ведь бизнес у WADA очень серьезный. И посмотрите, как себя ведетантидопинговое агентство. В какие ворота оно гоняет свои шары.
Интерес канадца Макларена заключается в том, чтобы вся работа подопинг-контролю спортсменов на Олимпиаде была выполнена в монреальскойлаборатории Кристин Айотт. Ведь у лаборатории в Рио за два месяца до Олимпиадыбыла отозвана аккредитация. Там не имеют права проводить никакие анализы.Максимум, что им могут поручить – это сбор.
И учтите, что пробы должны храниться 10 лет. И за каждую МОК в обязательномпорядке будет платить содержание, а это очень большие деньги. Плюс вскрытиепробы дорогого стоит. А еще это мощный инструмент, чтобы оказать давление начужую страну. Вскроют пробы через восемь лет и заявят: «Да у вас все спортсменына допинге сидели! Систему целую выстроили!» Вот она, схема очернения.
Айотт сказала, что ее лаборатория делает порядка 28 тысяч тестов в год. Завсе время был только один случай исследования на препарат ипаморелин.Подозреваю, это такая же ошибка, как и у нас.

– Могут ли скостить срок?
– Может, такая возможность и есть. Ноона рассматривается в комитете международной федерации, если он вернется кэтому вопросу. Был прецедент, когда бронзовому призеру Игр в Пекине ДмитриюЛапикову уменьшили срок дисквалификации с четырех до двух лет. Однако эторешение приняли в CAS, а у нас – другой случай.
На одной из конференций Виталий Мутко целый час беседовал с президентоммеждународной федерации Тамашем Аяном. Призывал его внимательнее разобраться с нашимипробами «А» и «В». Аян ответил: «Очень сожалею, что так все получилось. Но ничемне мог помочь. Хотя считаю Ловчева великим спортсменом. И его портрет держу усебя в кабинете».
Смешно это слышать! Ведь Тамаш Аян заинтересован в том, чтобы меня не былона Олимпиаде.

– Почему?
– Есть конкуренты из его страны. Ноэто другая история.

– Понятно.В общем, вы вернетесь?
– Если найдем деньги. Порядка 10 миллионов рублей навесь срок. Что-то сможем отыскать, но поддержка нам нужна. А сами мы неудержимся на уровне. Нельзя совмещать работу и большой спорт. Нужно бытьздоровым, готовым к нагрузкам. Чтобы сердце билось в одном ритме, связки былиготовы. Надо работать на тренировках каждый день во всю мощь. А если один разты растерял форму, то можешь никогда ее не вернуть.