Я не интересуюсь часами и не разбираюсь в них. В тех часах, что я получил от Кущенко, не было ничего, что давало бы понять, что они дорогие.
Во время следующей встречи с Кущенко я уточнил у него, действительно ли это золотые часы. Он ответил, что да. Когда я ответил, что не могу их принять, он сказал, что это за работу, которую я проделал для развития биатлона. В заключение он сказал, что это подарок от него лично мне на 65-летие.
Сейчас я понимаю, что мне стоило настоять на своём и не принимать часы. Но тогда я не понимал, что сделал что-то противозаконное, — цитирует Бессеберга NRK.