«Зенит»: бег на месте. Кто нужен команде

7 октября 2017 года поделило жизнь клуба на «до» и «после». Уход из жизни Сарсании отправил «Зенита» в затяжной нокаут. Масштаб влияния спортивного директора был безграничным: за несколько месяцев клуб и Сарсания стали тождественными понятиями. Все ключевые спортивные решения, от кадровых перестановок в Академии до дальнейших селекционных приоритетов были завязаны на Константине Сергеевиче.

Кстати, он был против приглашения Роберто Манчини и убеждал коллег, что задачу выиграть все здесь и сейчас тот же Дик Адвокат решит быстрее и надежнее. Но идея «фикс» нового старого президента (Фурсенко приглашал Манчини еще в 2012 году – в сборную России; подписанный контракт хранился в сейфе РФС) за шесть лет набрала такую силу инерции, что даже могучий авторитет Сарсании оказался перед ней бессилен.

Вскоре после горького прощания с ним стало известно о недовольстве некоторых зенитовцев обособленностью аргентинской диаспоры и невозможностью нормального контакта с ними на поле из-за того, что они не знают ни русского, ни даже английского. Действительно, аргентинцы общались только между собой, слушали аргентинские песни, танцевали под аргентинское танго, а русский учить даже не собирались. Претензии к соотечественникам Месси копились не только у партнеров. Их набралось в итоге столько, что весной латиносы сами рвались раздавать интервью, в которых они могли бы убедить постепенно зверевших болельщиков в своей ответственности за результаты «Зенита».

Осенью, когда иссяк голевой запас Кокорина, Манчини посетило открытие. Мистер уже убедился, что Дриусси и Ригони в атаке не помощники, и каждую очередную ничью сопровождал посланием «наверх» о срочной нужде в забивающих форвардах. Что входило в диссонанс с позицией клуба: летом «Зенит» крепко потратился на селекцию «под Манчини», с его согласия раздал в аренду целую команду, поэтому были все основания ожидать от тренера реализации внутренних резервов.

Сергей Фурсенко до последнего пытался изменить позицию итальянца по поводу Шатова, но точка невозврата в рабочих отношениях игрока и тренера была уже пройдена. Называть эту позицию «бзиком» – все-таки преувеличение. Манчини, как и любой специалист такого калибра, имеет стойкий взгляд на футбол вообще – и на тот, в какой должна играть его команда. «Скорость. Стремительность. Интенсивность». Обычно такими словами описывали тренировочный процесс Манчини побывавшие на его занятиях футболисты. Но не у каждого из них опорно-двигательный аппарат выдерживает эту стремительность.

Тут бы и пригодились знания и дипломатия Сарсания, могли стать буфером между требованиями руководства и позицией Манчини. А без него тренер просил одних футболистов, отказывался от других, а «Зенит» покупал третьих…

Между прочим, содержание занятий Мистера хвалили и те, от кого он отказывался: «Интересно, полезно, современно». Причем выкладывался он на тренировках по полной до последнего дня в «Зените». Другое дело, что методики Мистера годятся далеко не всем. Явно прогрессировали те, кто умеет в футболе всё и любые тренерские замыслы распознает с полуфразы. Показательно, что относящиеся к этой группе Кришито, Иванович, Кокорин, с оговорками Паредес и расцветающий Кузяев провели сезон на достойном уровне. Но игроков из «второй категории», которым нужно было все показывать и разъяснять, в «Зените» гораздо больше. С ними Манчини работать не привык. Это объясняли Фурсенко еще год назад. Но он не послушал. Обошлось это упрямство рекордно низким за последние десять лет местом в таблице.

Похоже, и на последнем совете директоров речь шла о различиях между тренером популярным, титулованным – и тренером, «Зениту» подходящим. Клуб слишком долго разочаровывает Алексея Миллера, чтоб тот ограничился одной лишь, пускай и жесткой, критикой в адрес Фурсенко. Если подтвердятся вести о том, что директорат урезал полномочия президента, то теперь Сергею Александровичу придется в разы тщательней аргументировать, кого и почему он приглашает.

Присутствие Сергея Семака среди кандидатов на место ушедшего Манчини вроде бы означает, что «Зенит уже начинает жить по-новому. Но Семаку ли доверят рулить «Зенитом» или кому-то другому, результат окажется локальным и кратковременным, если клуб не найдет фигуры, равной по масштабу Константину Сарсании.

В последние годы футбол регулярно преподносит «Зениту» ценные уроки, убеждая: без фигуры, наделенной властью и знающей предмет «от и до», любая стратегия обречена. Но Оресте Чинквини намерен уехать вслед за Манчини. Опыт заместителя спортивного директора Вячеслава Малафеева – полгода. Приглашение авторитетного и обладающего крепкими связями в мировом футболе иностранца может оказаться такой же авантюрой, как и ставка на Манчини. А фамилии российских кандидатов пока не всплывали.

Что логично: Сарсания был уникальным менеджером, и заменить его, не исключено, вообще невозможно.

Оставаясь примером во многих аспектах клубной жизни, «Зенит» все чаще становится типичным явлением российского футбола. Иллюстрация к сказанному: после ухода Сарсании желающие его заменить нашлись быстро. Около 30 человек. Среди них и те, чье упоминание применительно к такой должности вызовет истерический смех. Различать в подобных «резюме» возможную пользу для клуба от желания за его счет напомнить о себе, попутно удовлетворяя свои интересы, – первая задача, c которой новый спортивный директор должен уметь справляться оперативно.

Иначе «Зенит» продолжит бег на месте.