«6 лет не мог ходить. Мама носила на руках». Кто успешен и в боксе, и в бизнесе

Ростислав Плечко – профессиональный боксер, выступающий в супертяжелом весе в турнирах по версии IBF, чемпион России. На его счету 10 боев – все победные. Помимо этого, Ростислав – бизнесмен, работающий одновременно над несколькими перспективными проектами. В интервью «Советскому спорту в Санкт-Петербурге» он рассказал, как успевает совершать сделки и отправлять соперников в нокаут, благодаря кому стал спортсменом, а не инвалидом, и почему люди – это самый ценный актив.      

– Кем вы хотели стать в детстве?
– В первую очередь, хотел ни от кого не зависеть. Чтобы мне не указывали, мной никто не руководил. Для этого нужно быть сильным, состоятельным, уметь находить общий язык с людьми. То, о чем мечтал в детстве, у меня есть сейчас, и даже больше. Но хочу еще большего – так устроен любой человек, это психология. 

– Как учились в школе?
– На тройки. В аттестате их штук девять-десять было. А по физкультуре – четверка (смеется).

– Наверняка были задирой.
– Как и любой другой юноша, порой участвовал в драках. Чаще я побеждал, но порой и мне доставалось. Из-за проблем с гормональным фоном я вырос позже остальных. Еще жутко тощий был, поэтому начал качаться. Возникали комплексы. Хотя в начальных классах был высоким, у отца рост 191 см. Это связано с неправильными тренировками – их было две в день, когда занимался греблей. Произошла перегрузка организма, энергия шла не в рост, а на то, чтобы восполнять силы после занятий. Тренер вовремя мне об этом сказал и поэтому когда я завязал – все сразу нормализовалось.      

– С чего начался ваш путь к состоятельной жизни?
– Первая работа – промоутер. Когда чай «Нести» только появился, я проводил в супермаркете дегустацию и говорил: «Зеленый патруль мчится к вам, чтобы подарить свежесть лесных ягод. В отличие от «Липтона», наш чай не содержит консервантов» (смеется). Вот такая ерунда. Но надолго меня не хватило, я разливал чаи. Где-то в 14-15 лет устроился официантом, в 17 – менеджером по продажам: прошел стажировку, поработал чуть-чуть и понял, что не хочу под кого-то подстраиваться.  

Потом была торговля на валютном рынке, после открыл боксерский клуб «Алмаз» – сейчас, к сожалению, его нет. Жалею, что не развивал – это был первый коммерческий клуб, где взрослые люди реально могли заниматься боксом, при этом им не отбивали голову. В детско-юношеских школах взрослым можно было тренироваться, но их ставили с амбициозными, молодыми пацанами. После этого не хотелось уже перчатки надевать. Тренерам советской закалки уже ничего не хочется, они брали по 500 рублей и все.

А у меня был главный лозунг – «Бокс для начинающих». Я сам и на телефоне сидел, и «лапы» держал. Тогда понял, что можно быть не очень хорошим спортсменом, но при этом неплохим тренером или наоборот. Клуб просуществовал шесть лет, а параллельно я еще занимался землей: скупал участки, перепродавал. Потом пошли другие проекты: стройка, юридическая фирма, автомобильный кинотеатр и «AnswerMe» – маркетинговые исследования посредством мобильного приложения – всем этим занимаюсь сейчас.  

– Как удается все успевать?
– Жертвую личной жизнью, вечеринками (улыбается). Могу после боя только на день-два отдохнуть от всего, а так все время в режиме.

– Назовите ваши главные жизненные принципы, благодаря которым добились успеха. 
– Порядочность по отношению к близким и тем, с кем работаешь. Понял, что на разных этапах жизни соблазняют разные цифры. Когда был молодым, хотел «ВАЗ 2109» и денег, чтобы девочек в ресторан водить – тогда этого казалось достаточно. И сумма – миллион рублей приводила в восторг. Были разного рода предложения, даже криминального характера, которые вызывали интерес.

Сейчас я трачу большие деньги на то, чтобы помогать другим людям, поддерживать близких, и развивать любимое дело – профессиональный бокс в Петербурге. В конце марта я провел турнир, это было меценатство. Конечно, рассчитываю в будущем на появление спонсоров и единомышленников, которые будут поддерживать. Это был промоутерский дебют. Моя команда состояла из людей, не имеющих отношения к боксу, а в этом деле есть много специфических вещей. Люди увидели, что мы собрали полный зал: он вмещал 800 человек, пришло больше тысячи, и каждый заплатил деньги. Но, учитывая нюансы организации такого мероприятия, все равно оказываешься в большом минусе.

Для меня миллион – уже не такая значимая цифра. И на преступление я не пойду. В таких вещах определяется человек: если он не поддается соблазну и не обманывает близких, на дистанции он остается в плюсе. Самая главная инвестиция в жизни – не недвижимость, золото или ресурсы, а люди. Сегодня у тебя есть все, завтра – ничего. Если есть люди, которым ты помог, был с ними порядочен и честен, они помогут тебе. Нахлебники отвернутся.   

– Вы организовали турнир по боксу. Не задумывались о том, чтобы проводить соревнования по ММА? Этот вид сейчас очень популярен.
– Мне микс-файт так не нравится, как бокс. По телевизору ММА зрелищнее смотрится, нежели вживую, с боксом – другая история. Это классика единоборств, все-таки самые большие деньги, ажиотаж вокруг него. Смешанные единоборства в этом плане где-то рядом. Но в Петербурге турниры по ММА вызывают большой интерес, и не только у тех, кто спортом увлекается.

Я эту ситуацию исправляю: на мой турнир пришло больше 1000 человек, люди на ступеньках сидели, покупали стоячие места. А на других хороших соревнованиях, например, на чемпионате Петербурга по боксу зал не заполняется. Потому что нет пропаганды, не освещается СМИ, не поддерживаются должным образом спортсмены. В ММА все основано на маркетинге и пиаре. Зачастую бойцы не самого высокого уровня на слуху, к ним есть интерес у публики.

– Вы говорили, что ваши родители считают всех богатых бандитами.
– У них был такой стереотип, потому что жили в 90-е годы. Сейчас он рушится, но им трудно перестроиться. Одно дело, когда встретил перестройку в 20 лет, а другое – когда тебе 40 и ты уже – сформировавшийся человек, вырос в другое время.

– Вам хоть раз приходилось преступать закон?
– Я дрался на улицах – это хулиганство. Думаю, каждый преступал, идеальных людей нет. Человек должен делать выводы из своих ошибок. И если спустя годы взгляды на жизнь у него не меняются, он зря их прожил. Есть много вещей, за которые мне стыдно. Например, за первый и единственный брак – он продлился три месяца (улыбается). Я взял на себя ответственность, к которой был не готов. С тех пор стал очень избирательным, на старые грабли не хочу наступать.      

– Вы родились с серьезной травмой тазобедренного сустава, пошли только в шесть лет. Помните то время, когда еще не могли ходить?
– Да, я всегда был с мамой, она носила меня на руках – сильная женщина. Наверное, большинство людей приняли бы такое же решение – не класть своего ребенка под операционный нож. Мама взяла на себя большую ответственность: если бы что-то с суставом произошло, я бы вообще не ходил, никакая операция не помогла бы. А если бы ее сделали – сто процентов был бы хромой.

– А помните момент, когда осознанно сделали первые шаги? 
– Каких-то ярких впечатлений не помню. Но как в фильме «Форест Гамп» не было, что я из распорок побежал (улыбается). Меня в них поставили на год, потому что если бы я упал и повредил сустав – то все. Была дисплазия (Неправильное развитие – Прим. ред.)  – сам сустав был слабый. Но мы же знаем детей: они все время куда-то бегут, падают. Я в принципе мог ходить, не был обездвижен.   

– Но, несмотря на все это, в вашей жизни появился спорт. 
– Да, повлиял отец. Он – фанатик спорта, только нас интересуют разные виды. Если папа начал чем-то заниматься – будет это делать до конца. Как он начал заниматься греблей с детства, так и гребет до сих пор. Я занимался греблей, но ушел, потому что стало скучно. Бокс – более живой вид. Отец отреагировал нормально, не мог же он меня насильно заставлять тренироваться. Я добился определенных успехов в гребле.

Перед друзьями он всегда хвастался, а меня никогда не хвалил, пытался подколоть. Но за это ему большое спасибо, потому что у нас была конкуренция. Когда на лыжах шли, например: я становился сильнее с каждым годом, он старел – в определенный момент мы соревновались, были на равных.

– Когда начали заниматься боксом?
– На первом курсе в институте. Любовь к нему была всегда, но под присмотром родителей ходить на бокс было нереально. В футбол получалось за спиной играть, а боксом из друзей никто не занимался. Я даже не представлял, куда надо пойти, чтобы начать боксировать, а очень хотелось. Сейчас же нашел информацию в интернете и пошел.

– С какой целью вы пришли в профессиональный бокс?
– Реализовать мечты детства. Всегда представлял себя в ринге, что меня показывают по телевизору. Я вырос на всяких мотивационных роликах от Мухаммеда Али, Майка Тайсона. В институтские годы росли амбиции. Сначала просто хотел научиться драться, потом – получить разряд, стать чемпионом города. Когда им стал, понял, что в любительском боксе полностью себя реализовать не получится.

Путь до Олимпиады очень длинный, в нем много политических моментов, и даже не все от самого спортсмена зависит. Поскольку позволяли финансовые возможности, были люди, которые видели во мне потенциал, я пошел в профессионалы. Многие сильные ребята в любителях не развиваются, теряют время. Я его много потерял, когда женился и ушел из бокса, вел неправильный образ жизни. И дальше терять его среди любителей не хотелось. 

– Вы дважды должны были биться за звание чемпиона Европы, но бои срывались.
– За него уже точно подерусь в июне, это шаг к топам. Чемпион мира Энтони Джошуа сразится с Владимиром Кличко, у британца будет добровольная защита пояса IBF. Если возьму титул, могу попасть в десятку, а Джошуа из нее уже может выбрать и меня. Тогда я автоматически стану претендентом.    

– Вас тренирует Александр Зимин. Почему он согласился с вами работать?
– Все его подопечные были трудолюбивыми. Например, Николай Валуев каким-то талантом не обладал, он пахал. Мы с Александром Васильевичем быстро нашли общий язык, потому что я всю жизнь это делал. Когда ушел из спорта – пошел по наклонной, но вовремя одумался. Я вернулся и ни о чем не жалею. И хочу призвать всех: занимайтесь спортом, верьте в себя и идите всегда с гордо поднятой головой.