Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
ФУТБОЛ. ЧМ-2006
Россиян на чемпионате мира можно пересчитать по пальцам одной руки – главный арбитр Валентин Иванов, которому в первом туре доверено судить матч Франция – Швейцария, его помощники Евгений Волнин и Николай Голубев да глава КФА Николай Левников в роли инспектора. Во время «дня открытых дверей», объявленного судьями–участниками чемпионата мира, с Ивановым пообщался корреспондент «СС».
ЦВЕТА ЕЩЕ ТЕ!
Наша беседа с Ивановым состоялась возле «фантомасов», черных безликих пластиковых манекенов, одетых в образцы судейской формы чемпионата – красную, желтую, серо-голубую и темно-серую.
– М-да, цвета еще те! – покачивая головой, говорит Валентин Валентинович. – Особенно вон тот, серо-голубенький... Могли бы и посимпатичнее оттенки подобрать!
– Ну, не все же цвета такие безрадостные. Какой-нибудь вариант, наверное, нравится?
– Пожалуй, вон тот, близкий к «классике», вполне приличный, – показывает Иванов на манекен, облаченный в футболку, шорты и гетры цвета «мокрый асфальт». – Да и желтый вариант смотрится вполне прилично. Вообще ерунда все это. Главное, хорошо подготовиться и отсудить достойно, а в чем – красном или сером – какая разница! Да и все равно, выбор формы от нас не зависит – ее на каждый матч будет определять судейский комитет, в зависимости от цветов футболок играющих команд.
– А как подготовка – форму уже набрали? Я имею в виду физическую форму, конечно...
– Да понял, понял, – смеется Иванов. – Набираем! Каждый день обязательные теоретические занятия. А потом – на поле: моделируем всевозможные игровые ситуации, спортивной подготовкой занимаемся.
– В футбол поиграть удается?
– Нет, в футбол мы не играем.
– Почему?!
– В футбол пусть команды играют. У нас другие задачи.
– От своего первого матча Франция – Швейцария сложностей ждете?
– Сложностей? Мне доводилось судить и тех, и других. Хорошие команды, отлично знающие друг друга, примерно равные по силам соперники. Думаю, нормальная игра будет. Надеюсь на это.
– Франция – команда возрастная. Швейцария – одна из самых молодых. Как этот контраст влияет на судейство?
– Большое значение имеет, наверное, то, как готовы к игре «старики». Будут в хорошем физическом состоянии – все сложится хорошо.
– То есть, если Зидан физически не готов к игре, это добавляет арбитру головной боли?
– Безусловно. И это вовсе не конкретного Зидана касается. Когда игроки находятся в плохой форме, они больше ошибаются, более раздражительны, недовольны – и сами собой, и соперниками, и партнерами. Словом, не столько играют в футбол, сколько ищут виноватых. А кто у нас всегда и во всем виноват? Конечно, судья! А вообще-то важнее всего физическая готовность самого арбитра. Если ты в хорошей форме, то двигаешься лучше, позицию выбираешь точнее, даже соображаешь быстрей. И ошибаешься меньше. Вот ведь никому в голову не придет говорить игроку – помнишь, четыре года назад ты пас отдал не туда! А про судей все всё помнят...
– Так это, наверное, потому, что судей гораздо меньше, чем футболистов. Особенно топ-судей.
– А что, может быть (смеется). Хотя топ-игроков тоже не так много.
ОТ КАНА ЛУЧШЕ БЫТЬ ПОДАЛЬШЕ
– Кстати, о топ-игроках. Тот же Зидан или, допустим, Анри, которых вы будете через неделю судить, могут попытаться «надавить» на вас своим авторитетом?
– Как раз от людей уровня Зидана и Анри меньше всего ожидаешь «наездов». Те, кто умеет играть в футбол, стараются играть в футбол. Потому что прекрасно понимают: люди приходят смотреть на их игру, а не на то, как они ругаются с судьей.
– Как вы относитесь к «ныркам» и прочим театральным и цирковым номерам, что в последнее время утвердились в футболе? Они – часть игры?
– Считаю, что нет. И в Германии с этим мы будем бороться особенно жестко. Причем не только в чужой штрафной, но и по всему полю.
– Вы, наверное, заранее знаете, от кого ждать «актерства» в первую очередь?
– Да все игроки время от времени симулируют! Только одни – чаще, другие – реже...
– Звезды тоже?
– Как и в вопросе давления на судей, звезды – реже остальных.
– С давлением на арбитров я с вами не совсем согласен: тот же Баллак, скажем, частенько пытается на судей влиять. Или Кан...
– Ну, Кан – он в воротах... К нему лучше не подбегать близко – и все будет нормально! (Улыбается.) Конечно, исключения есть. Ну что поделаешь, если характер трудный. У судей ведь тоже не у всех хороший характер.
– А у вас?
– У меня характер, думаю, не тяжелый. Нормальный (смеется) характер! А если серьезно: одно из главных качеств судьи – быть на поле уравновешенным, спокойным. Вокруг на поле бушует столько страстей, что, если еще ты будешь бегать нервным, недалеко до неприятностей.
– Это спокойствие у вас врожденное? Спрашиваю, потому что хорошо помню: Валентин Козьмич у бровки был не слишком выдержан...
– Ну он же не судил! Отец игроком был очень эмоциональным и тренером таким же оставался. А я... По-моему, я с самого начала судейской карьеры был достаточно уравновешенным арбитром.
– От вашего отца судьям когда-то крепко влетало. А вам от него за работу достается?
– Судей и так критикуют все, кому не лень. Если еще и члены семьи свою лепту внесут, вообще жизни не будет. Мои родные и близкие меня, слава богу, не напрягают. Наоборот, стараются поддержать, успокоить.
КТО СУДИТ СУДЕЙ?
– А что напрягает? И где давление больше – на чемпионате мира или в первенстве России?
– Все относительно. В России ты живешь. Там проходит тур, и все неделю тебя склоняют: одни – за одно, вторые – за другое, третьи – за что-нибудь свое. Выигравшие могут и похвалить, проигравшие всегда недовольны. Можешь не читать газеты, не смотреть телевизор – но это твоя жизнь, это все время вокруг тебя. Может, давит и несильно, но – всегда. И это не очень здорово. Здесь – по крайней мере, пока – давления со стороны той же прессы не ощущается. Может, потом, когда начнутся игры...
– А кто и как будет оценивать вашу работу на чемпионате мира?
– Здесь это будет поставлено очень серьезно. Один человек будет ездить с бригадой на матч и присутствовать на стадионе, другой – сидеть у телевизора и следить за судейством по «картинке», плюс свою оценку будет давать один из членов судейского комитета ФИФА. То есть каждую игру будут оценивать три человека.
– И назначения на следующий тур будут зависеть от этих оценок?
– Во многом. Даже очень во многом. Хотя... Судейство – такое дело! Иногда комиссия – семь человек – час смотрит какой-нибудь эпизод, после чего трое говорят, что судья прав, а четверо – что виноват. Но арбитр-то принимает решение в секунды!
– Оценка вашей работы зависит не только от вас, но и от ваших лайнсменов...
– Правильно говорите. Не все понимают: мы – бригада, мы полностью зависим друг от друга! Такой ситуации, что главный – хороший судья, а помощники – не очень, попросту не может быть. Либо мы все хорошие, либо мы все... не очень хорошие! И успех или неуспех нашего судейства будет общим успехом или общей неудачей.
– Среди арбитров много представителей стран-участниц, так что у вас хорошие шансы судить много, до самых последних матчей.
– Очень много будет зависеть от первой игры. А вообще надо хорошо судить в каждом конкретном матче, не думая о дальнейших... Есть игра – к ней готовимся. Прошло хорошо – готовимся к следующей.
– Уверен, что не думать о решающих матчах вы все равно не можете.
– Любой судья, даже в самом начале карьеры, все равно мечтает о финале чемпионата мира. Пусть часто это и кажется фантастикой. Любой судья, назначенный на мировое первенство, – тем более. И я тоже. Но свои шансы на финал калькулировать не пытаюсь. Да и вообще этот вопрос лучше задавать членам судейского комитета. Вот они эти шансы знают лучше нас. Но вряд ли вам скажут... А я подхожу к этому вопросу так: в каждой игре, сколько бы их нам ни выпало, выйти на поле и хорошо отработать. Если это получится, то чемпионатом мира я буду доволен.