Лесной человек Устюгов. Чемпион Ванкувера открыл репортеру красоты Сибири и своих отношений с любимой

Во время короткой паузы в соревнованиях Евгений Устюгов на три дня рванул в родной Красноярск: чтобы оформить джип, подаренный Президентом России за триумф на Олимпиаде, в кругу близких насладиться красотами природы Красноярского края и раскрыть «Советскому спорту» маленький «природный» секрет своей победы…

 

Проверить героя Ванкувера Евгения Устюгова на точность знаний родной сибирской природы мы сговорились прямо на стрельбище красноярской Академии биатлона. Условия просты: определи точно пять видов местной благородной рыбы – деликатес твой. Пять «мишеней» для биатлониста – «хвосты» холодного копчения из рюкзака вашего корреспондента: омуль, сиг, муксун, чир, ряпушка.

– Я не большой рыбоед, но… «пострелять» готов! – искренне заводится сибиряк. – Вот Царь-рыбу, осетра – я б выбил с закрытыми глазами, по запаху. А с остальными – сложнее.

Конкурс спонтанно перерастает в шоу «Папа, мама, я – спортивная семья». Закончив свою прогулочную лыжную дистанцию, к «стрельбищу» – приятным сюрпризом для меня – подъезжают родители Устюгова. Мама – Ольга Рудольфовна, мастер спорта по лыжным гонкам, и отец – кандидат в мастера Алексей Валерьевич.

– Смелее, Женя, Сибирь за нами! – колокольчиком звенит по солнечной лесной округе мамин смех. – Пока готовишься к стрельбе, мы твои лыжи обкатать успели.

Запечатлеть шоу на фотоаппарат доверено стеснительной красавице Александре, супруге Евгения. Под шутки-прибаутки олимпийский чемпион выбивает три мишени – омуля, муксуна и сига.

– Обожаю нашу сибирскую природу, – подводит итог Женя. – В прошлом году здесь проехал километр от стрельбища – глядь, лиса с лисятами копошатся у сосны. Через два дня туда рванул – «рыжики» на том же месте. А если на 25-километровый круг вышел – лося запросто встретишь, а то и волков.

– Так вот в чем, оказывается, секрет вашей феноменальной скорости на дистанции? – черед веселиться мне. – Навык спасаться от волков и медведей отточен до совершенства!

– Да нет, медведи в наших местах людей сторонятся… – хмурит брови олимпийский чемпион.

– Но, вообще-то, вы правы. Мы – лесные люди. Наша квартира в Академгородке в трех шагах от леса, – просто объясняет секрет спортивных успехов сына Ольга Рудольфовна. – В три годика мы поставили Женю на лыжи. Летом – футбол. То, что он выбрал биатлон, так пусть себе стреляет. Главное – на свежем воздухе. Помню, когда у него с одноклассниками выдавалось свободное время – ребята сразу на лыжи и в лес. А после прогулок такой сон замечательный! Для спортсмена ведь очень важно восстановление. С этим у Жени проблем никогда не было – где лег, там и уснул. Хорошо, что встречу с любимой не проспал, – улыбается мама чемпиона, приобняв невестку.

– Красиво за вами ухаживал лесной человек Евгений Устюгов? – интересуюсь у Александры.

– Подарочки разные дарил. Первый подарок – милый такой зеленый медвежонок, – продолжает стесняться Александра. Муж перехватывает нить разговора:

– Самый трогательный подарок получился, когда я к Новому, 2005 году готовился – купил Саше золотые сережки и колечко. Она от своих родителей из Подмосковья ко мне в Красноярск прилетела. А меня загнали в казарму. Когда увиделись – она расплакалась. И вот тогда подарок кстати пришелся. Я прошел курс молодого бойца, отслужил два года. Все как полагается.

С Сашей мы уже седьмой год вместе. Познакомились на сборах – прогуливались вместе по вечерам. Саша – мастер спорта по биатлону, победительница Кубка Урала в спринте. Но уже давно не тренируется.

– Действительно, зачем тренироваться до упаду, когда муж – олимпийский чемпион... – подшучиваю я.

– Вообще-то я еще до замужества закончила карьеру. Мы стали дружить, когда Женя еще чемпионом мира по юниорам не был, – искренне оправдывается Саша.

– Просто мы с Александрой подумали и решили, что биатлон – не женский вид спорта, – объясняет отец молодого семейства. – Хочешь – не хочешь, все эти болячки, связанные со спортом, у девушек рано или поздно могут проявиться. Ведь когда во время гонки они ложатся в холод на коврик для стрельбы, что угодно простудить можно. Да и нагрузки запредельные. В общем, решили мы это дело на корню прирезать.

– А такая проблема у вас не возникала: жена-биатлонист начинает учить мужа, как правильнее стрелять и бежать?

– Не возникала. Хотя жена всегда стреляла лучше меня, – самокритично признается Евгений. – За семь лет, я считаю, мы вместе прошли огонь, воду и медные трубы. Александра – мой счастливый талисман. Талисманчик. Когда познакомились – мои результаты пошли вверх. И с каждым годом они все выше и выше.

– Когда Евгений решился сделать предложение руки и сердца?

– Я у мамы была в Подмосковье. В марте 2009-го Женя приехал из Южной Кореи с чемпионата мира – знакомиться с будущей тещей. Раньше просто времени не было, – смущается Саша. – В общем, официально попросил разрешения у мамы. Она сказала: если дочь не против, я, конечно, «за». А через полгода, 28 августа мы поженились.

– Пока я был на сборах, свадебными хлопотами занималась Саша, от тамады до праздничного меню, – вспоминает жених. – Свидетель с моей стороны – Артем Гусев, биатлонист. Мой друг Дмитрий Ярошенко тоже приезжал с супругой – они с Сашей вместе раньше выступали.

– На свадьбе мы с Женей запустили в небо на счастье двух белых голубей. Есть такая примета, чтобы брак был счастливым, – мечтательно вздыхает Александра. – Голуби сделали круг и вернулись к себе на голубятню.

– О чем теперь грезите, молодожены? Ведь кажется, и мечтать больше не о чем? По данным журнала «Форбс», Евгений Устюгов заработал больше всех российских спортсменов на Олимпиаде. Золото и бронза Игр пополнили ваш бюджет на 11 миллионов рублей…

– Как тратить деньги – еще не думали, – суровеет Устюгов – Вот сезон закончится – пораскину мозгами.

— Есть над чем задуматься, ведь, помимо денег из Фонда поддержки олимпийцев, глава СБР Михаил Прохоров обещал российским биатлонистам такие же суммы призовых за медали Ванкувера…

— Деньги Михаил Дмитриевич заплатил, как обещал, а о сумме премии я говорить не буду. Но, не сомневайтесь, найду, на что их потратить.

Коттедж заводить нам рано – пока молодые. Годам к 40 задумаемся. Жить будем здесь, в Красноярске. Город немаленький, но очень уютный. И развлечений хватает. Сейчас усиленно работаем над продолжением рода Устюговых. Стараемся как можем. Я вот хочу дочку и сына, да, Саша?

– Одного ребенка, наверное, маловато, – краснеет Александра.

– Наша установка: от двух ребятишек и более, – уточняет семейные планы супруг.

– В новую трехкомнатную квартиру – подарок краевой администрации – вселяетесь?

– Пока нет. Дом видели – высотка в жилом комплексе «Гремячий лог». В живописном месте, недалеко от Енисея, в трех километрах от стрельбища Академии биатлона. Потому и в гости пока не зовем, теснимся в двухкомнатной хрущевке вместе с родителями. Там все баулами с формой заставлено. Обещают к маю дать ключи от новой квартиры.

– Александра, муж вам домовитый достался, с молотком и дрелью на «ты»?

– Домовитый, когда есть время. Не скажу, что супермастер, но дело в руках спорится. Вот в новой квартире и проверим детально его умения.

– Суров характер супруга?

– Характер у него спокойный, ровный. Но иногда бывает, что упрется – не сдвинешь.

– Пресловутый сибирский характер?

– Никто не знает точно, что такое сибирский характер, – рассуждает Евгений. – На Олимпиаде раз не получилось на дистанции, два. Другой бы, может, руки опустил. А я настроился на борьбу и следующую гонку выиграл. Наверно, потому и говорят о моей упертости. Если выхожу на старт – работаю до конца, себя разгоняю что есть силы… По самочувствию я бежать не могу. Пусть хоть это гонка на первенство края.

– Сейчас ваш авторитет в сборной России непререкаем?

– Стараюсь не козырять авторитетом. Какой смысл, если на следующий год ты можешь потерять эти результаты? Надо всегда простым человеком оставаться.

– Как отдохнете после длинного сезона?

– Пока не решили. Дома будем планы строить, когда промежуток появится в неделю-другую. Но силы бегать уже кончились. Когда по ходу сезона поперли результаты, мы с массажистом сборной России Григорием Шишкиным все время думали: как бы волну победную не упустить? Он массирует меня и спрашивает: «Ну когда же у тебя сила иссякнет?». Я и сам ждал, когда это произойдет. Приехал после Игр в Ханты-Мансийск, второй этап отбежал и понял: все, силы кончились.

Молился только, чтобы это не произошло во время Олимпиады. Трехлетний план подготовки к Ванкуверу Владимира Аликина лично для меня сработал. В первый год была заложена физическая база. Но я немного перебрал с нагрузками – все-таки первый раз попал в команду. К тому же старался быть в тени старших товарищей. На следующий год маленько отпустил нагрузки. А в олимпийском сезоне выстрелил.

А сейчас мечтаю, чтоб скорее сошел снег. Родителям в удовольствие покататься на лыжах, а я снегом нынче наелся. Когда он сойдет, махну с друзьями играть в пейнтбол. Да и с родителями надо возобновить традицию походов за грибами. Все-таки джип подарили. Получается, теща в Подмосковье по грибы ходит, а я – сибиряк – не могу ее угостить как следует нашими груздочками. Непорядок.

– Евгений, в этом году вы заканчиваете лесо-инженерный факультет Сибирского федерального университета. Откроете название дипломной работы? Без пяти минут лесоинженер Евгений Устюгов сможет определить, из какой породы дерева ложе его винтовки?

– Из нашей сибирской березы. Материал по сравнению с другими не самый легкий, но жесткий – из него вырезать хорошо, а лиственница – пусть легче, но и структура древесины мягче, ногтем продавить можно. Ложе вырезал столяр из Канска. Низкий поклон мастеру. Не факт, что победил бы без него.

– Тот левша, что смастерил чемпионское ложе Жене Устюгову, живет и работает в Канске. Окладников Юрий Анатольевич. Замечательный столяр, золотые руки. Большой специалист по подгонке охотничьих ружей.

Я его случайно встретил где-то с год назад. Земля-то наша слухами полнится. И вот загорелся мастер новой работой. Начал в суть вникать, да так ловко у него получаться стало. Что ни ложе – шедевр. Взял я его в штат к себе в Академию мастером по оружию.

Работает он в Канске на дому. Там у него и сушилка для дерева, и инструмент столярный. Все биатлонисты нашей Академии, даже великие Медведцева и Устюгов, приезжают к нему на несколько дней – он по фигуре спортсмена ложе моделирует. Зарплату я ему положил в десять тысяч рублей. Больше сейчас платить не могу. Но Анатольич доволен. Хотя за каждое ложе такое он, наверно, мог бы зарабатывать другие деньги.