Бонусы букмекеров
ШАХМАТЫ
СУПЕРФИНАЛ ЧЕМПИОНАТА РОССИИ
Последний тур суперфинала российского первенства как две капли воды походил на тысячи, а то и на сотни тысяч последних туров. Четыре партии завершились одна за другой, две – затянулись, одна из них – очень. И наступило время подводить итоги: с карандашом в руках, с поздравлениями, с финишно-новогодним шампанским.
Он удивил. Возвращением в дом родной – обновленный Центральный Дом шахматиста им. Ботвинника: об этом уже говорилось. Возвращением ряда участников в те далекие, столетней давности времена, когда играть подряд 30–40 (а то и 50–60!) партий считалось делом обыденным. Правда, шахматы были иными, а может, и шахматисты покрепче: все же никаких суррогатов в пище, никаких выбросов в атмосфере и стократ более размеренный образ жизни. И еще возвращением на одну ступеньку ниже: замена одних гроссмейстеров, буквально перед стартом отказавшихся, на других лишила чемпионат 17-й категории сложности и перевела в 16-ю. Впрочем, это как раз наименее важное: ожидаемая традиционная, свойственная только советско-российским первенствам жесткая борьба сохранилась.
На страницах «СС» вы могли проследить за ней. Наверное, многие пожимали плечами: стоило кому-то одержать одну-две яркие победы, как за ними следовала «месть» Каиссы: триумфатор незамедлительно оказывался «на щите», и, как правило, тоже «с треском». Нужны подтверждения? Вот только одно, вполне достаточное. Бареев громит Крамника и Морозевича, выходя на вторую позицию в пелотоне, и тут же проигрывает Дрееву. Побеждает дотоле непробиваемого Свидлера, а назавтра позволяет Мотылеву получить приз за лучшую партию.
И таких метаморфоз немало: это – лишнее доказательство, что в чемпионатах России заведомых «овечек», осужденных на заклание, нет. И, бог даст, никогда не будет.
Если бы не Кубок мира в Ханты-Мансийске, отодвинувший наш чемпионат к рубежу года, последним шахматным победителем в стране стал бы московский студент, международный мастер Борис Грачев: проведя сотни часов в Интернете, он выиграл десятки турниров, включая суперфинал, и завоевал Интернет-кубок России. Но «если бы» не считается, и последняя победа, не только в шахматах, досталась казанскому гроссмейстеру Сергею Рублевскому. По коэффициенту он числился седьмым, финишировал – с отрывом в очко – первым. Он – единственный, кто ни разу не останавливал часы в знак капитуляции.
– Сережа, счастлив рождением сына?
– (С улыбкой до ушей.) Еще бы! Есть Михаил Сергеевич! Еще не видел, но голос уже слышал – по телефону. Мой голос!
– А чемпионством?
– Даже и не мечтал. Если бы не эпопея в Ханты-Мансийске, еще можно было бы замахнуться, а так… Играл, просто играл и поверил в победу только за три тура до финиша. Но уже безоговорочно.
Вера пришла к Рублевскому после победы над Дмитрием Яковенко, в тот момент тоже претендовавшим на золотую медаль.
– Перед началом чемпионата намечал быть в тройке призеров и очень рад, что получилось. Удалось сыграть пару приличных партий. Каким видится будущее? Я учусь в аспирантуре, специальность – «экономика и финансы», но поскольку в банкиры меня никто не приглашает, а клерком быть не очень хочется, то, видимо, стану профессиональным шахматистом.
Петр Свидлер, четырехкратный чемпион России, поначалу захватил лидерство, но потом вдруг забуксовал. Что случилось?
– Пошла какая-то непонятная полоса. Перестал угадывать дебюты, в двух партиях со мной белыми шли на массовые размены. Стало как-то противно играть… Да потом еще приятель Бареев хорошо меня обыграл. Что ж, впереди Линарес.
Еще до завершения турнира ФИДЕ опубликовала рейтинг-лист сильнейших гроссмейстеров мира. Чемпионат России его заметно подкорректировал. Александр Морозевич с 11-го места вновь ворвался в первую десятку – на 7-е. Рублевский с 40-го переместился на 25-е. На 8-е отступил Крамник, на 5-м теперь Свидлер. И еще в десятке – Александр Грищук. Не так плохо, а?