Встреча для Вас. Главный тренер сборной России по футболу Георгий Ярцев: Готов быть крайним!

ФУТБОЛ
СБОРНАЯ РОССИИ

Этого свидания пришлось ждать два месяца. Перед тем мильон раз созванивались, назначали время и место, но в последний момент рандеву срывалось, и все начиналось заново… Наконец встретились. В День безвинно убиенного святого Валентина. Сперва я хотел на радостях поздравить Георгия Александровича с праздником, пожелать любви и всего такого прочего, а потом не стал. Вдруг решит, что издеваюсь?

О ЛЮБВИ

— Знаю, Георгий Александрович, жалость унижает, но так хочется пожалеть вас, что мочи нету удержаться.

— Странное желание… С чего это вдруг пробрало?

— Так ведь никто не любит вас, слова доброго не скажет. Дай, думаю, хоть я…

— Да уж, вы, журналисты, пожалеете! Спасибо, не надо.

О МАТЧЕ С ИТАЛИЕЙ

— Я хотел, как лучше… Значит, будем, как всегда. Со всей революционной беспощадностью. Признайтесь, наши дела совсем плохи?

— Про ваши ничего не знаю, а если говорить о сборной, то тут надо разбираться. На подготовку к товарищескому матчу мне отпущено 48 часов, к официальному — трое суток. По-вашему, этого времени достаточно, чтобы наладить командную игру?

— Не знаю. Наверное, все зависит от команды, тренера и поставленной им задачи.

— Возьмем для примера последнюю встречу с итальянцами. Мне многие говорили: «Откажись! Зачем тебе лезть на амбразуру, будоражить общественное мнение? У них первенство в разгаре, игроки на ходу, а ты будешь импровизировать с листа». Хорошо рассуждать, когда ни за что не отвечаешь. Во-первых, матч внесен в официальный календарь УЕФА, просто так его не отменишь. Во-вторых, проходил он в рамках акции по борьбе с расизмом. Не стали бы играть, на весь мир поднялся бы шум, что русские не поддержали благородное начинание.

 Но дело даже не в этом. Я не привык давать задний ход. Италия —прекрасный спарринг-партнер, одна из сильнейших команд мира, именно на таких оппонентах и надо проверять собственный потенциал. Другой вопрос – февраль не наш месяц. Плюс к этому не удалось использовать всех футболистов, на которых рассчитывал.

— Кто виноват?

— Да разве дело в вине? ЦСКА играет с «Бенфикой», стремясь набрать очки, которые позволят через год не одному, а двум российским клубам участвовать в розыгрыше Лиги чемпионов. Не мог я в такой ситуации не прислушаться к просьбе Газзаева и выдернуть Акинфеева и Березуцкого на сборы. К тому же матч в Кальяри предполагал всего по шесть замен. Дисквалифицированного Жиркова Валерий Георгиевич отдал без разговоров, а этих двоих просил не трогать, хотя билеты на Италию им заказал. Надо было пойти навстречу клубного тренеру?

— Не знаю, не уверен.

— А я не сомневаюсь, что поступил правильно, поскольку армейцы в Кубке УЕФА бьются не только за себя, но и за весь российский футбол.

— Да? А за кого же тогда бьется сборная, если ею можно пожертвовать?

— Слушайте, ну к чему это лукавство? Мы же взрослые люди и прекрасно понимаем: одно дело — товарищеский матч и совсем другое —официальная встреча в Еврокубке.

— Наивно полагал, что в Кальяри был последний шанс наиграть костяк команды перед поездкой в Лихтенштейн и Эстонию, где через полтора месяца вас ждут отнюдь не для товарищеских игр.

— Повторяю, я вынужден учитывать мнение наставников клубов. Никогда не брошу камень в их сторону. У каждого свой контракт с четко прописанными обязательствами. Гинер с Газзаева спросит не за количество подготовленных сборников, а за исход дуэли с португальцами. Тренер отвечает за результат вверенной ему команды. Это понятно? Да, мы все служим общему делу, но на разных уровнях. За моей спиной — сборная, а, к примеру, на плечах Семина — «Локо». Мы так договорились: если железнодорожники приедут здоровыми, парней из ЦСКА не трогаю. Пообщался с Юрием Павловичем и понял: обойдусь без армейцев. Не мог же я предположить, что Леша Смертин получит травму уже перед матчем?

— А Аршавин с Быстровым?

— Андрей сказал по телефону, что в полную силу способен отбегать лишь минут пятнадцать. Какой смысл его вызывать?.. Но дело не в частностях. Хочу, чтобы уяснили главное: с тренера можно требовать результат, создав предварительно условия для работы. О чем говорить, если я с игроками расстался осенью, а снова встретился на закате зимы? Знаете, с чего началось наше первое собрание в Кальяри? С поздравлений с Новым годом! И не с китайским, как можно было подумать. Несколько месяцев не виделись, а тут, значит, разок потренировались, вышли и порвали в клочья Тотти и Вьери? Чудеса, конечно, случаются, но редко и не со мной.

И ведь не скажешь, что ситуация перед игрой с Италией была исключительной. Коли не лень, посмотрите прошлогодний календарь, посчитайте, сколько дней мне отводилось перед матчами. Болгария — два, Норвегия — тоже два… Перед чемпионатом Европы пары недель не получил, и это с перелетом, с адаптацией. Просил добавить – не дали. Ладно, не заартачился, не сорвал ни одного тура первенства страны, хотя, наверное, мог бы поставить вопрос ребром.

О ВЫЗОВАХ В СБОРНУЮ

— Вот и ставили бы!

— Привык жить по закону, не нарушая без крайней нужды правил, ни на футбольном поле, ни вне его. То, что от меня требуется, выполняю, а остальные… Не я командую чемпионатом, сетку на сезон составляю. Почему-то перед нашими сборами тур растягивается на несколько дней, игроки приезжают ко мне в разной степени готовности, тренировочный процесс ломается, времени, чтобы привести все к единому знаменателю, нет. Редкий случай: перед Эстонией было четыре дня на подготовку, мы нормально поработали в Краснодаре, наверное, поэтому и сыграли по-иному. Но такие сборы — исключение из правил. Обычно все делается в пожарном порядке. В итоге приходится либо ставить на удачу, либо полагаться на тех, кого хорошо знаешь, в ком не сомневаешься. Когда пришел в команду, на меня обрушился шквал критики за приглашение в сборную Мостового, Онопко, Есипова, Радимова, Аленичева. А мне надо было решить вполне конкретную задачу: в почти безнадежной ситуации пробиться на Евро-2004. Тут уж не до экспериментов! Позже стал наигрывать другие варианты состава и тактические схемы, но опять-таки в условиях жуткого цейтнота. И все равно в сборной постоянно появляются новые талантливые ребята, двери команды всегда для них открыты. Я абсолютно не ангажированный тренер, у меня нет любимчиков и изгоев, никто не сможет доказать обратного.

— И доказывать не надо, достаточно назвать одну фамилию: Булыкин. Человек забил в родном клубе всего мяч за сезон, зато автоматически получал место в национальной команде.

— Дался вам этот Булыкин! Да, в «Динамо» Дима играл средне, но в сборной явно мобилизовался, собирался. И на Евро-2004 голом отметился, и в новом отборочном цикле забил словакам. Однако на матч с Эстонией я его уже не вызывал, поскольку согласился с Романцевым, что Булыкин к концу сезона форму растерял. И сейчас он не на том уровне, поскольку два месяца не тренировался, а пытался решить вопрос с переходом в какой-нибудь английский клуб. Почему я так упорно ставил Диму в основу? Команде нужен нападающий таранного типа, а выбирать, по сути, не из кого. Повторяю, если бы на лавке сидели Вьери и Шевченко, а я выпускал на поле Булыкина, вы имели бы право обвинить меня в предвзятости и каких-то симпатиях. Хотел сейчас вызвать на сборы Павлюченко, но помешала травма. Словом, пока «нет у нас других писателей»…

О ЛИДЕРАХ

— Вот вы, Георгий Александрович, говорили о товарищеском матче. Иногда складывается впечатление, будто у нашей сборной все игры товарищеские. По отношению некоторых участников процесса к делу. Не поймешь, то ли они тренерам услугу оказывают, то ли болельщикам…

— Может, моя проблема в том, что излишне доверяю людям. За это порой и расплачиваюсь. Не хочу никого облыжно критиковать, но почему-то наивно надеялся, что Евро-2004 сплотит ребят. В команде были и опытные футболисты, и молодые. Почему бы им не заиграть? Заиграли, но не все, кое в ком ошибся. Взять того же Мостового. Никогда не говорил, что он — плохой игрок, первым позвал в сборную, когда принял бразды правления. Но и величать его звездой язык не повернется. По нашим, российским, меркам звезды — Дима Аленичев, Леша Смертин. К тому же, не забудьте, Мостовой осени 2003 года и весны 2004-го — это два разных человека. Не стоило мне брать его на Евро-2004, но решил дать возможность человеку сыграть напоследок на высоком уровне, уйти красиво. А он в итоге как поступил? Впрочем, не хочу развивать тему, а то получится, будто свожу счеты, пытаюсь переложить ответственность. Хотя, что бы я сейчас ни говорил, любые слова звучат оправданием, а я не чувствую за собой никакой вины.

— А Португалия?

— Что Португалия? У каждого тренера в биографии есть не только взлеты, но и провалы. Почему у нас с такой легкостью забывают о хорошем, а плохим готовы вечно колоть глаза? Ладно, не прошу, чтобы мне за победу в стыковых матчах с Уэльсом памятник ставили, но нельзя же одним проигранным матчем, пусть и со счетом 1:7, перечеркивать все сделанное! Или никак не могут простить мне уход со скамейки запасных за пару минут до окончания игры? Давайте буду бегать и всем объяснять, что стало физически плохо, испугался, поняв, что могу помереть прямо там, на лавке. Таблетки оставил в раздевалке, вот и пошел за ними, чтобы не грохнуться в обморок прилюдно. Спросите у врача Василькова, оказывавшего мне первую помощь. Поверьте, я не пытаюсь прикрыться недомоганием, но и отдать концы в 55 лет — не самая радужная перспектива…

На ребят свои неудачи никогда не списывал, лишь раз позволил себе поинтересоваться после того португальского разгрома: не пора ли и с футболистов спросить? Кто-нибудь помнит, сколько игроков не приехало тогда на сбор? Восемь. Плюс двое, травмированных непосредственно перед матчем. Что любопытно, часть тех, кто остался дома, сославшись на здоровье, через пару дней с успехом выступали за клубы. Характерный штрих, правда?

— Вы этот вопрос на исполкоме РФС поднимали?

— Зачем? Я ведь не сыщик и не следователь. Да и нет у меня дисциплинарного рычага, чтобы проверить, болен игрок или симулирует, наказать за ложь. Обвинять человека без серьезных на то причин не стану, но на моей памяти только Валера Карпин прямо заявил, что прекращает выступать за сборную. Позвонил мне и все откровенно объяснил. Я согласился с аргументами, поблагодарил игрока за работу. Зато есть группа футболистов, которые вроде бы и не отказываются, но в решающий момент почему-то всегда нездоровы. Даже Сергей Овчинников о том, что клубные интересы для него сейчас важнее сборной, сказал в интервью, а не в разговоре со мной. Отношусь к Сергею с неизменным уважением, он настоящий профессионал и, как никто другой, понимает: карьера идет к завершению, нужно распределять силы. Мне логика футболиста абсолютно ясна, но способ извещения тренера кажется несколько странным. Все-таки Сергей считался основным вратарем сборной, я на него рассчитывал…

Удивительны и разговоры, которые иногда слышу за спиной: мол, игроки не хотят ехать к Ярцеву. Не хочешь — скажи честно, никто тебя силком тащить не станет. Хуже, если футболист приезжает в сборную и начинает валять ваньку. И с клубными тренерами порой непонятные истории происходят. Недавно позвонил один… фамилию называть не хочу… стал нахваливать игрока. Мол, молодой талант, настоятельно советую обратить внимание. Ладно, я послушал, принял к сведению. Через день читаю интервью этого специалиста, в котором ему задают вопрос о перспективах команды Ярцева. И что, вы думаете, он отвечает? «Без комментариев». Это порядочно?

Если уж говорить до конца откровенно, всегда прекрасно понимал: день вступления в должность главного тренера сборной — начало пути к увольнению, к уходу прочь. Вопрос лишь в том, сколь долгой окажется эта дорога.

О ДАВЛЕНИИ СВЕРХУ

— Но так ведь всегда и у всех. Тренерская доля…

— Не всегда и не у всех. В российской сборной по футболу — особые традиции. Вспомните, кого и когда здесь нормально проводили, дав отработать изначально оговоренный срок? Павел Садырин, Анатолий Бышовец, дважды Олег Романцев, Борис Игнатьев, Валерий Газзаев… А в советское время разве иначе было? Это сегодня Константин Иванович Бесков и Валерий Васильевич Лобановский стали великими, а тогда их выгоняли, забыв сказать спасибо. Теперь, по-вашему, пришел мой черед? Да, я с первого дня готов к отставке, но все-таки хочется завершить начатое, иначе зачем ввязываться в драку?

Хотя при любом раскладе я окажусь крайним. Возьму молодежь — начнут кричать, что не хватает опытных бойцов. Позову старичков — обязательно напишут, что Ярцев собрал сборную ветеранов футбола. Угодить невозможно! Как поет Александр Розенбаум, «везде и всюду ждут несовершенства, заранее заряжены хулой»… Поэтому и за кресло не держусь. Скажут — уйду. Жаль только, никто не хочет видеть: закладывается основа будущей команды.

Продолжение на стр. 14.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Георгий ЯРЦЕВ
Родился 11 апреля 1948 года.
Амплуа: нападающий.
Карьера игрока: «Спартак» Кострома (1965-1967, 1975-1976), «Искра» Смоленск (1968-1972, с перерывом), ЦСКА (1970), «Гомсельмаш» Гомель (1972-1974), «Спартак» Москва (1977-1980), «Локомотив» Москва (1981), «Москвич» Москва (1982). В чемпионатах СССР провел 82 матча, забил 38 мячей.
Достижения: чемпион СССР 1979 года, серебряный призер чемпионата СССР 1980 года. Лучший бомбардир чемпионата 1978 года – 19 голов.
Сборная: за сборную СССР провел 5 матчей. Первая игра 6 августа 1978 года с Ираном – 1:0. Последняя игра 14 октября 1979 года с Румынией – 3:1.
Карьера тренера: старший тренер клубных команд СК «Красный богатырь» Москва и футбольной школы «Нефтяник» Москва (1983, 1985-1988), тренер «Красной Пресни» Москва (1984-1985), тренер «Спартака» Москва (1994, 1995, 1997). Главный тренер «Спартака» Москва (1996), «Динамо» Москва (1998-1999), «Ротора» Волгоград (2000). В чемпионатах России в качестве главного тренера провел 76 матчей (+39=21-16).
Достижения как тренера: чемпион России 1996 года.
Сборная: сборную России возглавил 25 августа 2003 года и вывел ее в финальную часть чемпионата Европы-2004. Под руководством Ярцева сборная России провела в 2003-2005 гг. 17 матчей (+7=5-5).