Николай Крыленко

Николай Васильевич Крыленко родился в 1885 году в Смоленской губернии, куда его отец был сослан за незаконную политическую деятельность. Закончил историко-филологический факультет Петербургского университета и юридический факультет Харьковского университета (экстерном). Член партии большевиков с 1904 года. Входил в близкий круг соратников Ленина, сотрудничал с «Правдой», вел партийную агитацию, был правовым консультантом думской фракции большевиков. Побывал в тюрьме, в ссылке, в эмиграции.

В 1917 году — один из организаторов вооруженного восстания в Петрограде. Вошел в первое Советское правительство: Крыленко — первый советский Народный комиссар по военным делам и до марта 1918 — Верховный главнокомандующий. С 1918 года в Наркомате юстиции, замнаркома и старший помощник прокурора РСФСР. Профессор права МГУ, автор более 100 научных работ. В 1929–1931 гг. — прокурор РСФСР, с 1931 — нарком юстиции РСФСР, с 1936 — первый нарком юстиции СССР.

Политический авторитет Н. В. Крыленко, его связи в высших эшелонах власти и его увлечение шахматами (среди партнеров — В. И. Ленин, М. И. Калинин, М. В. Фрунзе) стали решающими при его избрании на Всесоюзном шахматном съезде в августе 1924 года на должность председателя Всесоюзной шахматной секции при Высшем совете физической культуры ВЦИК. «Это был человек принципиальный, интересы советского народа были для него превыше всего, — вспоминал М. Ботвинник. — Людей, как говорится, видел насквозь — его обмануть было трудно. Придя к руководству шахматной организацией, он совершил своего рода революцию в советской шахматной жизни. Шахматы стали доступны всем трудящимся, в том числе и безусым юнцам» (Ботвинник имел в виду себя и свое поколение).

Именно Крыленко определил ведущие направления развития советских шахмат, спрессованные в лозунги: «Дорогу шахматам в рабочую среду» и «Шахматы — могучее оружие интеллектуальной культуры». Такая политика в развитии шахмат — инструмента культурной революции — обосновывала переход к государственному и профсоюзному финансированию шахмат, созданию поддерживаемой государством системы шахматного образования. По инициативе и при поддержке Крыленко началось издание массового журнала «64 — Шахматы и шашки в рабочем клубе» (1924–1935). В 1936 году он инициировал издание первой в мире шахматно-шашечной газеты «64» и стал ее главным редактором.

В 1925 году Крыленко добился государственной поддержки организации Международного шахматного турнира в Москве с привлечением ведущих мировых игроков и проведением широкой информационной кампании (вплоть до съемки шахматной кинокомедии). Всплеск интереса к шахматам оказался столь сильным, что период назвали «шахматной горячкой». Традиция была поддержана Вторым и Третьим московскими международными турнирами 1935 и 1936 годов. За время руководства Крыленко число только организованных шахматистов в СССР выросло от нескольких тысяч до почти миллиона человек.

Современники отзывались о Крыленко как о строгом и лаконичном руководителе, ценящем свое и чужое время, требовательном и одновременно готовым помогать энергичным и целеустремленным шахматистам и организаторам. П. А. Романовский вспоминал, что Крыленко требовал от шахматистов проявлять больше собственной инициативы. «Скажите, — спрашивал глава Всесоюзной шахсекции перворазрядника, вступающего в члены Клуба шахматного мастерства, — какую общественную работу Вы ведете в шахматной организации? — С удовольствием бы вел, но меня не привлекают. — Кто Вас должен привлекать? Не Вас должны привлекать, а Вы сами должны быть пропагандистом шахмат! Не можем Вас сейчас принять в члены клуба. Организуйте секцию у себя на работе. Приходите месяца через три». Перворазрядник не обиделся, пришел через три месяца, объединив на работе около двадцати любителей и организовав занятия с начинающими, — и был принят в члены клуба.

В подвале Наркомата юстиции, где работал Крыленко, разместился Клуб Наркомюста, при нем работал Центральный шахматный клуб. В кабинете Крыленко стоял шахматный столик, за которым он часто засиживался после 10–12-часового рабочего дня. Играл он, как вспоминал В. Д. Батуринский, «с большим увлечением, можно сказать, с азартом, и очень переживал свои неудачи. Однако он сердился, если замечал, что соперник из уважения к нему или из подобострастия играет не в полную силу». Нарком мог ночами сидеть за анализом партий или решением задач и этюдов.

Н. В. Крыленко боролся за влияние в системе руководящих органов права с А. Я. Вышинским и его сторонниками, которые, как он считал, «грубо попирали социалистическую законность». 12 января 1938 года, когда на сессии Верховного Совета СССР решался вопрос о новом составе правительства, партийный глава Азербайджана М. Д. Багиров заявил в своей речи: «Вопросами Наркомюста тов. Крыленко занимается между прочим. Если раньше тов. Крыленко большую часть своего времени уделял туризму и альпинизму, то теперь отдает свое время шахматной игре. Я большой сторонник максимального развития всех видов спорта в нашей стране, в том числе, и туризма, и альпинизма, и шахмат. Но я никак не могу согласиться с малейшим ослаблением руководства и работы такого важнейшего Комиссариата, как Народный комиссариат юстиции. С кем мы имеем дело в лице тов. Крыленко — с альпинистом или с Наркомом юстиции? Не знаю, кем больше считает себя тов. Крыленко, но наркомюст он, бесспорно, плохой». Бумаги на арест Крыленко были готовы еще 15 декабря, но резолюцию «арестовать» нарком Ежов наложил по окончании Сессии, 31 января. В ночь на 1 февраля Крыленко был арестован, а 29 июня 1938 года расстрелян по обвинению в «контрреволюционной деятельности».

Через 17 лет, 10 августа 1955 года, Военная коллегия Верховного суда СССР отменила приговор и прекратила дело Крыленко «за отсутствием в его действиях состава преступления».