Александра Трусова: В 10 лет я прыгала все тройные, в 12 выучила четверной

С Сашей Трусовой мы встретились в «Хрустальном» – ледовом дворце на московской улице Профсоюзная. Именно отсюда одна за другой волшебным образом появляются невероятные спортсменки, которые выигрывают Олимпийские игры и чемпионаты мира, бьют мировые рекорды.

И еще они очень красивые. У Саши, например, коса не то что до пояса – намного длиннее!

– Когда я распускаю волосы, они достают до колен. Если заплести их в косу, то становятся немного короче. А на тренировках, конечно, всегда тугой пучок, вот как сейчас, – улыбается нам Александра при встрече.

– Вы – новая звезда Хрустального. После вашего невероятного проката на чемпионате мира с двумя четверными, сколько раз к вам приходили за интервью?
– Вы третьи. До вас были Первый канал и немецкая журналистка.

– Саша, вы помните то время, когда пришли в фигурное катание? Или на вас надели коньки в бессознательном возрасте?
– Нет, я все отлично помню. В четыре года родители подарили мне ролики. Я быстро научилась и не снимала их вообще – даже во время еды. Готова была в них спать. После этого мы решили, что с сентября надо пойти на каток. Но там все было по-другому. Первое время я без папы на лед не выходила. Потом мама с бабушкой целый год «охраняли» меня у бортика.

– Каким было ваше сегодняшнее утро? 
– Встала в 7.45, хотя могла позже, но я не люблю долго валяться в постели. Позавтракала, делала уроки. Потом пошла на каток – с 10 у нас была хореография. В 11.25 начался лед, до часу. А потом пришли вы.

– Пошла на каток означает, что вы живете рядом и у вас нет утомительных поездок через весь город по пробкам?
– Да, моя семья живет рядом. 10 минут ходьбы, и ты на катке.

– Ваша семья – это…
– Мама с папой и два младших брата.

– Неужели скоро у нас появится еще один Плющенко?
– Нет-нет! Младшему только три года, поэтому он пока не занимается ничем. Средний брат, которому восемь лет, занимается дзюдо, потому что наша папа дзюдоист.

– Папа тренер?
– Нет, у него свой бизнес, но вообще он мастер спорта по дзюдо, самбо и рукопашному бою.

– Родители переехали в Москву из Рязани из-за того, что ваша спортивная карьера пошла в гору?
– Во-первых, папа приехал из-за работы. И мне, конечно, нужно было переходить на более высокий уровень.

– Сразу пришли к Этери Георгиевне?
– Нет. Я тогда мало что умела. Мы пришли в Хрустальный, но к другому тренеру – Александру Сергеевичу Волкову. У него я выучила все тройные, и только потом перешла в группу к Тутберидзе.

Фото: Личная страница Александры ВКонтакте

– С какого возраста вы разучиваете прыжки?
– С четырех до пяти освоила все одинарные, потом постепенно разучила двойные. В каком возрасте это произошло, я уже и не помню.

– Все тройные когда стали прыгать?
– В 10 лет.

– Как родилась идея прыгать четверные?
– Я всегда хотела делать то, что не делает никто. Но сначала мы не думали о четверных – я хотела прыгнуть тройной аксель. Долго просила об этом Этери Георгиевну, и, наконец, она сказала: «Давай».

– Почему она откладывала?
– Ничего особенного, просто мы ждали, когда начнется период без соревнований.

– И как пошло?
– Аксель не получался, но тренеры при этом поняли другое: я могу попробовать четверные. Это было чуть больше года назад, тогда мне было 12. И мы начали учить четверной сальхов.

– Точную дату, когда он впервые получился, помните?
– Точную нет, но где-то в двадцатых числах апреля.

– Это же было грандиозное событие. Вы получили подарки?
– Да, родители подарили мне украшение – мишку на цепочке. Ношу его всегда.

– Сколько времени ушло, чтобы разучить этот сальхов?
– Сложно посчитать. Если приближались соревнования, то мы прекращали процесс, работали над основной программой. Потом снова брались за четверные. Но в общем, меньше двух месяцев.

– Докрут-недокрут – вы это чувствуете?
– Конечно. Если недокрут, то нога при приземлении выворачивается иначе. А если все в порядке – то как ехал, так и едешь дальше.

– Сальхов прыгнули, что было дальше?
– Отпуск. Мы поехали в Италию. Потом сборы, все постепенно восстановили. А в декабре стали работать над вторым четверным – тулупом.

– Еще полтора-два месяца?
– Нет, три дня. Было уже легче. Хоть это принципиально разные прыжки – один зубцовый, другой реберный, все же с сальховом у них много общего: с одной ноги переходишь на другую.

– А тройной аксель, из-за которого все закрутилось в прямом и переносном смысле, как поживает?
– Пока не очень. У меня даже тройной лутц лучше, а он сложнее.

– Тренер часто хвалит?
– За выступления на соревнованиях меня похвалили два раза – на гран-при Австралии и на чемпионате мира.

– Два раза? За все время? Не мало?
– Всегда есть над чем работать. И мы работаем, а не ждем, что нас кто-то похвалит.

– Опишите одним словом Этери Георгиевну.
– Сильная.

– Вы боитесь ее?
– Нет, не боюсь. Почему я ее должна бояться?

– Она же строгая.
– Так должно быть.

– Можно сказать, что после чемпионата мира вы проснулись знаменитой?
– Насчет знаменитой не знаю, но я почувствовала внимание. Написали много про меня. Было приятно.

– Почему решили включить в программу на чемпионат мира сразу два четверных? Вы бы и одним всех сразили.
– Просто в последнее время у меня не получался сальхов. А тулуп, как всем казалось, выходил лучше. Тренеры захотели поставить мне вместо сальхова тулуп, а я сказала, тогда уж давайте делать два. После выступления на Кубке России я спросила: «Мне с двумя ехать на мир»? Тренеры сказали: «С двумя».

Фото: Личная страница Александры ВКонтакте

– После чемпионата мира про вас писали не только восторженно. Некоторые взрослые считают, что четверные гробят вам здоровье, лишили вас детства и вообще вы бедный ребенок.
– Я не бедный ребенок. Меня никто не заставляет делать то, что я делаю. Наоборот, тренеры меня иногда останавливают: «Слишком много прыгаешь! Столько не надо!»

– А что говорит мама?
– Она не вмешивается – наблюдает со стороны.

– Родители не заставляют вас ходить на каток?
– Нет, конечно. Я хочу этого сама. И получаю от этого удовольствие. И детства меня тоже никто не лишал. Я делаю все то же, что и другие дети: катаюсь на велосипеде, хожу в кино, учусь в школе. Пусть за меня никто не беспокоится, у меня все хорошо.

– Травмы не беспокоят?
– Почему многие думают, что у меня обязательно должны быть травмы? Их не было и, надеюсь, не будет. Если все правильно делать – то травм можно избежать. Была только одна неприятная история в самом начале карьеры: девочка, которая каталась рядом, пробила мне коньком ногу. Мы слишком близко вращались.

– Как вы относитесь к словам «вырастет и у нее все развалится»?
– Не развалится, если продолжать так же работать.

– Родители и тренер не запрещают вам читать подобные тексты и комментарии?
– Они просят не обращать на это внимания, проходить мимо. Но иногда я открываю статью, дохожу до комментариев, и если начинается «не доживет, не допрыгает», сразу выхожу.

– Бывает, что вбиваете в поисковиках «Трусова» и смотрите, что нового про вас появилось.
– В youtube так делаю. Там много видео появляется. Ролик со своим выступлением на чемпионате мира я посмотрела раз пять уже.

– Как у вас дела с подписчиками в соцсетях?
– До чемпионата мира в инстаграме у меня было 20 тысяч. За «мир» прибавилось еще десять. Но сразу после этого мой аккаунт заблокировали, потом удалили, и восстановить его нельзя. Пришлось заводить новый.

Фото: Личная страница Александры ВКонтакте

– У многих фигуристов есть убийственные приемы для соперников, которые они применяют перед соревнованиями, чтобы создать психологическое преимущество. Что у вас заготовлено на этот случай? Какой самый насыщенный каскад, который вы исполняете на тренировках и разминках?
– На разминке перед соревнованиями я ничего такого не делаю. А вот на тренировках да, делаю каскад из тройных лутц-риттбергер-риттбергер-ойлер-сальхов-ойлер-сальхов-ойлер-сальхов. Но вы бы видели, как Алина Загитова делает подряд риттбергеры без ойлеров. Я даже не знаю, сколько подряд она их может сделать. Много!

– Вы тренируетесь в одной группе?
– Да, каждый день.

– А с Липницкой на катке пересекались?
– Когда я пришла в группу Тутберидзе, ее уже не было. Но вообще на катке я ее встречала, тогда я еще тренировалась у Волкова.

– В тот момент, когда Евгения Медведева завершила произвольную программу на Олимпиаде, но оценки еще не были объявлены, как вам казалось – кто победил: Женя или Алина?
– Это невозможно было понять, потому что и Женя и Алина выступили прекрасно. Я очень хотела, чтобы им обеим дали золотые медали.

– Вы завели будильник и смотрели это в прямом эфире или глянули днем, когда появилось время?
– Конечно, в прямом эфире, но будильник я не заводила – и без него встаю рано.

– Вы дружите с Загитовой и Медведевой? Или разница в возрасте мешает?
– Сначала боялась даже разговаривать с ними, но потом, когда они сами начали со мной общаться, мы подружились.

– Чем занимались в свободное время в Новогорске?
– Отдыхали. В основном с телефоном. А что еще? Телевизор? Нет, это неинтересно, у меня даже дома в комнате его нет.

– А что есть в комнате?
– Моя мебель и домик для моей любимой собаки Тины. Мне ее подарили за дупель, это двойной аксель. Собака моя – чихуахуа. Кило семьсот весит. А когда подарили, она весила 700 грамм, тогда ей было 2 месяца. Очень люблю ее наряжать. У нее такой гардероб! Когда бываю за границей, привожу ей новую одежду оттуда. Мама привозит для нее сумки. Это забавно очень!

Фото из личного архива Александры

– Как вы думаете, почему именно у вас получилось впервые сделать то, что никто в мире не смог. Что вам помогло?
– Трудолюбие.

– Трудолюбивых много. Не скромничайте – вы же суперталант.
– Об этом не мне судить. Просто надо хотеть – и тогда все получится.

– Над чем вы работаете сейчас?
– Следующая моя задача – сделать нормально лутц. Потом будем думать. Там останется риттбергер и флип. Флип – это практически то же самое что и лутц, только с другого ребра.

– Возможно ли набрать 100 баллов за технику?
– Конечно. Если прыгнуть красивее, чем я это делала. А если еще один прыжок добавить, тогда и говорить нечего.

– Не пугайте, вы и так набираете за технику больше, чем некоторые мужчины!
– Да, мы их догоняем. А когда изменят правила и в программе у них будет семь прыжков, как и у нас, – тогда догонять будет легче.

– О чем вы мечтаете?
– О победе на Олимпийских играх, о чем же еще?