«Удивляю друзей разными фразами и слышу: ты же фигуристка, откуда это знаешь?!»

– Да, в первую очередь, мы с Димой продолжаем кататься, – заверила Боброва. – Думаем над новыми элементами, новыми программами. Может быть, не в таком активном режиме, как раньше, но работаем. Нам сейчас очень непросто. Меня поддерживают и тренеры, и спортсмены из нашей группы, и, естественно, партнер. И я поддерживаю партнера. Даже относительно той ситуации, когда у Димы была травма, все, что происходит сейчас, немножко другое. Мне сложнее, но мы стараемся не вешать нос. Хотя неопределенность очень неприятная. Не понятно: то ли нам продолжать тренироваться и ставить программы, рассчитывая, что будем продолжать кататься, то ли уходить в шоу, то ли продолжать учиться… Морально настроиться на работу сложно. Но мы все равно продолжаем, у нас есть интересные идеи, которые мы пытаемся воплотить в жизнь. Понимаем, что конкуренция огромная, но мы хотим прорываться на лидирующие позиции.

– Программы соревновательные?
– Конечно. Если вдруг повезет, и нам, например, в июле скажут, что мы сможем продолжить с Димой кататься, то к этому моменту у нас уже должны быть поставлены новые программы. Ставятся они как раз в апреле-мае. Нам нужно быть готовыми, поэтому стараемся собраться и работать на следующий сезон. 

– Сегодня утром Виталий Мутко заявил, что с мельдонием мы разберемся, и что в ближайшее время он надеется получить хорошие новости. Есть ли какие-нибудь хорошие новости у вас?
– Видимо, мне стоит позвонить Виталию Леонтьевичу и спросить, что это за хорошие новости, потому что пока я о них не знаю. Видимо, если он так говорит, то у него есть какая-то информация, которую мне рано слышать. Пока до меня новости не доходили.

– Ваш тренер Александр Жулин во время чемпионата мира в интервью Sovsport.ru сообщил, что первоначальные данные о высокой концентрации мельдония в вашей допинг-пробе не подтвердились, и содержание этого препарата, на самом деле, было маленьким.
– Сейчас сложно о чем-либо говорить. Первоначально у нас действительно было предположение, что концентрация была большая. Сейчас предполагаем, что концентрация была маленькая, но пока не будем знать это точно, то есть иметь на руках бумагу с подписью врачей, что это действительно так, официальных заявлений делать не можем. Ситуация вокруг мельдония постоянно меняется, и ни в чем уверенным быть нельзя. Мы работаем над тем, чтобы точно выяснить, что это было, и, грубо говоря, как с этим бороться.

– Узнал, что пока ожидание продолжается, вы пробуете себя в других областях деятельности – в частности, поступили в Академию кино и актерского мастерства.
– Сразу хочу подчеркнуть, что все, чем я сейчас занимаюсь, никак не мешает тренировкам. Если какие-либо курсы или лекции попадают на время тренировок, то я, естественно, выбираю тренировки, это для меня главное. А по вечерам у меня есть свободное время, которое я посвящаю, в частности, курсам актерского мастерства. Еще я побывала на семинарах для сценаристов. Причем, когда меня туда пригласили, я не знала, что это именно семинары для сценаристов, но мне все равно там было очень интересно. Мне хочется развиваться с разных сторон. Я даже там выполнила задание – придумала историю по первоначальному заданию мастера, который дал вводные данные. Когда прочитала эту историю, всем очень понравилось, как я ее обыграла с актерской точки зрения, но когда сказали «для первого раза неплохо», я сразу поняла, что это наверное, все-таки, не мое (смеется). Опыт для меня был очень интересный, но я продолжаю ходить на курсы актерского мастерства. Это мне поможет и в том случае, если мы продолжим кататься.

– Предложений сняться в фильме или сериале пока не поступало?
– Пока нет, но если поступят, я над ними, конечно, буду думать. Одно дело – строить планы на будущее, а другое – иметь на руках конкретный договор, который бы означал, что я действительно могу этим заниматься. Конечно, я не побегу за этими контрактами, если мне их предложат, не зная решения относительно фигурного катания, в этом смысле я нахожусь в подвешенном состоянии. Но я продолжаю рассматривать различные варианты того, чем бы я могла заниматься в дальнейшем. Еще хожу на курсы Moscow Business School, хочу получить степень MBA. Моя направленность – спортивный менеджмент. То есть то, что мне всегда будет интересно. Учиться непросто: в бизнесе, в политике, в экономике я не понимаю ничего, но мне от этого только интереснее, так как я изучаю что-то для себя новое. Ну и есть люди, которые во всем этом разбираются и мне помогают. Зато в разговорах с друзьями я могу удивить какими-нибудь новыми фразами, после чего меня спрашивают: «Ты же фигуристка, откуда ты это знаешь?» Иногда получается очень смешно.

– Каждый день, выходит, чем-то полностью занят?
– Стараюсь распределять себя. Конечно, больше я сижу за компьютером и выполняю какие-либо задания, но у меня есть еще лекции.  Если раньше я тренировалась, а вечером отдыхала, чтобы накопить силы на следующую тренировку, то сейчас после тренировки в один день я хожу на одни курсы, в другой – на другие. Недавно, например, прослушала лекции на тему «Основные управленческие качества». Это было очень интересно,  я сразу многое, что говорилось о бизнесе, перенесла на фигурное катание – то есть на тренерскую работу, работу в федерации. Думаю, всем было полезно сходить на такие лекции.

– Удалось посмотреть чемпионат мира?
– Да, конечно, причем во всех видах: меня пригласили как эксперта на «Матч ТВ», я еще и журналистом, как видите, побыла. Да и в целом было интересно, как распределятся силы, потому что сезон был неровный, кто-то катался лучше в его начале, а кто-то в конце.

– Если касаться танцев – фанаткой чемпионов мира французов Габриэллы Пападакис и Гийома Сизерона случайно не стали?
– Нет, фанатизма к каким-либо парам у меня нет, я смотрю скорее с профессиональной точки зрения: что у кого лучше получается. Подмечаю то, в чем нам нужно подрасти. А расти, конечно, нам есть куда, потолок у нас с Димой, можно сказать, еще не виден. Если же говорить о личных предпочтениях, то я переживала за канадцев Кейтлин Уивер и Эндрю Поже. С юниорского возраста мы с ними соревнуемся, они очень хорошие ребята. У них такая судьба в спорте, что они всегда буквально в шаге от первого места, постоянно им чего-то не хватает, и я очень хотела, чтобы на чемпионате мира у них все получилось. Опять им чуть-чуть не хватило для того, чтобы подняться на пьедестал. Но я уверена, что они свое покажут.

– Прочитал слова Жулина о том, что вы бы, скорее всего, боролись на чемпионате мира за пятые-шестые места. Согласны с ним, или все-таки трудно заочно оценить свои силы?
– Естественно, трудно, потому что мы не можем сравнивать оценки, которые получали на одних соревнованиях, с оценками, которые люди получают на других соревнованиях. Абсолютно разное судейство, в Америке американцам стены помогают, есть и другие факторы… Конечно, мы готовились к чемпионату мира, выступить, к сожалению, не смогли, но если Александр Вячеславович так говорит, значит, это правда. Слушайте Александра Вячеславовича! Все-таки мы, когда готовимся к соревнованиям, подсознательно думаем о каких-то местах, но стараемся эти мысли отбрасывать, потому что наша задача – выйти и хорошо откатать свою программу. По возможности, чтобы нельзя было ни к чему придраться. Хотя, конечно, могут и придраться, и в итоге пары, которые претендуют на одни места, оказываются на других.

– Скажите, на ваш взгляд, французы – это надолго, или все может все измениться?
– Сложно сказать. Танцы на льду такой опасный вид фигурного катания. Ничто не вечно, и многое может меняться. Наконец, случаются травмы. После Олимпийских игр мы с Димой надеялись войти в следующий сезон лидерами, а в итоге вообще его пропустили. В первой половине сезона все хотели увидеть французов, а они не выступали – Габриэлла получила травму. В канадской паре партнерша в свое время ломала ногу. Мы очень сильно зависим от многих вещей. Поэтому просто пожелаю всем здоровья, пусть все катаются, а там будет видно. 

– Не могу не задать еще один вопрос. Ходят слухи, что вы теперь невеста. Это правда?
– Знаете, у меня вообще в жизни происходит много очень хороших и важных изменений, обязательно чуть позже о них расскажу – не обо всем же сразу!