Бонусы букмекеров
ТУРИН-2006. ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ
ПРЯМАЯ ЛИНИЯ
Поймать чемпионов после олимпийской победы – задача не из простых. За два дня, прошедшие с момента триумфа Татьяны Тотьмяниной и Максима Маринина в соревнованиях спортивных пар, они раздали два десятка интервью, снялись в шести телепрограммах и пять раз участвовали в различных чествованиях. Однако ребята нашли время, чтобы ответить на вопросы читателей «Советского спорта» с сайта нашей газеты. Корреспондент «СС» встретился с ними и их тренером Олегом Васильевым в международной зоне Олимпийской деревни.
КОРОТКАЯ ПРОГРАММА
ОБ ОЛИМПИЙСКОЙ ПОБЕДЕ
Ирина, бухгалтер компьютерной фирмы, 27 лет, Москва:
– Скажите, как вы провели ночь после победы? Вы хоть спали?
Т.Т.: – Когда я сдала тест на допинг, поехали в Русский дом. Там отмечали победу до пяти утра. К шести вернулись, легли спать. А через три с половиной часа уже поднялись – поехали на интервью. Ох, сколько их было! Даже в американском шоу «Доброе утро, Америка!» поучаствовали!
Саша, Рязань:
– Вы не устали?
М.М.: – Пусть Саша сам догадается . (Смеется.)
Наталья, Москва:
– Скажите, как вам удалось справиться с волнением перед решающим выступлением на Олимпиаде? Может, есть какая-то особая техника?
М.М.: – Не забывать дышать. (Смеется.)
Т.Т.: – На всех последних соревнованиях, когда мы застывали на льду перед исполнением программы, мы просто смотрели друг другу в глаза и пытались обмениваться положительными импульсами. А в Турине перед произвольной программой Олег (Васильев. – Прим. ред.) так уверенно сказал: «Не переживайте, все будет в порядке!», что волнение как рукой сняло.
Наталья, Волгоград, землячка Максима:
– Ребята, вы – такая красивая пара! И вот сбылась ваша самая красивая мечта. Скажите, а к чему теперь будете стремиться?
М.М.: – Сложный вопрос. (Смеется.) Пока собираемся наслаждаться плодами этой победы. А затем появятся новые цели. Для меня самая актуальная, наверное, – что-то решить для себя в личном плане, найти свою вторую половину. Правда, нам по-прежнему предстоит много перелетов, много разъездов, много работы, поэтому решить проблему с личной жизнью будет непросто.
Т.Т.: – На ближайшие полгода, до 16 августа, у нас уже все расписано. Времени не будет во-о-бще.
Сергей, 50 лет, Краснодар:
– Расскажите, чем занимаются ваши родители? Как часто вы с ними видитесь? Не забывайте их!
М.М.: – С родителями я вижусь редко. С лета прошлого года, наверное, не виделся. Мама не работает. Пыталась устроиться, но в ее возрасте уже трудно найти что-то подходящее. Папе год до пенсии остался, трудится на заводе «Баррикады» в Волгограде. На следующий день после победы я звонил и им, и Таниным родителям…
Т.Т. (перебивает): – Мамы наши плакали так, что в трубке ничего не было слышно. Я говорю: «Мама, не плачь, все закончилось!» А она снова плачет. Мама моя – администратор нашей пары. Папа у меня живет в Перми, с ним я последний раз, к сожалению, виделась года четыре назад. Надеюсь, скоро увидимся. У нас будет тур по России, и мы будем дважды выступать в Екатеринбурге. Очень хочу, чтобы он туда приехал.
– Когда, кстати, собираетесь вернуться в Россию?
М.М.: – Здесь мы до 25 февраля будем находиться. А 26-го у нас начинается тур. В Москву прилетим вечером 6 марта и выступим 7 и 10 марта. А в перерыве заедем в Питер. Там наше шоу запланировано на Международный женский день, 8-го числа.
О КИТАЙЦАХ
Екатерина, Москва:
– Что вы почувствовали в момент падения китаянки? Было ли чувство радости от осознания, что вы стали в этот миг золотыми призерами? Или было больше сочувствия?
Т.Т.: – Я была уверена в победе еще раньше – как только мы закончили свой прокат. Даже еще до выставления оценок. И когда упала китаянка, радости не было. Вообще не было сил на эмоции. Было лишь немного страшно за нее.
М.М.: – Это был их выбор – идти на этот четверной выброс. Они его не сделали ни разу ни на одних соревнованиях, и мы ни разу не видели, чтобы он у них получался на тренировках («И нет никакого желания видеть», – добавляет Таня). – Стоило ли так рисковать на Олимпиаде?
В этом разница в отношении к фигурному катанию у нас и у китайцев. Как говорит наш хореограф: «Если вы хотите увидеть акробатические трюки – идите в цирк». У нас не цирк. У нас – фигурное катание. Это не набор элементов, это – компоненты программы. Вы понимаете разницу? Сколько оборотов – это уже вторично. Прежде всего должна быть идея.
– У вас у самих не было никогда мысли попробовать четверной выброс?
Т.Т.: – Никогда. Мы еще несколько лет назад поняли: если мы катаемся чисто, нас никто не обойдет. Четверным выбросом или подкруткой наш вид не выиграешь.
Критик:
– О каком таком конфликте между Татьяной и китайскими спортсменами, занявшими второе место, говорили комментаторы? Почему Татьяна ограничилась сухим пожатием рук китайцам вместо обычного в таких случаях обнимания?
Т.Т.: – Почему? Я обняла китайцев. Третьих (Шень и Чжао. – Прим. ред.). А со вторыми (Чжан и Чжан. – Прим. ред.) у нас не то чтобы конфликт… В прошлом году на чемпионате мира на тренировке они меня просто пытались элегантно убрать. Партнер весом под 100 килограммов столкнулся со мной и потом еще за спину держался: вроде как я ему ее повредила. И в этот раз на разминке, едва я пыталась сделать какой-либо элемент, в меня летела его партнерша. Они, видите ли, тоже тренировались!
М.М.: – Кстати, они и с Шень – Чжао так поступали на тренировках.
Т.Т.: – Когда-нибудь они сами друг друга убьют. А мы с ними не ругались. Просто есть рамки, за которые нельзя выходить. Они выходят.
М.М.: – К этой паре у нас нет уважения. Но руки мы им пожали.
ПРОИЗВОЛЬНАЯ ПРОГРАММА
О ЛИЧНОМ
Кирилл, 21 год, Воскресенск:
– Скажите, где вы живете? Нравится ли вам там жить? Почему?
Т.Т.: – В самолетах (смеется). Там нам не очень нравится, потому что тесно и много народу. Если серьезно, то у нас пока два дома – в Питере и в Чикаго. Думаю, нам повезло: мы могли готовиться к Олимпиаде в Санкт-Петербурге, где были созданы все условия. Нужно больше льда – пожалуйста, нужно больше света – пожалуйста.
Настя, Москва:
– Вы ездите по всему миру. Скажите, чью кухню вы любите больше всего, а чью просто не перевариваете? И как вам та еда, что предлагают нынче итальянцы олимпийцам?
Т.Т.: – Для Олимпийской деревни еда не такая уж и плохая. Единственный минус – каждый день одно и то же. Это быстро надоедает. А вообще я люблю две кухни – мамину и японскую. Что мне не нравится… Даже не знаю. Учитывая мои последние проблемы с животом, я перестала есть острую пищу. То есть я ее люблю, но не могу употреблять. Нужно находить две недели для приема антибиотиков. Поскольку они содержат запрещенные вещества, до Олимпиады их принимать было никак нельзя. Зато теперь можно хоть каждый день допинг употреблять (смеется).
М.М.: – Я люблю русскую, японскую, французскую. Очень осторожно отношусь к мексиканской и индийской пище, хотя пробовал ее только в российских и европейских ресторанах. Не в оригинале, если так можно сказать.
Маша Серб, Челябинск:
– Скажите, на каких автомобилях вы ездите?
Т.Т.: – В каждой стране по-разному. В Питере у меня «БМВ». В Америке – «Мерседес».
М.М – В Америке ездил на «Хонде». Продал. В Питере ездил на метро. Еще не купил. Если честно, у меня в России прав нет. Я, когда уезжал в Чикаго, еще не умел водить машину. В Америке научился.
Т.Т.: – А я получила российские права только в мае. Максим уехал отдыхать, и я пошла сдавать экзамены.
Инесса Петрова, студентка из Дмитрова, 20 лет:
– Таня и Максим, а что вы подарили друг другу на последние дни рождения?
Т.Т.: – Я подарила Максиму новый чемодан. А то он в любую поездку, что на один день в Москву, что на три месяца в США, брал с собой один и тот же чемодан. Он был просто огромный! В итоге у Макса постоянно был перевес груза, и в аэропорту приходилось доплачивать пенни. В общем, чемодан я ему подарила в целях экономии (смеется).
М.М.: – А я перед Таниным днем рождения поступил по-американски. Купил карточку, которую потом можно отоваривать в модном магазине, и торжественно ее вручил. Подарочный сертификат. Это чтобы избежать ситуации, которая, помните, в «Масяне» была: «Зачем ты мне подарил эту лошадь?!» – «А ты зачем мне подарил набор отверток?!»
– Карточку уже отоварили?
Т.Т.: – Конечно! В тот же день! Купила пару джинсов и два платья. Так что подарок оказался просто шикарным.
Динчик, Пермь:
– Вы на горных лыжах катаетесь? И вообще где вы отдыхаете, где предпочитаете проводить отпуск?
Т.Т.: – На горных лыжах пока не каталась. Это травмоопасно, особенно с моими коленями, поэтому до окончания любительской карьеры рисковать не хотелось. Но на следующий год уже запланирован отдых во Франции, на горнолыжном курорте. Там и попробую, что это такое. А отдыхать я люблю в Европе, в тех местах, где тепло. И еще мечтаю съездить в Дубай. Правда, не так сильно, как Остап Бендер рвался в Рио-де-Жанейро.
М.М.: – Я люблю отдых, в ходе которого можно узнать что-то новое. Но, если честно, за время спортивной карьеры поглядеть удалось немного. Помню, в Турции произвели впечатление развалины времен Римской империи. Езжу в основном один. Что касается горных лыж, то пока тоже не катался. Но есть планы. Сначала горные лыжи попробовать, потом – сноуборд.
О ЖИЗНИ В СПОРТЕ
LULIKA:
– Как вы смогли снова выйти на лед после того, как Таня так ужасно упала в 2004 году? Это же уму непостижимо!
Т.Т.: – Американские репортеры с этим вопросом подходят чуть ли не каждый день. Мы уже даже устали отвечать. Я поначалу даже не понимала, что произошло. Очнулась в больнице, на ногах – массажный аппарат, чтобы кровоснабжение не прекращалось. На левой руке – капельница. Повернуться нельзя, голова раскалывается. Но первый вопрос – тренеру: «А мы на Cup of Russia едем?» До него две недели было. Олег (Васильев, тренер и гражданский муж Татьяны. – Прим. ред.) так уклончиво отвечает: «Давай поживем, посмотрим… Надо из больницы сначала выписаться…»
Вскоре настало время умываться, я встала и увидела свое отражение в зеркале. Это был шок! Синяк, наверное, на пол-лица! Вот тогда-то я по-настоящему и испугалась! «Да, – думаю, – пожалуй, я эти две недели буду дома сидеть, носа на улицу не покажу!»
М.М.: – Да, меня тоже часто спрашивают, снятся ли мне после этого кошмары. Так вот, чтобы не снились, я стараюсь об этом не вспоминать. Все хорошо, что хорошо кончается. По счастью, Таня сейчас жива и здорова.
Камилла, Копенгаген:
– Ребята, а вам не жалко Машу Петрову и Алексея Тихонова? Они тоже такая хорошая пара, а не везет им… Кстати, вы с ними дружите?
М.М.: – Отношения у нас хорошие, хотя мы не друзья. А насчет везения…
Т.Т.: – Им повезло в самом начале карьеры. Они всего около года катались и выиграли чемпионат Европы, потом чемпионами мира стали. Мы в тот момент как раз их поддерживали, если можно так сказать, подпирали. На самом деле, мы их очень уважаем. Столько лет кататься, бороться, занимать призовые места... Они молодцы! Если хватает у них сил и здоровья, пусть катаются еще и еще.
– Вы употребили слово «поддерживали». Не секрет, что в фигурном катании принято «разменивать» спортсменов. Вторые или третьи пары соглашаются опуститься пониже ради того, чтобы поднять лидеров. Каково выходить на лед, зная, что у вас нет шансов подняться на пьедестал, даже несмотря на блестящее катание? В Солт-Лейк-Сити четыре года назад, в отличие от тогдашних лидеров Бережной и Сихарулидзе, вы откатались без ошибок, но в призеры не попали…
Т.Т.: – Я, кстати, не считаю, что нас тогда засудили. Мы были молодыми, выступили достойно, заняли четвертое место. Когда в стране существуют не один и не два, а три спортсмена или дуэта, то «продается» обычно последний, если это необходимо, если нет стопроцентной уверенности в первой паре. Но не думаю, что здесь, в Турине, кем-то пришлось жертвовать ради нас – наш отрыв от конкурентов и без того был приличным. К тому же чаще всего такие «размены» приняты в танцах. У них не разобрать, кто лучше: все красивые, все с макияжем, в элегантных костюмах… Там и есть «большая политика». Но когда выходишь на лед, то обо всем этом не думаешь.
М.М.: – Так или иначе, все нужно заслужить. Все через это проходят. Сначала ты работаешь на имя, потом оно – на тебя.
...И ПОСЛЕ СПОРТА
Евгений, Невинномысск:
– Есть ли в резерве нашей сборной спортивная пара, которая достойно займет ваше место в следующем олимпийском цикле? Или таковой пока нет?
Т.Т.: – Думаю, на настоящий момент таковой пары пока нет. Но есть, наверное, три российских дуэта, которые способны стать мировыми лидерами. Для этого нужны две вещи: чтобы они не ленились работать и чтобы они попали в хорошие руки (с улыбкой смотрит на Олега Васильева).
Dinamo:
– Уважаемые фигуристы, почему вы уходите из любительского катания? Есть ли хоть какой-нибудь шанс, что вы останетесь еще на четыре года?
Т.Т. (эмоционально): – Нет, нет и нет! (Смеется.) Это значит, что уже сейчас нам нужно начинать снова работать. Никакого отдыха! Вы знаете, буквально пару дней назад я осознала: с января 2004 года мы не проиграли ни одних соревнований! И все спрашивают, хотим ли мы еще! Хватит уже, наверное. (Улыбается.)
М.М.: – Все время быть первыми тоже нелегко. Это отнимает столько энергии и нервов…
– Кому последний раз проиграли?
Т.Т.: – Китайцам. Но не основным (Сю Шень – Хонбо Чжао. – Прим. ред.), а тем, которые в Турине второе место заняли (Дань Чжан – Хао Чжан. – Прим. ред.). Перед этим мы как раз обыграли основных, а потом Максим заболел.
М.М.: – Подхватил где-то стоматит. Лежал с температурой тридцать восемь вплоть до самых соревнований.
Т.Т.: – На короткую программу нас хватило, а в произвольной мы та-а-ак летали! Как фанера над Парижем!
М.М.: – Дело, кстати, действительно в Париже было. Я таким белым, как тогда, не был, наверное, никогда в жизни.
Слава:
– А почему нельзя выступать на Олимпиадах после ухода из любителей?
Т.Т.: – На этот вопрос вам, наверное, наш тренер правильно ответит.
Олег Васильев (удивленно): – Я? Правильно? Хм-м… С середины 1990-х годов есть четкая грань между любителями и профессионалами. Стоит потерять любительский статус, и ты не имеешь права участвовать в Олимпиадах, чемпионатах Европы, мира… Сделано это для того, чтобы как можно дольше задержать сильнейших в любительском спорте.
Но здесь есть один интересный момент: любительский статус ты теряешь, только если участвуешь в профессиональных состязаниях. Профессиональные шоу, которые у Тани и Максима уже запланированы на полгода вперед, здесь не учитываются.
– То есть пока Таня и Максим не примут участия в профессиональных соревнованиях, у них есть шанс вернуться?
О.В.: – Теоретически – да.
– Вы сейчас обрадовали миллионы поклонников фигурного катания! Тогда последний вопрос от Алекса: выдали ли вам в итоге деньги, причитающиеся на подготовку к Играм? Ведь их обещали еще год назад! И на что вы потратите деньги, которые полагаются за победу на Олимпиаде?
О.В.: – Да, деньги на подготовку выдали. За десять дней до приезда в Турин. Правда, за год этот грант почему-то уменьшился в два раза…
Т.Т.: – Что нам полагается за победу, мы не знаем. Не слышали даже приблизительных цифр. А куда их потратить, найдем. Напишите, что на жизнь.
М.М.: – Помните, как говорил почтальон Печкин: «Жизнь-то у нас только начинается!».