Бонусы букмекеров
ЛЕГКАЯ АТЛЕТИКА
ВСТРЕЧА ДЛЯ ВАС
– Сегодня утром пошла в парикмахерскую, привела прическу в порядок. Потом минут двадцать простояла на автобусной остановке, ждала знакомого, который обещал подвезти меня на машине на встречу с вами. Мимо проходило столько людей, столько машина проехало, и никто меня не узнал! Но это только здесь, в Москве. В Волгограде практически все узнают…
Слушаю Татьяну и вспоминаю, как на прошлой неделе вместе с пятью десятками коллег встречал у московского отеля «Арарат Хаятт» американского боксера Майка Тайсона. Сначала из сопровождающих машин вывалились омоновцы с автоматами: образовали живой коридор, по которому под прикрытием четырех телохранителей проследовал Майк…
Вот это звезда, настоящий миллионер! А тут хрупкая девчушка в светлой футболке, коротких брючках и кроссовках. Без охраны. Растерянно улыбается…
– Таня, вы хоть осознали, что стали миллионершей?
– Я вот вспоминаю, как проснулась на Олимпиаде в Афинах наутро после обидного проигрыша на своем коронном тройном прыжке. Проснулась – и не поверила, что на самом деле проиграла. Казалось, кошмарный сон… А в Берлине после победы в «Золотой лиге» случилось практически то же самое. Только с точностью до наоборот! Утром проснулась и опять не поверила, что был не сон…
Что касается вашего вопроса. Ну какая же я миллионерша, если этого миллиона пока не видела? Подержать бы его в чемоданчике! Не могу пока даже представить себе эту сумму, как она выглядит!
И в то же время отдаю себе отчет в том, что жизнь в связи с этой победой меняется. Знаете, люди разные бывают… Я вот, например, уже договорилась, что у моей трехлетней дочки Насти будет телохранитель. Мало ли что…
«ЗОЛОТАЯ ЛИГА» ВМЕСТО ЧЕМПИОНАТА МИРА
– В этом сезоне в связи с вашим отказом от участия в чемпионате мира только ленивый не пригвоздил Лебедеву к позорному столбу. Почему не участвовали в чемпионате мира? Можете объяснить?
– А стоит ли? Ну если хотите… Накануне этого чемпионата на третьем этапе «Золотой лиги» в Осло я получила травму. Никогда, к слову, меня так не преследовали травмы, как в этом сезоне. Хотя вначале ничто не предвещало беды. Чувствовала себя нормально и, более того, даже подумывала о мировом рекорде в тройном прыжке. Я же на тренировках прыгала за пятнадцать метров!
Вот теперь много всякого о себе прочитала после того, как отказалась от чемпионата мира в Хельсинки. Но поверьте, я была уверена, что это мой чемпионат, что выиграю его в одни ворота и стану трехкратной чемпионкой мира. Увы…
Не помню уж, в какой поездке, но однажды кому-то сказала в самолете, что мне даже неинтересно выступать в Хельсинки, поскольку там у меня не будет достойных соперниц. Как сглазила! Травма в Осло все изменила…
Я очень хотела выступить на чемпионате мира. А утром, в день старта, ходила по своему маленькому номеру в Атлетической деревне, трогала больную ногу и думала, что же делать. В итоге приняла очень трудное решение: отказаться. Хочу, чтобы поняли мою логику: третье место с результатом, допустим, 14.80 я, конечно, возьму, но зачем мне это? Тут или первое, или никакое.
– Вернемся в Берлин, на последний этап «Золотой лиги». Что вы испытывали в тот момент, когда судьи измеряли последнюю, шестую попытку вашей соперницы Ямиле Алдамы из Судана? Со стороны казалось, что она улучшила ваш результат…
– Полжизни я за эти полминуты потеряла! Вячеслав Александрович Догонкин, мой личный тренер, потом признался, что после этого прыжка у него тоже сердце оторвалось и куда-то укатилось. Еле потом нашел…
Морально я была абсолютно не готова к подобному повороту событий, потому что с самого начала все складывалось в мою пользу. Из-за травмы на предыдущем этапе в Брюсселе в Берлин не прилетела чемпионка мира 2005 года Тресиа Смит из Ямайки. Я ее опасалась больше всех. И тут она не прилетела. Это ли не знак для моей победы? Конечно, опыт подсказывал, что сюрпризов на таких соревнованиях можно ждать от кого угодно, но все равно накануне во мне была сильна уверенность в том, что все будет хорошо. Я великолепно себя чувствовала. Даже метод психологического настроя для себя придумала: у волгоградцев, мол, со времен Великой Отечественной особые отношения с Берлином…
А начались прыжки – и откуда-то взялся мандраж. Да такой, что ноги натуральным образом стали подкашиваться. Как у дистрофика. Когда-то на экзаменах в школе я подобное испытывала. Навалилось страшное давление: «На этих соревнованиях ты не имеешь права на ошибку, это даже не чемпионат мира, где можно – ничего страшного! – занять второе место, тут отступать некуда, слишком много уже пройдено…»
На таких подкашивающихся ногах я и смазала первый прыжок. Села, успокоилась. Сказала себе: «Прыгай, как на разминке». На вторую попытку вышла с одной целью – совершить зачетный прыжок, чтобы потом можно было уже рисковать. Получилось на 14.85…
– Теперь мы уже знаем, что именно этот прыжок принес вам миллион долларов. А тогда как вы расценили этот результат?
– Мягко говоря, несерьезно, поскольку не попала на планку: есть зачет, ну и ладно! Не сомневалась, что в следующей попытке прыгну дальше. Но, видимо, эта самоуверенность и сгубила. Разбежалась, казалось, намного лучше, чем в предыдущей попытке, а уже в полете почувствовала, что технически не все сделала верно: начала терять равновесие… В любой другой ситуации моментально бы пробежала на третьем шаге, бросила, как мы говорим, этот прыжок, а тут некстати вспомнила слова тренера о том, что прыгать надо в любом положении. В итоге воткнулась травмированной стопой в дорожку и получила сильный удар… Когда приземлилась, даже испугалась: могу ли стать на стопу? Вячеслав Александрович, заметивший мои технические погрешности, начал кричать с трибуны, что нужно сделать далее, а мне не до этого: «слушала» стопу – выдержит или нет следующий прыжок?
Обидно было до слез: опять из-за каких-то мелочей по собственной глупости проиграю. Зачем нужно было до конца доводить эту третью попытку, когда заранее поняла, что она технически ошибочна?
– А как же в четвертой попытке удалось улететь на 14.74?
– По инерции. Скачок получился, а шаг – абсолютно нет: нога была уже не такая взрывная, боль начала до головы доходить. Решила от двух последних попыток отказаться. Тренер не возражал. Посоветовал только сделать это постепенно, подольше продержать соперниц в неведении, чтобы они второе дыхание не обрели. Кубинка Савинье в первую очередь.
Тем не менее в пятой попытке я хоть и не участвовала, но мысленно ее совершила: от момента настроя до приземления в яме. В ситуации, когда на кону такая сумма, ощущения – врагу не пожелаешь. Но когда Савинье прыгнула на 14.75 и, корчась от боли, стала прикладывать лед к больной ноге… «Все, она уже дальше не прыгнет, похоже, тоже травма», – еще больше успокоил меня тренер… И вдруг этот шестой ее прыжок. Я видела его, что называется, со спины, поэтому не могла сразу оценить. Тут же посмотрела на трибуну, где сидели Вячеслав Александрович и мой менеджер. По договоренности они должны были подсказывать мне кивками, насколько далекой получилась попытка. Но, гляжу, лица у обоих растерянные. Муж, сидевший неподалеку, тоже в неведении… Более того, Вячеслав Александрович, у которого, как я уже сказала, сердце куда-то укатилось, резко встал и ушел курить в подтрибунное помещение: он потом мне признался, что был уверен, что кубинка прыгнула за пятнадцать метров…
У меня, естественно, сразу пошло волнение, стала судорожно готовиться к шестой попытке, но тут на табло высветился результат Алдамы – 14.82. Это же на три сантиметра меньше, чем у меня! Слов нет, чтобы описать свое состояние в тот момент!.. Хотелось весь стадион расцеловать… А тут еще трибуны устроили мне овацию. Ну как, скажите, после этого я могла отказаться от последнего прыжка? Естественно, вышла на старт. Попытка получилась недалекой, но это было уже не важно…
«ТЫ МНЕ ДОЛЖНА…»
– Скажите честно, перед берлинским этапом «Золотой лиги» никто из соперниц не предлагал поделиться: ты мне сотню тысяч, а я не претендую на твой миллион? Или, может быть, сами проявляли инициативу?
– Где-то очень глубоко такие мысли, не скрою, бродили. Но я бы никогда их не исполнила, потому что жить с ощущением, что выиграла эти деньги нечестно, не смогла бы. Всю жизнь бы потом себя грызла…
Наверное, об этом же думала и Алдама, которая после своей последней попытки подошла ко мне, хлопнула ладонями по моим ладоням и сказала с многозначительной улыбкой: «Ты мне должна…»
– Прыгунья в длину Татьяна Котова, которая в 2000 году поучаствовала в дележе джекпота «Золотой лиги», рассказывала, что на пьедестале ей вручили «золотой слиток» швейцарского шоколада. Судя по тому, что вы перед телекамерами натурально пробовали один из слитков на зуб, он был металлическим. Неужели действительно золотой?
– Я тоже так думала. Увидела около пьедестала желтые металлические слитки с пробой и подумала: «Неужели у организаторов хватит ума сейчас мне вручить эти пятьдесят килограммов золота? Что я буду с ними делать?» Но это оказались алюминиевые муляжи с золотым напылением!
– А что вы сделали с символическим полутораметровым пластиковым чеком на один миллион долларов, который получили в придачу к «слиткам»?
– Много раз видела, как такие чеки вручают победителям «Золотой лиги», и была уверена, что это переходящий реквизит, на котором только меняют имена. Но после церемонии у меня его почему-то не забрали. Может, забыли? Но я привезла его в отель, отклеила бумагу от пластика, свернула в трубочку и увезла с собой на память. Думала, если в аэропорту на таможне спросят, везу ли какую-нибудь валюту, покажу им этот чек. А они не спросили…
У МЕНЯ УЖЕ ПРОСЯТ В ДОЛГ
– Вопрос, который волнует очень многих, уж простите, людей за любопытство… Как вы потратите выигранный миллион?
– Была сначала безумная идея купить последнюю модель «Феррари» и рассекать на ней по Волгограду. Но потом подумала: а зачем? Вдруг угонят… Или где, например, автосервис для такой машины искать буду? И разве мне моего серебристого «Мерседеса» недостаточно? В итоге решила, что лучше инвестировать деньги в какой-нибудь перспективный проект или выкупить акции процветающих компаний. Естественно, заниматься этим буду не сама: помогут экономисты…
– Говорят, что десятую часть вы намерены потратить на благотворительные цели?
– Впервые подумала об этом, теперь уже можно признаться, в августе, когда после не сложившегося для меня чемпионата мира сидела дома и в депрессии смотрела трансляции из Хельсинки. Не помню уже, где прочитала: как бы тебе ни было плохо в данный момент, всегда найдется тот, кому еще хуже. Вот и решила: если, бог даст, выиграю миллион, обязательно поделюсь. Бросать деньги на ветер, конечно, не собираюсь: они не с неба мне упали, поэтому вложу их только туда, где буду на сто процентов уверена, что их потратят правильно и, более того, я смогу это проконтролировать. Волгоградский детский садик, например, в который ходит моя трехлетняя дочь Настя. Самый обычный, рядом с нашим домом, с протекающей крышей и старыми окнами. Роддом, в котором я Настю рожала. Детско-юношеская спортивная школа, где когда-то занималась сама. Общеобразовательная школа в башкирском Стерлитамаке, в которой училась. Пару лет назад была там, разговаривала с директором. Он попросил по возможности помочь с тренажерами, спортивным инвентарем. Я тогда сказала: подумаю, а теперь уже точно знаю – помогу!
– Друзей, наверное, резко прибавилось? В долг могли бы кому-то дать?
– Уже просят, но я отказываю. Одолжить могу только самым близким.
– Сколько, если не секрет, платите из призовых тренеру?
– От пяти до двадцати процентов. Менеджеру – пятнадцать.
– Расскажите, пожалуйста, зачем вы с вашей травмой выступили в финале «Гран-при ИААФ» в Монако сразу в двух дисциплинах: в прыжках в длину и в тройном?
– Хотите честно? Будь моя воля, я бы вообще туда не поехала. Но по условиям организаторов «Золотой лиги» ее победитель обязан стартовать в финале «Гран-при», иначе не получит выигранных денег. А тут еще, как ушат холодной воды, узнаю, что по рейтингу 2004 года попала и в число участников прыжков в длину. Первая мысль: даже не представляю, как буду прыгать, вторая тут же – обязательно надо прыгать. Мне говорили: «Ну что ты паришься? Прыгни тройным на 12 метров – и все дела. Главное – отметиться». Но вы представляете, как бы это выглядело: двукратная чемпионка мира, обладательница джекпота «Золотой лиги», и всего лишь 12 метров. Позор! Нет, я так не могу, у меня так организм устроен: если вышла в сектор, надо биться до последнего…
Тем не менее, не буду скрывать, попросила организаторов разрешить мне участвовать только в прыжках в длину (специфика травмы такова, что лучше прыгать именно в этой дисциплине). Не получилось. Ну и ладно! В грязь все равно не ударила: вторая в тройном, пятая – в длине. Согласитесь, результаты для финала «Гран-при» неплохие.
– Это последние ваши соревнования в нынешнем сезоне?
– Не знаю. В планах были еще международные турниры в Южной Корее и Японии, но все будет зависеть от того, как поведет себя травмированная нога.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Татьяна ЛЕБЕДЕВА
Лучшая прыгунья тройным России. Родилась 21 июля 1976 года в Стерлитамаке (Башкортостан). Рост 171 см. Вес 60 кг.
Олимпийская чемпионка-2004 в прыжках в длину. Серебряный призер Олимпийских игр-2000 в тройном прыжке. Бронзовый призер Игр-2004 в тройном прыжке. Чемпионка мира 2001 и 2003 годов. Чемпионка мира 2003 года в закрытых помещениях. Двукратная обладательница Кубка Европы. Обладатель джекпота серии «Золотой лиги»-2005.
Живет в Волгограде. Замужем. Имеет трехлетнюю дочь Настю.