Катины рифмы. Биатлонистка Екатерина Юрлова выпустила сборник стихов

Если сборник под названием «В ожидании весны» выходит из-под пера биатлонистки, то волей-неволей начнешь искать двойной смысл. Но Юрлову понять можно. В прошлом сезоне в российской сборной весны, а равно и окончания сезона ждали больше обычного...

– Откуда такое название? Не вижу в нем ничего удивительного. Биатлонные реалии его и навеяли, – поясняет Катя. – Не то чтобы под конец сезона биатлон мне уже сидит в печенках… Просто у меня накапливается усталость. С ноября по март мы ездим с этапа на этап, почти не заезжая домой, не видим родных, близких... Многие биатлонисты ближе к весне мечтают, чтобы сезон закончился поскорее. Большинство так устают, что только и слышишь: «скорей бы весна», «скорей бы домой».

Юрлова, как и подобает поэту, все свои переживания облачает в литературную форму. «Позади остаются бесконечные переезды, напряжение сборов и соревнований, слепящее снежное полотно лыжных трасс» – именно так начинается предисловие к ее сборнику. По словам биатлонистки, стихи она начала писать лет в 14–15. Нетрудно догадаться, о чем были первые вирши. «О любви, конечно», – хохочет Юрлова.

– Что-то в этом сборнике написано мною давно, а что-то я писала прямо по ходу этапа, – Екатерина рассказывает, в какие именно моменты ее посещает муза. – Приходишь вечером после гонки в номер и начинаешь перекладывать на бумагу все дневные переживания. Это для меня сродни восстановлению. Давно заметила: когда накрывает усталость, я быстрее и лучше восстанавливаюсь, когда полностью переключаюсь на что-то другое. Так у меня происходило в университете. Приходила на занятия после многочасовых тренировок и, как только включалась в работу, забывала, что все тело ноет и мышцы болят.

Теперь после окончания спортивной карьеры Юрлова может выбирать поэтическую стезю.
Кстати, Катя умудрялась сохранять свои поэтические опыты в тайне долгое время. И то, что готовится выпуск ее книги, она до последнего таила от коллег. Такая выдержка дорогого стоит. Хотя один человек в сборной про увлечение Юрловой все-таки знал.

– Мы жили в одном номере с Анной Богалий-Титовец. Аня периодически интересовалась, что это я там все время пишу, – рассказывает она. – Пришлось сознаться. Прочитала ей несколько стихов. Соседка пришла в восторг. Говорит, мол, такое нельзя писать в стол. Она и выступила в роли моего литературного агента. На одном из сборов Аня подошла к Сергею Кущенко (исполнительному директору СБР. – Прим. ред.) и попросила меня тут же прочесть пару стихов. Сергею Валентиновичу понравилось. Он загорелся идеей выпустить книгу.
Когда же сборник наконец напечатали, Катя презентовала его на сборе в Тюмени, партнерам. В том числе и главному тренеру женской сборной Вольфгангу Пихлеру. Хотя он пока и не знаком с великим и могучим, но у Кати есть надежда, что в роли переводчика себя попробует Павел Ростовцев, в совершенстве знающий немецкий.

– Было очень приятно услышать лестные отзывы о стихах. Больше всего меня тронули слова Андрея Маковеева. Он… предложил писать стихи вместе! Андрей – романтичный молодой человек, – вздыхает Катя. – Так что к следующему сезону, может, выйдет новый сборник – уже в соавторстве с Маковеевым.

В конце разговора Екатерина пролистала сборник и назвала стих, который больше всего дорог ей самой.

Пусть иногда ошибаюсь, строю воздушные замки,
Просто я так играю с собственным сердцем в прятки.
Знаю, что это нелепо – тихо страдать в одиночку,
Только вот все не решаюсь поставить последнюю точку.

Мне бы однажды собраться, сбросить ненужные маски
И на холсте своей жизни оставить лишь чистые краски.
Пусть это будет утро – робким цветком у подушки
Или знакомое с детства тепло любимой игрушки...
Пусть будет чей-то шепот или просто улыбка,
Или из давнего прошлого милая сердцу открытка...

Мне бы однажды собраться, понять судьбоносные знаки,
Почувствовать жизнь на грани ее самой главной атаки.
И отступить, не жалея, не поддаваясь сомненьям,
Чтобы хотя бы на время чьим-то стать вдохновеньем...

Хохфильцен, Австрия
12 декабря 2010 года