От шахматного трона до психиатрической клиники. История жизни первого чемпиона мира Вильгельма Стейница

В субботу в Сочи начался матч на первенство мира по шахматам между действующим чемпионом норвежцем Магнусом Карсленом и экс-чемпином индийцем Виши Анандом. Sovsport.ru решил, что пора вспомнить великих. Мы начинаем серию публикаций, посвященных всем чемпионам мира.

Сегодня наш рассказ о Вильгельме Стейнице. Он совершил революцию в шахматах, открыв и развив теорию о позиционной игре. И применил ее на практике, став первым чемпионом мира.

Учеба по боку – только шахматы!

Вольф Стейниц родился 14 мая 1836 года в еврейском квартале в Праге в семье портноого Йозефа-Саломона Стейница (Штайница).

Всего в семье от обоих браков отца было тринадцать детей: семь мальчиков и шесть девочек. В 12 лет Вольф увлекся шахматами, в нем быстро проявился талант.

В 1857 году Стейниц сменил имя на Вильгельм, а в следующем году поступил в Венский политехнический институт. Во время учебы Вильгельм зарабатывал на жизнь работой репортера и игрой на деньги в шахматы в популярном венском кафе «Куропатка». В 1858 году он был принят в Венское шахматное общество и в течение двух лет стал его чемпионом. Но к этому времени, после года обучения уже был отчислен из Политехнического института: он полностью переключился на шахматы и не сдал очередные экзамены. Затем Стейниц перебрался в Лондон, который тогда являлся мировой столицей шахмат: здесь функционировали несколько шахматных клубов и выходили шахматные издания. Первое время он зарабатывал на жизнь игрой на деньги в шахматы со случайными партнерами в ресторане Simpson’s Divan. В январе 1863 года Стейниц одержал уверенную победу (+7 −1 =2) в матче с Джозефом Генри Блэкберном, пожалуй, сильнейшим в то время шахматистом Британии. Потом выиграл еще несколько матчей у других местных мастеров. При этом часто давал своим соперникам фору – либо ход вперед, либо играл без пешки. Настолько превосходил в силе игры соперников.

Все шло к матчу между Стейницем и Адольфом Андерсеном. Он считался сильнейшим шахматистом мира после гениального американца Пола Морфи, которому проиграл матч. Но Морфи к тому времени совсем отошел от шахмат. И в 1866 году в Лондоне это матч до восьми побед был организован. В острейшей борьбе Стейниц вырвал победу -- 8:6. Примечательно, что в матче не было ни одной ничьей. Что совершенно невероятно для нашего времени. Такие вот были романтические времена.

Сам Стейниц и многие журналисты, историки шахмат, считают, что именно после победы над Андерсеном он впервые завоевал титул чемпиона мира, а не в 1886-м, когда победил в матче Цукерторта.

«Морфи вам дал бы пешку форы»

В конце 1866 года Стейниц в упорном матче победил английского шахматиста Генри Берда: +7 −5 =5. Обиженный Берд принизил силу игру Стейница и едко заметил, что Морфи мог бы давать Стейницу вперед пешку и ход. Эту фразу Вильгельм Берду не простил.

В ближайшие несколько лет Стейниц участвовал в нескольких турнирах в Европе и ни один не смог выиграть. А в 1870 году в Баден-Бадене занял второе место, отстав на пол-очка от Андерсена, которому проиграл обе партии. Такие неважные результаты заставили Стейница сделать переоценку подхода к шахматам.

«На турнирах в Париже (1867) и Баден-Бадене (1870) я рассчитывал взять 1-й приз, — вспоминал первый чемпион мира. — Не получив его, я пришел к выводу, что комбинационная игра, хотя и дает иногда красивые результаты, не в состоянии обеспечить прочного успеха. При тщательном изучении такого рода партий я обнаружил в них ряд дефектов. Многие удавшиеся жертвы оказались неправильными. Я пришел к убеждению, что атака имеет шансы на успех только тогда, когда позиция противника ослаблена. С тех пор мысль моя была направлена на то, чтобы найти простой и верный способ ослабления неприятельской позиции».

Так Стейниц стал апологетом позиционной игры и тем самым совершил революцию в шахматах. И это переосмысление отразилось на результатах. Следующее десятилетие прошло под знаком его убедительных побед.

Опередивший время

Это открытие Стейниц подтвердил на практике – за доской. Пока соперники искали, чтобы пожертвовать, Вильгельм методично расшатывал их позиции, создавал слабости, а потом за счет высокой техники доводил дело до победы. Это было откровение, тогда так не играл никто. Уверенные победы не заставили себя ждать: Стейниц выигрывал турнир за турниром, а затем разгромил в матче немецкого мастера Иоганна Цукерторта +7 −1 =4. Своего будущего соперника по титульному матчу. Однако неброскую, сухую игру Стейница публика не поняла и не приняла. Любителям нравились жертвы и комбинации.

В январе 1873 года Стейниц получил предложение стать редактором шахматного отдела в английском спортивном журнале «Филд». На следующие девять лет работа в журнале стала основным занятием Стейница и источником постоянного дохода. Он прекратил участие в серьезных соревнованиях, ограничившись только легкими партиями, сеансами одновременной игры. В качестве шахматного обозревателя стал ездить по крупным турнирам. В своих комментариях к партиям кроме конкретных вариантов, не только описывал общее течение игры и переломные моменты, что было в новинку для того времени, но и публиковал теоретические статьи. Он постоянно подчеркивал необходимость следовать принципам позиционной игры и критиковал коллег за чрезмерное увлечение комбинационной игрой. В одной из дискуссий с коллегами из берлинского шахматного журнала, по мнению своих работодателей, Стейниц перешел грань, за что был отстранен от работы в «Филд».

Гражданин Америки

В конце 1882 года Стейниц прибыл с турне в США. Он посетил многие города, где выступал с сеансами одновременной игры и лекциями. Но потом случилось то, что и привело в результате к матчу за шахматную корону через 4 года. Стейниц вернулся в Лондон, где решил сыграть в турнире, в котором участвовало большинство сильнейших шахматистов того времени. Турнир завершился триумфом Цукерторта (22 очка из 26), опередившего Стейница на три очка. Результат турнира ставил под сомнение притязания Стейница на мировое лидерство. Чтобы сохранить лицо, он вызвал Цукерторта на матч, но матч не состоялся: Цукерторт хотел играть в Лондоне, Стейниц не согласился.

В сентябре 1883 года Стейниц отправился в США, поселился в Нью-Йорке, а через пять лет получил американское гражданство. Там же он организовал новый шахматный журнал, в котором опять стал пропагандировать свою теорию позиционной игры.

В течение 1884-го и 1885 годов шли переговоры о матче между Стейницем и Цукертортом. Соглашение было подписано в конце 1885 года. В нём отдельно оговаривалось, что матч играется за звание чемпиона мира. Победителем объявлялся тот, кто первым выиграет десять партий. Игали в трех американских городах: Нью-Йорке, Сент-Луисе и Новом Орлеане. После пяти партий Цукерторт повел со счетом 4:1. Однако уже в девятой партии Стейниц догнал соперника, а затем матч уже полностью проходил под диктовку Стейница. Десятую победу он добыл в двадцатой партии и выиграл матч со счетом +10 −5 =5.

Второй чемпион мира, последователь Стейница Эммануил Ласкер писал через много лет: «Цукерторт верил в комбинацию, был одарен в этой области. Однако в большей части партий матча он не мог использовать свою силу, так как Стейниц, казалось, обладал даром предвидеть комбинацию задолго до ее появления и мог препятствовать ее осуществлению».

После победы Стейницу стали поступать предложения сыграть матч. Предложение Берда он отклонил – то уже давно не показывал достойных результатов в турнирах. Паульсен не смог обеспечить финансовые условия. Но один из меценатов Гаваны предложил ему сыграть с сильнейшим русским шахматистом Михаилом Чигориным. Интрига в том: что Чигорин не только был идеологическим противником (апологетом комбинационных шахмат) Стейница, но и имел положительный счет личных партий с ним. Матч из 20 партий прошел зимой 1888 года и завершился уверенной победой Стейница 11,5:6,5.

Одна на этом противостояние двух великих шахматистов не закончилось. Стейниц проиграл две партии Чигорину по телеграфу. Петербургский и гаванский шахматный клубы выдвинули предложение о новом матче. Избежать его чемпион мира не мог. Матч вновь состоялся в Гаване. Стейниц вел со счётом +9 −8. В 23-й партии Чигорин добился решающего перевеса, Стейниц в поисках контригры отдал фигуру, и здесь Чигорин допустил грубый просмотр, зевнув мат в два хода. Стейниц одержал десятую победу, закончив матч в свою пользу.

Выиграв второй матч у Чигорина, Стейниц заявил, что не планирует больше играть матчи. Однако когда гаванский клуб предложил организовать матч с молодой (26 лет, а Стейницу было уже 58) восходящей звездой Эммануилом Ласкером, он согласился.

Первая партия матча, игравшегося до десяти побед, прошла в Нью-Йорке 15 марта 1894 года, ее выиграл Ласкер. Потом соперники перебрались в Филадельфию, а завершили матч в Монреале, когда Ласкер одержал победу в 19-й партии (+10 – 5=4).

Психиатрическая клиника и нищета

Подготовку к реваншу Стейниц начал сразу же. Матч прошел в Москве с 7 ноября 1896 —14 января 1897. Однако Ласкер выиграл уверенно – 10 побед при 2 поражениях.

После матча у Стейница были обнаружены симптомы психического расстройства. На месяц он был помещен в психиатрическую клинику в Москве. В марте 1897 года он выписался из клиники и вернулся в США.

На лечение денег не хватало. Нью-Йоркский шахматный клуб объявил сбор средств, но этих денег оказалось недостаточно. Больной Стейниц вынужден был снова отправиться в Европу на заработки. На турнире в Вене (1898) он занял четвертое место, позади остались такие супермастера, как Тарраш, Пильсбери, Шлехтер, Мароци, Чигорин. Однако возраст и болезнь все-таки начали сказываться: на слабом турнире в Кельне он занял 5-е место, на турнире в Лондоне уже 10-е. И это был его последний турнир.

В 1899 году Стейниц вернулся в Нью-Йорк, где жил с женой и двумя детьми в глубокой нищете. 11 февраля 1900 года он был госпитализирован в психиатрическую больницу на Манхэттене. Ему чудилось, что из него исходит электрический ток, который передвигает шахматные фигуры по доске. В апреле его состояние улучшилось, и его выписали, однако вскоре его снова поместили в ту же больницу. 12 августа 1900 года Стейниц умер от сердечного приступа.

Первого чемпиона мира похоронили на кладбище в Бруклине, похороны оплатил Немецкий союз журналистов, в котором Стейниц состоял.