Бонусы букмекеров
Почетный президент РФС Вячеслав Колосков – о встрече тренеров с Фабио Капелло, вызвавшей оглушительный скандал и обрушившей акции главного тренера сборной России.
– Не могли бы рассказать о том, как все прошло?
– С организационной точки зрения, сказал Фабио, в команде все шикарно, на уровне мировых стандартов, начиная со сбора в Москве и кончая Бразилией. Но он тут же сказал, что у сборной должна быть своя база.
– А что касается самой игры?
– К сожалению, вскользь он коснулся только встречи с Кореей – груз ответственности давил, начали нервно, 12 лет не играли в финальном турнире. Но ни слова о матчах с Бельгией, с Алжиром. Естественно, кто-то должен был задать вопрос, как вы сами оцениваете результат – провал, закономерность… Но вопроса не прозвучало, и раз его не было, тренер не стал тему развивать.
– Что спросили вы?
– Научатся ли наши футболисты, те 23 человека, которых вы взяли на ЧМ, играть в футбол на уровне Аргентины, Германии, Голландии и Бельгии.
– Каким был ответ?
– Нет. В лучшем случае один-два футболиста отвечают этим требованиям.
– Спросили ли Капелло, что делать дальше?
– Да. Первое – построить базу. Второе – больше доверять молодым. «Есть молодые таланты, но им надо играть. А вы, тренеры, не ставите в состав, они играют в молодежных командах», – сказал Фабио.
– Что тренеры ответили?
– Что у них есть поценнее футболисты и есть свои задачи. Третье, продолжил Капелло, – он предполагает в конце сезона провести 10–12-дневный сбор с молодыми футболистами, которых он видит в команде в 2016‑м и особенно в 2018 году, познакомить их с требованиями. Тоже очень правильная мера.
– Ссылались ли на опыт Германии, как там развивали футбол?
– Да, безусловно. Подробно говорили, что надо идти по этому пути. В кулуарах возникла идея обратиться к руководству страны, чтобы провести специальное заседание при Президенте – совет по физкультуре и спорту, но только по футболу. Чтобы не выглядеть бледно в 2018 году, надо принять быстрые и решительные меры. Без государства, руководства страны не будет ни базы сборной, ни центров футбола.
– Говорил ли тренер что-то конкретное по игрокам?
– Да. Что в каждой команде есть стержневые игроки. Но у нас один – Широков – по травме не поехал. А другой – Акинфеев – допустил две ошибки.
– Случалось ли такое в вашей практике, когда тренер после провала говорил: я ни в чем не виноват?
– Проблема в том, что его конкретно никто не спросил об ошибках. Никто не спросил, в чем ваша ответственность, ошибки. А раз никто не спрашивает, он и не отвечает.
– Вы почувствовали, что кто-то из тренеров может сказать в глаза?
– Да, Карпин и Черчесов говорили, что молодым платят большие деньги и они не хотят вкалывать, останавливаются в росте. Черчесов рассказывал о том, что хотел взять защитника из первой лиги, но попросили 450 тысяч долларов, и он взял иностранца за 100 тысяч.
– А что Капелло?
– Согласился. Да, говорит, зарплаты у вас слишком высокие.
– А про свою зарплату ничего не сказал?
– Не спрашивали тренеры. Зачем, у них и свои зарплаты неплохие, что ж о себе спрашивать?
– Не спросили, не хочет ли он уйти в отставку?
– Нет, никто под сомнение его квалификацию не ставил.
– Не могли бы рассказать о том, как все прошло?
– С организационной точки зрения, сказал Фабио, в команде все шикарно, на уровне мировых стандартов, начиная со сбора в Москве и кончая Бразилией. Но он тут же сказал, что у сборной должна быть своя база.
– А что касается самой игры?
– К сожалению, вскользь он коснулся только встречи с Кореей – груз ответственности давил, начали нервно, 12 лет не играли в финальном турнире. Но ни слова о матчах с Бельгией, с Алжиром. Естественно, кто-то должен был задать вопрос, как вы сами оцениваете результат – провал, закономерность… Но вопроса не прозвучало, и раз его не было, тренер не стал тему развивать.
– Что спросили вы?
– Научатся ли наши футболисты, те 23 человека, которых вы взяли на ЧМ, играть в футбол на уровне Аргентины, Германии, Голландии и Бельгии.
– Каким был ответ?
– Нет. В лучшем случае один-два футболиста отвечают этим требованиям.
– Спросили ли Капелло, что делать дальше?
– Да. Первое – построить базу. Второе – больше доверять молодым. «Есть молодые таланты, но им надо играть. А вы, тренеры, не ставите в состав, они играют в молодежных командах», – сказал Фабио.
– Что тренеры ответили?
– Что у них есть поценнее футболисты и есть свои задачи. Третье, продолжил Капелло, – он предполагает в конце сезона провести 10–12-дневный сбор с молодыми футболистами, которых он видит в команде в 2016‑м и особенно в 2018 году, познакомить их с требованиями. Тоже очень правильная мера.
– Ссылались ли на опыт Германии, как там развивали футбол?
– Да, безусловно. Подробно говорили, что надо идти по этому пути. В кулуарах возникла идея обратиться к руководству страны, чтобы провести специальное заседание при Президенте – совет по физкультуре и спорту, но только по футболу. Чтобы не выглядеть бледно в 2018 году, надо принять быстрые и решительные меры. Без государства, руководства страны не будет ни базы сборной, ни центров футбола.
– Говорил ли тренер что-то конкретное по игрокам?
– Да. Что в каждой команде есть стержневые игроки. Но у нас один – Широков – по травме не поехал. А другой – Акинфеев – допустил две ошибки.
– Случалось ли такое в вашей практике, когда тренер после провала говорил: я ни в чем не виноват?
– Проблема в том, что его конкретно никто не спросил об ошибках. Никто не спросил, в чем ваша ответственность, ошибки. А раз никто не спрашивает, он и не отвечает.
– Вы почувствовали, что кто-то из тренеров может сказать в глаза?
– Да, Карпин и Черчесов говорили, что молодым платят большие деньги и они не хотят вкалывать, останавливаются в росте. Черчесов рассказывал о том, что хотел взять защитника из первой лиги, но попросили 450 тысяч долларов, и он взял иностранца за 100 тысяч.
– А что Капелло?
– Согласился. Да, говорит, зарплаты у вас слишком высокие.
– А про свою зарплату ничего не сказал?
– Не спрашивали тренеры. Зачем, у них и свои зарплаты неплохие, что ж о себе спрашивать?
– Не спросили, не хочет ли он уйти в отставку?
– Нет, никто под сомнение его квалификацию не ставил.