Фото
Бонусы букмекеров
БИАТЛОН
Скандальная прелюдия к старту сезона едва не стала главной темой ноября. И все же первые гонки Кубка мира сумели убедить наших болельщиков в том, что биатлон – это в первую очередь спорт. Сначала Татьяна Моисеева порадовала наблюдавшего за ней из-за пределов стадиона старшего тренера Валерия Польховского серебром в гонке на 15 километров, а чуть позже Максим Чудов заставил трибуны Контиолахти аплодировать его бронзовой награде.
«ДА КАКОЕ ТЕПЕРЬ СОБРАНИЕ…»
Утро над Йонсу (небольшим городком, где живут все участники и гости этапа в Контиолахти) выдалось холодным и пасмурным. Серые тучи висели, казалось, почти над самыми крышами невысоких домов, а рассвет был похож на сумерки. И тем не менее это было именно утро – притом раннее.
Проснуться ни свет ни заря меня заставило весьма важное обстоятельство. Надо было понять – воспользуется ли не имевший аккредитации для прохода на стадион старший тренер женской сборной Валерий Польховский предложением нашей редакции присутствовать на гонке в качестве журналиста. Надлежащая бумага была отправлена в аккредитационный центр накануне вечером.
Однако Валерий Николаевич уже с утра был озабочен новыми неурядицами. Сразу пятеро спортсменок сборной не прошли накануне материальный контроль и не имели права выйти на старт.
Материальный контроль, если кто не знает, — обязательная предстартовая процедура, когда спортсмен проходит проверку на соответствие его экипировки требованиям Международного союза биатлонистов (ИБУ). Обычно – это пустая формальность и биатлонистов чаще всего отпускают с миром. В редких случаях просят изменить размеры рекламных логотипов.
Что же произошло с нашей командой?
Ответственным за материальный контроль на этапе в Финляндии является швейцарец Роберт Зволлен, который никаких претензий к россиянкам не имел. Но в дело вмешались два представителя СБР — Вадим Мелихов и Александр Куракин. И у них этих самых претензий было в избытке. В основном они касались логотипов личных спонсоров спортсменок. Мол, здесь подогни, это переклей, а это что за спонсор? Мы о нем ничего не знаем.
Екатерина Юрьева не выдержала и расплакалась. Случайно проходивший мимо капитан мужской команды Сергей Рожков попытался вмешаться, указав руководителям СБР на то, что вообще-то они занимаются не своим делом: Зволлена-то все устраивало!
Когда в 21.00 Польховский спустился в холл (на это время было назначено собрание команды), он застал там утирающую слезы Юрьеву, растерянную Наталью Гусеву и их грустно-молчаливых подруг по команде. Проверяющие к этому моменту уже удалились, сообщив девушкам, что теперь они будут проходить контроль на стадионе за два часа до начала гонки.
— Да какое теперь собрание… – произнес в первую минуту Валерий Николаевич. Но потом, придя в себя, все же провел его. — Берегите нервы, девчонки, – сказал тренер своим воспитанницам напоследок. – Ни с кем не скандальте. У вас есть юристы – пусть они докапываются до правды.
НЕ МОГУ ВРАТЬ!
Утренние сборы были спешными – команда уехала на стадион сразу после завтрака.
— Спасибо «Советскому спорту» за внимание, но пользоваться вашим предложением я не буду, – опередил мой вопрос об аккредитации Польховский. – Вечером много думал о сложившейся ситуации и решил, что это не выход. Это ведь будет обманом. Все здесь прекрасно знают, что я – старший тренер сборной. С чего это я буду пользоваться журналистской аккредитацией? Я должен быть на стадионе как тренер! Ну а сегодня… постою на трассе – девчонкам надо на дистанции помочь.
— Скажите, Валерий Николаевич, ну, может, вам все-таки стоит прекратить конфликтовать с СБР и подписать предлагаемый им документ?
— Все дело в том, что ни у кого из нас нет ни рекламного контракта, ни договора с СБР, в котором были бы прописаны наши обязанности и права. А подписывая их бумагу, человек, по сути, признает за Союзом биатлонистов полное и неограниченное право командовать им. А за что мы предоставляем это право организации, которая вот уже два года не в состоянии решить элементарных нужд сборной: закупить в достаточном количестве парафины и мази, обеспечить зарплатой сервисеров… Как я могу подписать договор с теми, кому не доверяю? И в конце концов — меня на мою должность не СБР назначил. Я работник Росспорта и ответственность несу перед этой организацией.
А еще я совершенно не понимаю – почему тот факт, что я не подписал эту бумагу, может служить препятствием для аккредитации? Позиция СБР в данном вопросе совершенно несправедливая. Люди не способны решать насущные проблемы команды, но нашли для себя иное поле деятельности – доказать – кто в доме хозяин.
ДОМАШНЯЯ АРЕНА
Термометр на биатлонном стадионе Контиолахти показывает –5, но впечатление такое, что в густом лесу мороз как минимум градусов 10.
Этот стадион никогда не был фартовым для сборной России. На чемпионатах мира (они проводились здесь дважды) мы не блистали, а на последнем этапе Кубка мира (два года назад) и вовсе не занимали мест на пьедестале.
А вот что касается болельщиков, наша команда без всякой натяжки может считать Контиолахти своей домашней ареной. Легкие на подъем немецкие почитатели биатлона в этом году сюда не приехали вовсе – вероятно, просто не хотели ощущать себя «этническим меньшинством» на трибунах. Финские любители биатлона свое присутствие на стадионе тоже, скорее, лишь обозначали. Зато появление и объявление любого из россиян встречалось настоящим эхом, а от количества наших триколоров просто рябило в глазах.
На тренерской бирже пустынно и неуютно. Первая из россиянок – Любовь Петрова уже стартовала, а рация все больше молчит. Из серого неба валит снег, а ветер треплет флажки в огневом коридоре №13, где пристреливаются наши биатлонистки. К старту наших девушек все-таки допустили – в полном составе.
– Петрова проигрывает на первой отсечке 7 секунд, – раздается в рации. – Валерий Николаевич сейчас пойдет к вам на подъем…
Поняв, в каком месте трассы находится старший тренер, отправляюсь туда. 10 минут блужданий по глубокому снегу и вот я с трудом удерживаю равновесие на склоне крутого холма. Огороженная сеткой трасса отделяет меня от Польховского, который задолго до старта пролез в самое труднодоступное место. Рядом с ним лишь пара тренеров из других команд. В гору карабкается Светлана Слепцова…
— Света, ногами активнее работай… — доносятся до меня слова тренера. – Поправок на рубеже не делай – все нормально!
После двух огневых рубежей Слепцова является промежуточным лидером. Заметив меня, Польховский задорно подмигивает – дескать, ничего, прорвемся…
Возвращаюсь на биржу. Наших здесь уже двое – тренер по стрелковой подготовке Александр Селифонов и мрачный Валерий Захаров. Пять минут назад его подопечная из команды Ханты-Мансийского автономного округа Слепцова совершила два совершенно необязательных промаха на второй лежке.
— Сан Саныч, как обстановка? – спрашиваю у Селифонова.
— Моисеева пока с нулем… – отрывисто бросает тренер.
— А что Гусева, Юрьева?
— Гусева поймала три минуты на первом рубеже, у Юрьевой две на первой и еще минуту на стойке добавила… Дергаются девчонки…
На оставшихся рубежах лидеры нынешней сборной, словно придя в себя, стреляют безошибочно, но до пьедестала им уже не дотянуться. Зато Моисеева демонстрирует, что не случайно считается специалистом по стрельбе. Пока ее соперницы безуспешно борются с боковым ветром, Татьяна палит, как в тире на тренировке.
С четвертого рубежа она убегает с преимуществом над немкой Симоной Денкингер в минуту и 15 секунд.
– Фу… камень с души, – потрясает кулаками Сан Саныч. – будем в медалях!
Но в каких? Неужели спортсменка из Чебоксар одержит свою первую в жизни победу? Камера наезжает на… немку Мартину Глагов. Неужели? Злой гений российских биатлонисток опять встает у нас на пути! Пять точных выстрелов и …14 секунд отставания на выходе со стадиона. Значит, бежит Таня быстрее! Но сколько раз коварная Глагов наказывала нас на финишных кругах, отыгрывая порой по 20 и более секунд.
— Гоните Моисееву!
И тренеры гонят. Но Глагов… Со спокойствием хищницы она «съедает» свое отставание: вот от него осталось 11 секунд, вот четыре... На последнем подъеме становится очевидно – судьба золота решена не в нашу пользу.
– Ноги не держат, – повисает на руках массажиста Моисеева, придя в разминочную зону.
– Таня, опять вас Глагов обидела. Обидно, наверное? Могла получиться первая победа…
– Да ладно… Первая гонка. Мне когда сказали, что осталось три секунды – я поняла: победить не смогу. Сил уже не было. Я вообще удивляюсь, как быстро сегодня смогла пробежать. Готовность у меня еще далеко не лучшая. Думала в спринте что-нибудь покажу… А тут первая гонка и сразу медаль. С другой стороны, если уж нули нарисовала – была обязана. Можно я не буду много говорить? Я когда большие интервью даю – у меня потом результаты сразу ухудшаются….
НОЛЬ – ДЛЯ СОСЕДА
То, что ноль – гарантия медалей, подтвердила и мужская гонка. Олимпийский чемпион Винсен Дефран после финиша интересовался лишь одним – что там творится на огневом рубеже, и вовсе не смотрел на то, как бегут его соперники по трассе. Идеально отстрелявшийся француз понимал – если никто из конкурентов не повторит его в стрельбе по мишеням – ногами уже не догонят.
– Не повезло ребятам, – кусал губы Алексей Гербулов. – Пристреливались еще при дневном свете, а соревнования проходят уже при искусственном освещении. Совершенно иная специфика…
Как прав был Алексей Николаевич. Великий Уле-Айнар Бьорндален, которого диктор по стадиону объявлял не иначе как «Король биатлона!», стреляет, словно школьник, – мажет на каждом рубеже. Обладатель Кубка мира немец Михаэль Грайс попадает не намного чаще. Наш Дмитрий Ярошенко на второй стойке закрывает все мишени, но… на чужой установке. Пять штрафных минут!!! Заметьте, названные мною спортсмены закончили прошлый Кубок мира лучшими в общем зачете.
Однако в целом настроение у Гербулова бодрое. Рожков, Чудов, Круглов и даже Чурин, который бежит третью кубковую гонку в карьере, вплоть до последней стрельбы претендуют на медали – и это на фоне почти тотального провала немцев и норвежцев.
Когда с последнего огневого рубежа убегает со вторым временем Максим Чудов, тренеры начинают было рассуждать – по силам ли быстроногому уфимцу отыграть полминуты отставания от Дефрана. И тут вдруг возникает опасность упустить и серебро. Норвежский мастодонт Халвард Ханеволд, убежавший к финишу раньше Чудова, развил на финишных четырех километрах скорость, которая оказалась не по силам нашей «ракете».
КУБОК МИРА. 1-Й ЭТАП. КОНТИОЛАХТИ (ФИНЛЯНДИЯ)
ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ГОНКИ
Мужчины (20 км). 1. Дефран (Франция) – 51.25,2 (0,0,0,0). 2. Ханеволд (Норвегия) – отставание 23,6 (0,1,0,0). 3. Чудов – 30,2 (0,0,1,0). 4. Рожков (оба – Россия) – 51,1 (0,0,1,0). …6. Чурин – 1.19,6 (0,0,0,0)…8. Круглов – 2.04,5 (0,0,0,1)…14. Черезов (все – Россия) – 2.30,9 (0,2,1,0)…25. Грайс (Германия) – 3.33,8 (1,1,0,2)…27. Кочкин (Россия) – 3.36,2 (0,1,1,1)…29. Бьорндален (Норвегия) – 3.40,5 (1,2,1,2)…82. Ярошенко (Россия) – 6.35,0 (0,5,1,2).
Женщины (15 км). 1. Глагов (Германия) – 46.28,8 (0,0,0,0). 2. Моисеева – отставание 6,7 (0,0,0,0). 3. Денкингер (Германия) – 1.02,7 (0,1,0,1). …9. Слепцова (Россия) – 2.01,8 (0,0,2,0)…18. Хенкель – 2.41,7 (0,1,0,2)…21. Вильхельм (обе – Германия) – 3.04,2 (1,0,2,1)…24. Юрьева (Россия) – 3.18,1 (2,1,0,0)…30. Нойнер (Германия) – 3.50,2 (2,0,0,3)…35. Гусева – 4.17,4 (3,0,0,0)…46. Петрова – 5.17,2 (0,1,1,1)…61. Анисимова (все – Россия) – 6.45,6 (0,2,1,2).
ЗВОНОК В РОССПОРТ. ВМЕШАТЬСЯ В СИТУАЦИЮ НАМ НЕ ПОЗВОЛЯЕТ ЗАКОН
– Мне, как человеку, отвечающему в Центре спортивной подготовки за зимние виды спорта, ситуация, которая сложилась вокруг старшего тренера женской сборной команды по биатлону Валерия Польховского, активно не нравится. Я считаю, что Союзу биатлонистов России нужно вести себя обдуманнее и думать прежде всего об интересах сборной команды. Но вмешиваться в работу общественной организации, официально признанной Международным союзом биатлонистов, мы не имеем права. Мы сделали все возможное, чтобы сборная команда нормально готовилась к сезону и не испытывала нужды во время соревнований, но приказывать СБР не в наших силах.
Александр КРАВЦОВ, заместитель начальника центра спортивной подготовки