Дух или материя?

ШАХМАТЫ

 Строго говоря, ответ на этот вроде бы абстрактный вопрос определяет судьбу клубного чемпионата Европы по шахматам: ныне у мужчин он проводился 21-й раз, а у женщин – десятый.

Причем в своем истоке он, если честно, никого особо не интересовал и интересовать не мог. Именно по той причине, что игра начиналась не совсем по честным правилам. Все ведущие шахматные европейские страны посылали на этот турнир, ранее называвшийся Кубком Европы, свои сильнейшие клубы, и только в некоторых из них играли по одному-два легионера – как правило, из другого города той же страны. Советский Союз, следуя доктрине своего шахматно-умственного превосходства над миром капитализма (попутно доставалось и нашим «союзникам» народным демократам), без зазрения совести отправлял на Кубок тоже «клуб», но грандиозного объема: ЦСКА, «Труд», «Буревестник». И хотя последний, например, считался спортивным обществом студентов, возглавлял его мой учитель 50-летний Василий Васильевич Смыслов, а армейский клуб – уже после войны ушедший в запас сержант, простите, кажется, старший, – Ефим Петрович Геллер. Надо ли говорить, что судьба первого приза практически была предопределена, а кому нужен упорный труд за почетное второе место…

Постепенно вся эта фантасмагория закончилась, и на авансцену клубного чемпионата вышли деньги. Скромные или бешеные, отсчитываемые чайными ложками или стаканами, а то и просто ведрами. И в результате сначала югославские команды, а затем парижская вдова-миллиардерша мадам Оже, фанатично любящая шахматы, собрали под свои знамена такие созвездия имен, что былые советские монстры перестали выглядеть чем-то невероятным. В результате НАО ЧЕСС КЛУБ, расположенный в прекрасном помещении фешенебельного парижского пригорода (конечно, Дом шахматиста России имени Ботвинника в Москве на Гоголевском бульваре куда объемнее, но и куда запущеннее), два последних года с такой легкостью расправлялся с соперниками, что… А, собственно, могло ли быть иначе, если играли за него москвичи Крамник и Грищук, бакинец Раджабов, испанец Вальехо – была, правда, пара лучших французов – Лотье и Бакро. Мало кто сомневался, что и в нынешнем году шахматная богиня Каисса возлюбит именно парижскую троицу.

По правде, сама идея такой клубности мне не слишком-то нравилась. Посудите: в России возникали команды, в которых не было ни одного (!) воспитанника местной шахматной школы. И не могло быть, потому как клубы «защищали честь» нефтяно-никелево-алюминиевых городов, куда люди приезжали работать, работать и еще раз работать. И зарабатывать. А семьи их и дети, естественно, зачастую оставались там, где имели крепкие корни.

Так что все решали деньги. И кого из именитых московско-питерских гроссмейстеров можно за них ангажировать. Тем более что препон не существует, имя легионеров – легион. Но вдруг вот именно нынешний, в итальянском Сан-Винсенте прошедший, чемпионат перевернул очень многое. Самые титулованные остались позади, а трофей зубами вырвали ребята из «Томска-400»: их капитан Борис Шайдуллин сумел создать ту самую атмосферу вдохновения, при которой – уж простите за правду – обычные «крепкие» гроссмейстеры начинают играть в силу чемпионов мира! Я помню, как в нашей мальчишеской сборной Татарии такой подъем вызывал единственный высококлассный шахматист – чемпион РСФСР Рашид Нежметдинов, как настраивал всех на «скрежет зубовный» молодых тбилисцев их капитан Эдуард Гуфельд. И вдруг Его Величество Капитал отступил, попятился назад. Значит, шахматным клубам – жить!

Результаты, полагаю, многим известны. И тем не менее: второе место у мужчин досталось «Полонии» (два именитых легионера), далее в таблице встали НАО и екатеринбургский «Урал». У женщин – ой сомнительной представляется мне швейцарская система в 7 туров при 11 командах! – грозный чемпион России клуб АВС из маленького Краснотурьинска (практически все легионеры во главе с чемпионкой мира Антоанетой Стефановой и архангельскими сестрами Косинцевыми) сорвался аж на 8-е место, а первое досталось тбилисским девчонкам. Летом нынешнего года великая Нона Гаприндашвили при мне сердито отзывалась о них, упрекая в непонимании некоторых глубин шахмат, и Майя Чибурданидзе согласно кивала головой. Но вот и тут вдохновение, или, если хотите, пушкинское «упоение в бою», перекрыло какие-то чисто шахматные недочеты, и победа была обретена. Челябинский «Южный Урал» стал серебряным, клуб «Подгорица» – бронзовым. Его, правда, усилили наши шахматистки, вышедшие замуж за видных черногорских ребят. К слову, не так уж здорово разбирающихся в шахматах…