После первого выхода Камилу Валиеву в социальных сетях песочат так, как не песочили даже в разгар допингового скандала. И проблема здесь не в политике, а в продукте, который нам продают под видом «возвращения легенды».

На льду петербургской «СКА Арены» 21 марта произошло то, чего ждали и одновременно боялись: возвращение Камилы Валиевой в соревновательный ритм. Тема «Утомлённых солнцем» сама по себе тяжеловесна и требует филигранной точности, но то, что увидели зрители, больше напоминало не осознанный камбэк легенды, а попытку примерить чужой, плохо подогнанный костюм. Кстати, о костюме чуть позже.

Постановка под легендарную музыку «Утомлённые солнцем» должна была стать манифестом новой Валиевой, но на деле обнажила главную проблему перехода к Светлане Соколовской — утрату того самого «хрустального» лоска, который делал Камилу недосягаемой. В системе Этери Тутберидзе каждое движение Валиевой было выверено до миллиметра, каждый жест Даниила Глейхенгауза работал на раскрытие её природной пластики.

Первое, что бросило вызов эстетическому чувству зрителя, — это костюм. В «Хрустальном» над образами Камилы работали лучшие художники, создавая шедевры, которые подчёркивали её линии. В ЦСКА же мы увидели нечто, вызвавшее шквал критики: «Цвет выглядит очень дёшево», — это самое мягкое, что пишут фанаты. Платье не просто «не идёт», оно визуально «приземляет» фигуристку, лишая её той самой эльфийской лёгкости.

Но костюм — лишь верхушка айсберга. Хореография в программе «Утомлённые солнцем» — это хаос беспорядочных движений, в которых нет ни мысли, ни балета. «Мне не понравилась хореография, дёрганые движения рук...» — пишут те, кто ещё помнит «Болеро» или «In Memoriam». Валиева всегда славилась своей «бесконечной» рукой, но в постановке Соколовской (или того, кто эту программу создавал) па стали суетливыми и мелкими. Это больше не искусство, это попытка заполнить пустоту в отсутствие формы.