Бонусы букмекеров
Главной новостью во всех вчерашних выпусках спортивных новостей стало задержание Алимжана Тохтахунова по прозвищу Тайванчик, которому инкриминируется попытка фальсификации олимпийских результатов в соревнованиях по фигурному катанию. Прокомментировать ситуацию с точки зрения юриста мы попросили члена Межрегиональной коллегии адвокатов Бориса Мегрелишвили.
Суть обвинений против Тайванчика состоит в том, что в обмен на голос французской судьи в пользу нашей пары Елена Бережная – Артур Сихарулидзе он обеспечил победу в танцах дуэту из Франции Марина Анисина – Гвендаль Пейзера. Доказательством этого служат якобы две пленки его телефонных разговоров, на одной из которых он обещает маме Марины Анисиной сделать ее дочь олимпийской чемпионкой, а на другой – выслушивает упреки самой фигуристки в том, что они победили без его помощи.
- С точки зрения российского права, пленка, на которой записаны чьи-либо разговоры, принимается судом только, если она была сделана в рамках уже возбужденного уголовного дела, - говорит Борис Мегрелишвили. - Уверен, что и в США пленка может быть доказательством вины лишь если сделана при соблюдении всех формальностей. Америка помешана на законах, поэтому, если при записи совершено хоть малейшее нарушение, с вероятностью 99,9% суд ее не примет. Наверняка на прослушивание телефонных переговоров должен иметься правильно оформленный ордер, где четко указываются допустимые параметры записи.
- А имеет ли какое-либо значение тот факт, что пленка держалась в секрете пять месяцев? В чью пользу он может быть истолкован?
- То, что запись при этом почти полгода пролежала в «столе» ФБР, не имеет никакого значения. Если с каждым новым свидетельством бежать к журналистам, ни одного дела не раскроешь. Однако есть еще одна проблема - идентификация голоса подозреваемого. По правилам, свое заключение делает независимая экспертная комиссия, и затем оно проверяется судом.
- Как происходит эта проверка?
- Проверка может заключаться в создании еще одной экспертной комиссии, например, стороной защиты. Вообще перед началом любого процесса обвинение и защита предоставляют суду все свои доказательства, включая адреса и телефоны свидетелей, и затем имеют возможность, так сказать, «опорочить» свидетельства друг друга.
- Кто будет судить и защищать Тайванчика? Ведь он задержан в Италии, является гражданином России, а обвиняется в преступлении, совершенном на территории США…
- Защищать его найдутся желающие. Даже если он откажется от адвоката, кто-то возьмет на себя защиту его интересов. Например, на процессе против Закариса Мусауи, единственного пока обвиняемого в организации терактов 11 сентября, функции его адвоката взял на себя судья. В принципе, он человек незаинтересованный, поскольку приговор «виновен или нет» все равно выносят присяжные, а судья только утверждает срок наказания в соответствии с законом. Что касается того, где будет проходить процесс… Уверен, что Штаты сделают все возможное, чтобы добиться его эсктрадиции, то есть выдачи, и провести суд на своей территории.
- А может Италия отказаться от выдачи Тохтахунова?
- Многое зависит от того, есть ли между Италией и США договор об обмене преступниками и подозреваемыми. Отказаться от выдачи можно или из так называемых «соображений гуманитарного характера», или если поступок подозреваемого не является преступлением в самой Италии. Но поскольку смертная казнь Тайванчику не грозит, а нарушение закона носит международный характер, скорее всего его передадут американскому правосудию.
- По Вашему мнению, не является ли «дело Тайванчика» попыткой США свалить на Россию свои ошибки и просчеты в организации Олимпиады?
- Я так не считаю. Я уже говорил, что в Америке чрезвычайно уважают закон и вряд ли будут раздувать международный скандал ради улучшения своей репутации. В России невозможно представить, чтобы женщины-офицеры ФСБ подали иск против своей организации из-за ущемления своих прав, а за океаном это в порядке вещей. Попробуйте спросить ОМОН, по какому праву он врывается в ваш дом, а в Америке – «нет ордера – до свидания». Так что не думаю, что это дело высосано из пальца.