Федорченко и Михайлов – наша новая сила в фигурном катании. Ришо стоит беспокоиться?

25 сентября на Мемориале Ондрея Непелы в Братиславе Семененко выиграл короткую программу. 101,16 балла — лучший международный результат в его карьере. Позади остались итальянец Даниэль Грассль, набравший 99,10, и олимпийский чемпион Михаил Шайдоров с 95,98. Это пока победа в одном виде, а не на всём турнире: произвольная впереди. Но уже ясно, почему после проката заговорили о Евгении. Он чисто исполнил все технические элементы программы, а главное — сохранил образ до последнего движения.

В Братиславе Дракула не исчезал между прыжками. Пауза, поворот головы, ускорение перед музыкальным акцентом работали на одну историю. Четверные дали высокую оценку за технику, но благодаря филигранной работе Никиты Михайлова помогла запомниться хореография. После проката Семененко сказал, что старался «доделывать все элементы программы». Это точное описание выступления: не отдельные эффектные кадры, а собранный номер.

Контраст с началом месяца разителен. На японском Kinoshita Group Cup короткая не получилась: ошибка на каскаде, падение и 74,41 балла. Разницу в баллах нельзя приписывать одной постановке: решающую роль сыграли чистые четверные. Но программа дала техническому успеху уникальный голос.

У этой истории есть любопытное начало. Семененко готовил к сезону другую короткую — по мотивам «Аватара», и её тоже ставил Михайлов. Когда стало ясно, что Евгений сможет выступать на международных турнирах, команда задумалась, прочитают ли зрители за пределами России отсылки к сериалу. Идею Дракулы предложил Алексей Мишин. Новую программу поставили лишь в двадцатых числах июля, когда летняя работа уже шла полным ходом.

Перед постановкой Семененко, Мишин, Татьяна Прокофьева и Михайлов вместе посмотрели экранизацию «Дракулы» 2025 года. Евгений отмечал музыку Дэнни Эльфмана в фильме. В соревновательной короткой при этом звучит Войцех Килар: музыку и просмотренный командой фильм не следует смешивать. Из общего впечатления родился сценический герой, которому не нужно изображать вампира каждую секунду. Он притягивает взгляд сменой настроения — от холодной сдержанности до резкого всплеска.

Здесь и видна рука постановщика. Семененко не прерывает катание ради жеста, рассчитанного на трибуны: движения вырастают из музыки. Особенно выразительна дорожка шагов, где ритм становится виден даже тому, кто не различит рёбер конька. Перед контрольными прокатами Евгений называл дорожку любимой частью программы. После Токио номер ещё доводили вместе с командой. Московский показ и братиславский старт дали увидеть результат: образ стал яснее, почти каждый переход теперь на своём месте. Это не значит, что до конца сезона программа останется неизменной.

Этот сентябрь принёс ещё один сильный довод в пользу российских постановщиков. Артём Федорченко сделал новую произвольную Аделии Петросян под музыку из «Игры престолов». Фигуристка вышла в образе Арьи Старк. В откликах после контрольных прокатов отмечали скорость дорожки, детали и то, что персонаж угадывается с первых движений. Сам прокат Аделии был далёк от идеального по технике, но саму программу, образ и костюм уже высоко оценили эксперты.  

Федорченко рассказывал, что искал музыку после разговора с Петросян о желаемом образе. Аделия не соглашалась упрощать движения, если что-то не получалось сразу. Такой диалог важнее набора эффектов, перенесённого с одного спортсмена на другого. Тот же хореограф поставил Софии Дзепке произвольную под «Матрицу». В августе юниорка выиграла этап Гран-при в Сиане, а затем и в Бангкоке. Победу принесло её катание, а самобытная пластика Федорченко помогла показать характер.

Есть и другие имена. Сергей Плишкин работал с танцевальной парой Анна Щербакова и Егор Гончаров, побеждавшей на юниорском первенстве России. Поставленная им программа грузинской пары Анастасии Метёлкиной и Луки Берулавы попала в список претендентов на премию ISU за зрелищность. Российский хореограф получил признание за пределами страны и в другой дисциплине.

Одна из самых смелых находок новых прокатов принадлежит связке поколений. В произвольной Марка Кондратюка ноктюрн Шопена встречается с Gangsta’s Paradise. Музыкальную идею предложил тот же Никита Михайлов, постановкой занималась опытная Анжелика Крылова. Резкий поворот от фортепиано к тяжёлому ритму мог расколоть программу пополам. Марк соединяет две части собственным характером: меняется музыка — и будто меняется сила, которая ведёт его по льду. Хочется увидеть, как он выдержит напряжение настоящего международного старта. Пока такой возможности у Кондратюка нет. В сентябре ISU лишил его нейтрального статуса, не назвав публично конкретных причин.

Зарубежные звёзды постановочного цеха Бенуа Ришо и Ше-Линн Бурн заслужили репутацию делом. Ришо дважды получал награду ISU как лучший хореограф — в 2024 и 2026 годах, Бурн удостаивалась её в 2020 и 2023-м. Они умеют видеть характер спортсмена, находить неожиданные решения, работать на уровне сильнейших сборных. Отмахиваться от их достижений было бы нечестно. Вопрос в другом: почему известная фамилия порой заранее считается гарантией выдающейся программы, а российскому новичку сперва предлагают доказать право на доверие?

Масштаб работы Ришо впечатляет: только на Олимпиаде в Милане у него было 27 программ для спортсменов из разных стран. Востребованность говорит о классе и о нагрузке. При таком количестве заказов выше риск повторить удачный жест или привычный способ подвести музыку к финалу. Даже большой мастер не способен всякий раз изобретать новую форму, а известная фамилия не даёт фигуристу автоматической победы. У Бурн иной почерк, но и её работы надо оценивать по прокату, а не по подписи под эскизом.

Любопытно, что у самого Семененко в нынешнем сезоне есть возможность такого сравнения. Его произвольную «Граф Монте-Кристо» поставил Ришо. Евгений благодарил француза и подробно рассказывал, как они развивали задумку на сборах. Короткую создал Михайлов. Эти работы не соревнуются на равных по длительности и техническим требованиям, поэтому объявлять одного хореографа победителем по баллам нельзя. Зато можно увидеть простую вещь: запоминающуюся историю для фигуриста способен придумать и автор без международной очереди из заказчиков. Братислава дала этому наблюдению убедительное продолжение.

С известным постановщиком проще привлечь внимание ещё до первого проката. Но сильную программу собирают на тренировках, поправляют после ошибок, сверяют с дыханием спортсмена. Молодые российские хореографы часто находятся рядом именно в эти моменты. Они видят не только видео удачного выступления, но и работу, из которой оно вырастает.

У Михайлова, Федорченко, Плишкина горят глаза. У них есть идеи и желание доказать, что их работы могут жить на любой арене. Одного энтузиазма недостаточно: нужны опыт, разговор с тренером и терпение, когда первая версия не удалась. «Дракула» прошёл через неудачу в Токио и расцвёл в Братиславе. Хороший повод дать молодым постановщикам больше серьёзной работы и судить их по тому, что они создают на льду, а не по узнаваемости фамилии.