«Летишь, а скорость больше 100 км и при прыжках коленки выше ушей – страшновато»

- Когда в Шладминге вы взяли свой девятый подиум в карьере. Знали, что повторили абсолютный отечественный рекорд среди мужчин, принадлежащий Александру Жирову?
- Нет. Я знал, что у Жирова было четыре победы на этапах Кубка мира. А вот сколько подиумов...

- Шладминг – место для вас счастливое. В январе 2015-го вы здесь одержали первую и пока единственную победу на этапе Кубка мира.
- Пожалуй, но дело не только в подиуме, я в Шладминге часто брал очки.

- Может, здешняя трасса вам особенно подходит?
- Возможно, и в этом дело тоже. В Европе зимой часто плюсовая температура, а в Шладминге всегда минус. Трасса жесткая, что меня устраивает.

- Любите жесткие трассы?
- Не то, чтобы люблю, просто на жестких трассах выступаю успешнее.

- Не страшно по обледенелому покрытию нестись с горы?
- В слаломе – нет, а вот в скоростном спуске на жесткой трассе, когда скорость больше 100 км и при прыжках коленки выше ушей, действительно страшновато.

- После вашей первой победы на этапе Кубка мира в январе 2015 года Феликс Нойройтер, который стал тогда третьим, восхитился вашим скромным поведением. Мол, вы после финиша лишь руку вскинули и все.
- Радость была, но, когда на тебя смотрят 50 тысяч человек на стадионе и огромная аудитория по телетрансляции, надо свои действия уметь контролировать.

- Вы тогда назвали свою победу неожиданной…
- Только в какой-то степени - я к ней шел. Почти во всех стартах в том сезоне попадал в топ-10. Вообще сезон-2014/15 очень стабильным получился. А от стабильности уже идет скорость. Некоторые выигрывают отдельные этапы, показывают отличное время, но общем зачете Кубка мира вы их может найти в самом конце списка.

- На Олимпиаде в Сочи Виталий Мутко довел итог выступлению наших горнолыжников: «До финиша доехали - уже праздник».
- Его можно понять. Россия – маленькая страна в горных лыжах. А, например, Австрия – большая, а вот в футболе не очень. Знаете, как там шутят над своими футболистами?

- Как?
- После того, как австрийцы выиграют чемпионат мира по футболу, надо выключить PlayStation.

- Вы выступали в Сочи и в слаломе, и в комбинации. Причем у вас был хороший шанс на медаль именно в комбинации.
- Там так получилось. Первая часть в комбинации - скоростной спуск. Словак Адам Зампа занял в нем 29-е место, я – 28-е. Но мы оба - слаломисты. Зампа по итогам комбинации, то есть, после слалома, был уже 5-м. А мои показатели в слаломе были такими: я выиграл первый промежуток и последний, а в середине упал. Если б не падение, согласно моему графику прохождения трассы, выиграл бы у него секунду с лишним. Этого хватило бы для второго или третьего места.

- После Олимпиады у вас произошел прорыв – вышли на новый уровень. Это результат тяжелой работы в предыдущие годы?
- Думаю, да. Чтобы появился результат, нужно больше времени, чем, допустим, олимпийский цикл. К Играм в Сочи я уже попадал в топ-15. Следующий сезон стал лучшим в моей карьере. Если б Олимпиада проходила на год позже, шансы на медаль в слаломе были бы неплохими.

- Считается, чтобы довести человека до Кубка мира, нужно восемь лет работы.
- Не согласен, здесь все индивидуально. Но за восемь лет любого можно довести до хорошо уровня. Все зависит от качества работы. Нужно набрать большой объем ворот, как говорят горнолыжники. То есть, проехать большое количество ворот. На трассе их шестьдесят, а при подготовке к сезону летом надо проезжать тысяч двадцать пять. Не у всех есть возможность летом вообще стоять на лыжах, а ты к сезону уже набираешь такой объем. Но все ведущие национальные команды обязательно тренируются летом.

- Где наша команда готовится к сезону?
- В Аргентине, в городе Ушуайя. Летим туда через Буэнос-Айрес. Это крайняя южная точка Аргентины, оттуда до Антарктиды тысяча километров. Там тренируются французы, немцы. Кстати, в Ушуайя выходцы из бывшего СССР создали свою большую коммуну.

- Вы футбольный болельщик?
- Раньше был болельщиком, но сейчас отошел. В России болел за ЦСКА, из зарубежных клубов – за «Ливерпуль». Там Стивен Джеррард играл, а он мне очень нравился. Раньше Батистута нравился, когда в «Фиорентине» играл.

- Я к чему спросил: в Буэнос-Айресе на футбол не удалось выбраться?
- Мы всегда проездом, такой возможности нет.

- Президент нашей федерации Леонид Мельников рассказывал, что ему рекомендовали вывести Хорошилова из обоймы, когда вам было 28 лет. Получается, за год до Олимпиады в Сочи. Вы знали об этом?
- Слышал. Я тогда на мировом уровне не показывал выдающихся результатов, но в сборной был лидером. Выгнать человека только из-за возраста... Думаю, это не правильно, в Австрии так не делают. Если человек дает результат – он в команде. И даже если сезон получается неудачным, никто его не выгоняет, продолжает работать. А потом вновь возвращается на свой уровень.

- Вы ведь начинали в скоростном спуске. Вам кто-то подсказал, что лучше на слаломе сосредоточиться?
- Слалом всегда был моим. А с возрастом сам понял, что пора определяться со специализацией, хватит распыляться. И отказался от скоростного спуска, хотя там уже пошли неплохие результаты.

- Вы сейчас идете на 4-м месте в рейтинге слалома, а в общем зачете Кубкам мира на 12-м. Ставите цель превзойти свой лучший сезон-2014/15, по итогам которого вы были в слаломе 3-м, а общем зачете 13-м?
- Никаких целей не ставлю. Этот сезон начался очень неудачно. Стартовал под первым номером на первом этапе, а не попал даже в топ-30 и вообще остался без очков.

- Футболисты или хоккеисты, когда им остается один гол до побития рекорда, долго не могут забить. Вам остался один подиум, чтобы побить рекорд Жирова.
- Я об этом не думал, пока вы мне не сказали. Во-первых, хочу сказать спасибо, что в горных лыжах был такой великий спортсмен, как Александр Жиров. Я всегда был его большим поклонником. Если б он трагически не погиб в расцвете сил, у Жирова было бы намного больше девяти подиумов. Поэтому я не собираюсь с ним соревноваться.