«За тылы и центр не беспокойся, а играй по краю – напрямик!..» «ССФ» материализовал мечту Сергея Карякина встретится за шахматной доской с игроками «Спартака»

...Проблема была ожидаемой: как набрать спартаковцев, умеющих переставлять фигуры? И раньше-то, в Союзе, когда в ходу был анекдот про трех сыновей (двое – умные, третий – футболист), шахматы среди мастеров кожаного мяча были не шибко популярны. На сборах обычно резались в шашки, картишки или на бильярде. А нынче дело совсем шах, то есть швах: компьютерные игры все прочие задвинули куда подальше…

Однако, движимый лозунгом «главное не результат, а участие», то бишь встреча со знаменитым фанатом (много ли среди них чемпионов мира?), клуб собрал-таки свою шахматную сборную. Из действующих игроков – капитан Сергей Паршивлюк, пребывающий на больничном, и четверка будущих мастеров из спартаковского интерната. Из ветеранов – легендарные Юрий Гаврилов, Сергей Шавло, Сергей Родионов и Андрей Пятницкий. От совета директоров – Сергей Михайлов. От прессы – корреспондент «ССФ»…

Уже за час до сеанса стоят на зеленом поле спартаковского манежа в ряд красные и белые столики, на досках – фигуры в боевом порядке. Журналисты гадают, сколько продлится мероприятие. Сходятся на том, что гроссмейстер разделается с соперниками за десяток минут.

«Ребята, – инструктирую интернатовцев. – Наш единственный шанс – украсть ладью, а лучше две». Как учил великий комбинатор. Сам тоже чувствую себя Бендером – в последний раз играл лет тридцать назад с главным инженером конторы, где работал кладовщиком, на бутылку пива.

Гроссмейстера привозит в манеж… мама. Нет, он, конечно, уже большой (22 года), умный, даже очень. Но рядом с мамой смотрится немного ребенком – несколько неуклюжий, в наглаженном костюме, с красным (а каким же еще!) галстуком. На днях гроссмейстер вернулся с шахматной Олимпиады (ни разу не проиграл, но сборная России осталась второй). Маме, как всякой нормальной маме, кажется, что, добывая медали для страны, сын недосыпал и недоедал, и теперь ее забота о Сереже не имеет границ – от кухни до манежа и так далее…

Знаменитые спартаковцы приходят по одному. Первым знакомится с гроссмейстером Юрий Гаврилов – спец по неожиданным ходам и вопросам. «Ну, все турниры выиграл? А вот партию за сколько… раз – и в дамки?»

– По-разному, – начинает объяснять Карякин. – Блиц – по пять минут на партию, быстрые шахматы – по 15 минут, классика – час…

– Э-э-э, нет, нам столько не надо! – обрывает Гаврилов. – Нам и пяти минут хватит! Ты готов?

– Я просто так не играю – только на деньги! – отмахивается Юрий Васильевич и быстро уходит. Тут же занимаю освободившееся место – собеседника.

– На самом деле считается, что шахматисты довольно хорошо играют в футбол, потому что не тупо бегают, а постоянно просчитывают комбинации. Поэтому когда мы играем в футбол с представителями других видов спорта, имеем небольшое преимущество и часто побеждаем.

– Это так. На сборах перед Олимпиадой в Стамбуле кроме всего прочего каждый день играли в футбол. Несколько человек даже получили травмы. Одна женщина-гроссмейстер после футбола начала ходить на костылях.

– Не хочу показывать, на палец наступили довольно серьезно…

– В классике партия может длиться до семи часов. А во время сеанса можно пройти несколько километров. Однажды я играл на двадцати досках. Когда кто-то проигрывал, тут же находилась замена. В итоге у меня было 75 соперников!

– Нет. Разве только считать допингом подсказки компьютера…

– Век технологий – некоторые как-то ухитряются.

– Во время турнира исключено. После – чуть-чуть (смеется).

– Во время Олимпиады в Стамбул как раз приехал «Спартак» на матч против «Фенербахче». Очень хотели с ребятами сходить, но главный тренер не отпустил. Болели в номере. Практически всей командой.

– Наверное. А слон – это такой… диагональный нападающий. Инсайд, кажется?

– И капитан…

– Тогда болел за «Таврию», а в 2009‑м переехал в Москву и стал спартаковцем. У меня все – по месту жительства (смеется).

Приезжает гендиректор Валерий Карпин. Можно начинать. Сначала краткие, как блиц, речи.

Михайлов: «Футбол – те же шахматы, только пространство другое, клеток нет. Если бы у нас было застолье, я бы произнес тост, чтобы шахматы давали футболу интеллект, а футбол шахматам – задор, бойцовские качества, интригу».

Главная футбольная интрига сейчас – выстоит ли «Спартак» на «Ноу Камп». Карякин: «Мой друг – гроссмейстер Борис Гельфанд болеет за «Барсу». Я с  ним поспорил, что «Спартак» победит. Очень на вас надеюсь, что не подведете!».

Карпин вручает Карякину красную майку с семеркой и фамилией гроссмейстера на спине: «Добро пожаловать в спартаковскую семью! А теперь – за шахматы!».

Карякин делает быстрый проход вдоль столиков – каждому жмет руку. Затем производит двойной, как эхо, звук: удар королевской пешкой по е4 и рукой – по кнопке часов. Обхватив головы руками, соперники проваливаются в тяжелые думы.

– Можно ли по регламенту под столом ногами пихаться? – спрашивает Гаврилов (говорю же, спец по вопросам!).

Делаем по второму ходу. Прибегает Андрей Пятницкий и со словами «разыграем сицилианскую защиту» становится одиннадцатым. Позже знающие люди скажут, что он разыграл, не подозревая того, не сицилианскую, а защиту какого-то Филидора.

– Это тебе не мяч гонять! – подгоняет впавшего в ступор Паршивлюка гендиректор.

– Вам мат! – долетает справа (и странное «спасибо» в ответ).

– Вам мат! – слышу уже ближе.

Секундомер щелкает секунды, как семечки. Слышу гавриловское: «Не надо, гроссмейстер! У меня все ходы сосчитаны».

Мой король давно (ходов эдак пять) не живет, а выживает: мечется от ударов справа и слева, заслоняясь подчиненными, попадающимися мне под руку. Я хватаю неприятельского ферзя и засовываю в карман. Становится стыдно, и я возвращаю его на доску.

– Еще держишься? – спрашивает кто-то. – Ну-ну…

– Постарайся сделать пат.

– Мат! – говорит мне Карякин.

Последним сдается Пятницкий, но это почетно – продержался дольше всех. Карпин в шутку обвиняет: «Специально пришел последним!».

– Вы, наверное, и не напрягались? – спрашивает Пятницкий, пожимая руку Карякину.

– Ну все-таки пришлось побегать туда-сюда…

Сенсация! Оказывается, гроссмейстер не всем сказал «вам мат» – трое самых дальних справа умудрились сыграть вничью! Родионов за ход до мата нашел гениальный выход – вечный шах. Отбились Михайлов (с божьей помощью) и Паршивлюк (с помощью Михайлова). Отличный результат! Обычно Карякин в сеансах допускает не больше 10% ничьих, а тут – почти тридцать.

– В принципе – да, не лезть на рожон.

– Есть осторожные игроки, кто-то лучше защищается, чем атакует. Но все-таки на высшем уровне игра вторым номером ни к чему хорошему не приводит.

Еще один подарок гроссмейстеру от «Спартака» – два удара с «точки». В воротах – легендарный форвард Сергей Родионов. Бить с больным пальцем, да еще в остроносых туфлях трудновато. Первый удар слабенький, но второй – почти в «девятку».

Снова интервью – телевидению.

– Подозрения были, но за руку никого не поймал…

Пока сына допрашивает ТВ, общаюсь с мамой, Татьяной.

– Очень нравился. Он даже как-то сказал, что будет футболистом. Серега и теннисом занимался, и гимнастикой. А в шахматы играть научился в пять лет. Сначала смотрел, как дома бабушки и дедушки играют, а потом сказал: «Мама, я без шахмат жить не могу!». Сразу повела его в симферопольский дворец пионеров. Мы и не думали, что получится так серьезно. Просто видели, что ему очень нравится. Обычно детки в таком возрасте сказки листают, картинки рассматривают, а он «решалочки» – мат в один ход, в два…

– У нас те же проблемы. Если бы не находили денег, Серега вполне мог шахматы забросить.

– Как переехали с Украины в Россию – да. Есть и спонсор, и стипендию получает.

– В шахматах в десятки раз меньше. Вообще это, наверное, самый малооплачиваемый вид спорта. В каком-нибудь керлинге платят больше…

«Ваш прогноз?» – доносится вопрос телевизионщиков все о том же – о матче в Барселоне.

– Главное – хорошо настроиться. Тогда всегда есть шансы, – отвечает Карякин. – Все в наших руках. Точнее, в ногах.

– Если «Спартак» выиграет, боюсь, Серегу будут приглашать сюда перед каждым ответственным матчем, – смеется мама Таня.