Бонусы букмекеров
Известная российская биатлонистка Светлана Ишмуратова после встречи с президентом Международного союза биатлонистов (IBU) Андресом Бессебергом поделилась впечатлениями. Фактически Бессиберг озвучил «международный» приговор российскому биатлону: после позорного допингового скандала наши спортсмены в этом виде спорта стали чужими для своих коллег.
В личном разговоре с двукратной олимпийской чемпионкой Светланой Ишмуратовой он заявил, что биатлонная семья сегодня Россию отторгает: шесть случаев применения допинга — это аховое явление.
- Светлана, вы обещали встретиться с президентом IBU и встретились. Излишнюю резкость всегда можно списать на вольности перевода, на выхватывание фраз из контекста. Но вы говорили с Андресом Бессебергом лично. И в неформальной обстановке. Каковы впечатления?
- Беседа с Бессебергом меня повергла в удрученное состояние. Ситуация тяжелая. Я бы даже сказала, очень тяжелая. Шли мы в разговоре от самого начала скандала - почему, например, так долго не оглашались результаты анализов, их и сейчас Союз биатлонистов России (СБР) ждет со дня на день. На это президент ответил, что никаких политических игр нет, но все делается очень тщательно. И озвученное должно полностью соответствовать правде. Чтобы, во-первых, не было никаких домыслов и, во-вторых, чтобы не бросить тень на невиновного.
Я спросила: «Почему вы все время упираете на то, что в России употребление допинга - система?» - «Света, а ты не помнишь ваших дисквалифицированных гребцов или семь человек, отстраненных в легкой атлетике? Теперь смотри, что в биатлоне произошло. У вас ведь не три случая, а шесть. Три положительные пробы у Ярошенко. Пробы брали у него на разных этапах, и сколько раз брали, столько и оказалось положительных. Причем от пробы к пробе содержание эритропоэтина - заметьте, Бессеберг четко назвал препарат, - повышается. Против этого не попрешь».
- А главный тренер сборной Ханты-Мансийского автономного округа по биатлону (он же личный тренер Дмитрия Ярошенко) Валерий Захаров утверждает, что препарат, который нашли в крови у биатлонистов, не относится к группе ни запрещенных, ни разрешенных химических средств.
- Думаю, у Бессеберга информация не из десятых рук. Я, кстати, разговаривала с Ларисой Жуковской, которая ездила на вскрытие проб. И она говорит, что если поначалу мы могли еще за что-то зацепиться, то сейчас уже нет. (Жуковская - член медицинского комитета Международного союза биатлонистов) Дальше - две положительные пробы у Кати Юрьевой, одна у Альбины Ахатовой. Это шесть прямых попаданий. Бессеберг говорит: «Считай как хочешь, но это не один анализ, по поводу которого можно подумать и всегда сказать: а, случайность! У вас была Пылева…» - «Там особый случай, вы же знаете…» - «Хорошо, но спустя полгода после Турина на точно таком же препарате попалась молодая Наталья Бурдыга. А в прошлом году мы разбирались с Моисеевой - тоже другой случай, но не много ли для одной сборной? Биатлон - это большая семья, ты же знаешь. Сейчас биатлонная семья осталась, а русских в ней нет. Ваша команда стоит уже в стороне, ее отторгают. Пока вы не наведете у себя порядок, это будет продолжаться. И решать вам надо не только проблемы биатлона, но и раскрыть глаза на весь спорт».
- Значит, биатлон получает сполна за все виды спорта?
- Да, наверное, это не очень справедливо. Но пора нам понять: биатлон - всего лишь ветвь российского спорта. А дерево-то - общее. И когда кто-то во имя роста обрубает сук, на котором сидит, кстати, и сам, он лишает мощи дерево. Ведь когда-а-а еще оно вырастит новые ветви.
- А каким вам показалось настроение в нашей биатлонной среде?
- В Уфе я разговаривала со многими тренерами, специалистами. Не хочется подливать масла в огонь, но скажу, что мне очень жалко главу СБР Михаила Прохорова. Человек только-только открыл дверь в биатлон, и его тут же окатили холодной водой. Мне кажется, он этого не ожидал. И сейчас начинает узнавать правду. Эта правда, если ее копать до конца, не устроит никого.
- Все чаще звучит мнение: если наводить порядок, то буквально всех - тренеров, врачей - в биатлоне надо менять…
- А как это делать перед Олимпиадой? Мы сами себя загнали опять в тупик.
- Кто будет, по-вашему, стрелочником?
- Я думаю, сегодня пострадают спортсмены. Они, конечно, виноваты. Не знаю, на 50 процентов или больше, но виноваты. Это профессионалы, не первый год в команде. Пострадают доктора, хотя всех я бы тоже не выравнивала в шеренгу. А то у нас ведь как принято считать: доктор - значит, автоматически «в деле». В общем, пострадают последние звенья. Копать, конечно, надо глубже. И если затевать решительную борьбу, начинать надо с наших лабораторий - увидеть, как они-то работали, почему проморгали? Нужен жесткий контроль внутри страны.
- Пойманный своими вряд ли повторит выход «на бис» перед чужими?
- А это тоже действует сильно. И прав Бессеберг - не о биатлоне уже сейчас идет речь. Внутри всего спорта надо чистить, а то у нас будут проблемы и с Олимпийскими играми в Сочи. Мы не имеем права так рисковать. Да, удар пришелся сегодня на биатлон. И вы не представляете, как все переживают.
- Бессеберг считает, что вице-президенту СБР Александру Тихонову стоило бы воздержаться от некоторых высказываний.
- Знаете, Тихонов всегда - на каждом собрании, на каждой встрече с нами, я это хорошо помню - говорил: «Ребята, ради бога, ничего запрещенного! Ешьте мед, ходите в баню, отдыхайте, в конце концов, столько, сколько нужно!»
Наверное, сегодня он часто не может сдержать эмоции. Я его прекрасно понимаю - нанесен удар ниже пояса. А на следующий год - выборы президента IBU, и все уже говорят вовсю, что это ему под выборы скандал организовали. Но такие результаты под Тихонова не подделаешь. И это удар не по Тихонову, а по стране. Обидно, что биатлон попал в допинговый список, но надо выбираться. И надеяться, что Прохоров сейчас не отвернется от команды.