«Когда тошнит на трассе – это не стыдно». Ходок Андрей Кривов впервые рассказал о своем героическом финише

Герои – не только те, кто восходит на подиум. Ходока Андрея Кривова три дня назад на дистанции 20 км тошнило от усталости. Но он собирал волю в кулак и шел дальше, чтобы пусть на шестом месте, но финишировать. Величие российской спортивной ходьбы – не только в медалях Каниськиной, Кирдяпкиной и Соколовой, не только в сенсационном успехе юного Емельянова. Величие – и в таких вот маленьких «повестях о настоящем человеке», какую рассказал нам Андрей Кривов.

Спустя два дня после своего финиша Кривов выглядит уже вполне бодро. Оставшуюся позади адскую работу выдают только уставшие, покрасневшие глаза.

– Андрей, как себя сейчас чувствуете?

– Получше. Полежал в номере, окунулся в море… Сейчас все нормально.

– То есть готовы снова приступить к тренировкам?

– Нет, конечно! – в глазах Кривова мелькает ужас. – Еще около месяца придется восстанавливаться. То есть тренироваться, но в поддерживающем режиме. По разу в день.

– Давайте вспомним день вашего старта. Почему 20-километровая дистанция далась вам настолько тяжело?

– В начале июня я съездил на Кубок мира в Мексику, выиграл там бронзу. После поездки в горы иммунитет ослаб, и я почти сразу подхватил вирусный грипп. Только чуть отошел, снова простудился. Видимо, продуло сквозняком в машине. Так из тренировочного процесса у меня выпали три недели.

– Получается, перед Евро-2010 три недели вы не тренировались?

– Нет, я немного ходил, бегал кроссы. Двигался, как мог. Но все это пришлось на период самой ответственной подготовительной работы. Я просто не успел ее сделать. Фактически половина нужных тренировок у меня выпала.

– Не страшно было выходить на дистанцию, заранее зная, что без адекватной подготовки придется тяжко?

– Страшно не было, но я рисковал. Слава богу, все обошлось, не травмировался. А тошнота – это не страшно.

– Когда на дистанции для вас наступил критический момент?

– Примерно с десятого километра я начал терпеть. Потихоньку стала исчезать сила в ногах. Вроде бы руками работаю, а ноги стоят на месте. Спустя километр отстал от основной группы, и стало еще тяжелее. Как будто тумблер выключился в ногах, и они вообще не хотели идти. Потом начались рвотные позывы, за пару километров до финиша меня вырвало. После, как ни странно, отпустило. На самом деле это удивительно – обычно после рвоты бывает наоборот. Я собрался, догнал и отстоял свое шестое место.

– Тошнота прямо на дистанции в спортивной ходьбе ведь случается не часто?

– Да, это нечастый случай. Может, организм не выдержал перегрузок после болезни. Хотя для спортсмена это не оправдание. Раз кому-то уступил, значит, был слабее.

– Денис Нижегородов на прошлогоднем чемпионате мира даже зашел в туалет, чтобы никто не увидел, как ему плохо.

– А я в Барселоне туалетов не видел, – смеется Кривов. – Но даже если бы они были, все равно бы не пошел. Зачем? В рвоте нет ничего стыдного, это наша работа. А заходить в туалет – только время зря терять.

– Местная жара и маленький километровый круг еще больше усугубили ваше плохое самочувствие?

– Да нет, круг мне как раз понравился. Мешали только мотоциклисты с камерами. Одного итальянца они вообще чуть не сбили прямо на дистанции.

– Шестое место для вас – достаточное вознаграждение за все эти нечеловеческие усилия?

– Лучше было бы, конечно, финишировать в пятерке. Но бороться за медаль я, если честно, все равно был не готов. Только если бы судьи помогли – поснимали всех, кто впереди, – грустно иронизирует Кривов.

– Вы слышали на дистанции указания тренера Виктора Чегина?

– Конечно. Он много подсказывал по технике, кричал отставания, гнал вперед. Жаль, реализовать его план полностью не получилось. Болельщиков я не всегда слышу, но информацию от Чегина стараюсь не пропускать.

– Почему решили идти до конца, а не сойти?

– У меня даже мысли не было сойти, – возмущается Кривов. – В любом состоянии надо доходить. Дашь себе раз слабину, сойдешь, а потом не успеешь оглянуться, как это войдет в привычку.

– Хоть раз в своей карьере вы сходили с дистанции?

– Нет, и надеюсь, такого никогда не случится. Год назад во Франции на Кубке Европы соблазн, правда, был очень большой. Мне там было тяжело уже с первых километров, ни за какие места я не боролся. Но старший тренер Алексей Мельников крикнул: «Терпи, надо идти за команду». Один наш парень там почему-то сошел, хотя и держался на тот момент впереди меня. В итоге я должен был дойти до финиша, чтобы принести очки сборной.

– Что вам сказал Чегин после героического барселонского финиша?

– Что очень за меня переживал. А когда увидел, что меня рвет, у Виктора Михайловича, по его словам, прямо все внутри перевернулось. Я же там случайно еще пару беговых шагов сделал. Судьи могли бы снять, но в итоге даже предупреждения не показали, дали дойти.

– Почему вы позволили себе перейти на бег – потеряли контроль?

– Чисто машинально. Я старался идти, но в такие моменты голова отключается.

– Вы участвовали во всех последних крупных стартах, становились чемпионом страны, но ни одной медали на международном уровне пока не выиграли. Что скажете о своей карьере?

– Хорошо, что есть стабильность. А медали… Может, все еще впереди? – как будто сам себя спрашивает Кривов. – Я мечтал в этом году выиграть хоть какую-то награду на Кубке мира и на чемпионате Европы. Получилось только наполовину. Но на будущий год чемпионат мира, потом Олимпиада. Вся надежда на них.

– Это с таким трудом добытое шестое место укрепит ваши позиции при отборе в команду?

– После каждого старта Чегин ставит нам «плюс» или «минус». Если возникают спорные вопросы, естественно, он решит их в пользу того спортсмена, у кого больше «плюсов». В Барселоне, думаю, я, по крайней мере, не подвел. Хотя быть медалистом, конечно, круче.

– Вы здесь живете в одной комнате со Станиславом Емельяновым. Нет ревности к парню, который стал чемпионом Европы уже в 19 лет?

– Нет, абсолютно. Не каждому юниору удается на взрослом уровне сразу войти в обойму. Но Стас у нас талантливый, волевой, работяга. К чему мне его ревновать? Совсем недавно я был таким же: пробивался, боролся за место под солнцем. В любой ситуации надо оставаться человеком. Даже на трассе: если я вижу, что товарищу плохо, передам ему свою бутылочку воды.

– Как на команде сказалось отсутствие на «двадцатке» олимпийского чемпиона Валерия Борчина?

– Будь Борчин здоров, у нас точно была бы не одна, а две медали. Болел вчера на дистанции за наших девчонок и думал: эх, а ведь мы могли бы так же… Представляете, как красиво было бы – мы же открывали чемпионат Европы!.. Ну ладно, значит, не в этот раз.

– Не боитесь за свое место на Олимпиаде в Лондоне: конкуренция с учетом Борчина и Емельянова получается приличная?

– У нас еще один молодой парень подрастает – Валерий Филипчук. Такой же одаренный, как Стас, и тоже всего навыигрывал по юниорам. Ну что делать, мне остается только работать. Главное, как показала Барселона, не болеть, беречь здоровье.

– У вас была пара дней после старта, успели здесь посмотреть город?

– Я поплавал, повалялся на пляже. В город гулять не ездил. Ноги очень болят.

Родился 14 ноября 1985 года в Мордовии.

Специализация – спортивная ходьба на 20 км.

Тренеры – Константин Начаркин, Виктор Чегин.

Достижения: шестое место на чемпионате Европы-2010, бронзовый призер Кубка мира (2010), чемпион России (2009), серебряный призер молодежного чемпионата Европы (2007).