Бонусы букмекеров
ФУТБОЛ
ТОВАРИЩЕСКИЙ МАТЧ
Беспрецедентно унизительная для сборной России и ее болельщиков ситуация сложилась в смешанной зоне стадиона «Локомотив» после матча. Российские игроки, как зайцы, тикали от журналистов, а примером профессионализма и уважения к собственным фанатам стали игроки латвийской сборной…
ФАРС…
Российские компании сотовой связи вечером 16-го числа, наверное, сильно обогатились – абсолютное большинство игроков нашей сборной покидали раздевалку с прижатым к уху мобильным телефоном. Правда, никто из наших парней почему-то не говорил ни слова – видимо, истории, которые им рассказывали собеседники, были жуть как интересны…
Для тех, кто не знает: прижатые к уху мобильники в смешанной зоне – это предлог такой, чтобы не разговаривать с журналистами. Те же, кто телефона не доставал,на ходу бросали фразу «спешу в аэропорт». Нашим игрокам, по всей видимости, наплевать на болельщиков, которые хотят узнать из утренних газет все подробности матча, – их зарплата и премиальные зависят от того, что о них подумают президенты клубов. Ну, или в крайнем случае президент РФС. А президентам, получается, тоже абсолютно все равно, что о них подумают болельщики…
Все равно, вероятно, уже и болельщикам, поскольку на дебютном матче первого в новейшей истории России футбольного тренера-иностранца полный стадион не собрался – и это при беспрецедентно низких ценах на билеты…
Ну да ладно. Были ведь после матча и те, кому любители футбола совсем не безразличны, – ни один из латвийцев (!) не отказал в интервью. Подопечные Юрия Андреева даже после обидного поражения и гола за пять секунд (!!!) до финального свистка желали, чтобы утром читатели латвийских газет узнали мнения своих игроков о матче.
Марис Верпаковскис, упустивший суперголевой момент и донельзя огорченный, и пресс-атташе сборной Латвии Мартыньш Хартманис оказались вчера в смешанной зоне самыми профессиональными людьми. Марис поочередно и терпеливо отвечал на вопросы различных групп журналистов. Причем пресс-атташе по просьбе корреспондентов «СС» специально подвел футболиста к нам. И это произошло несмотря на то, что автобус латвийской сборной спешил в аэропорт и ждал одного лишь Верпаковскиса. А футболист безропотно послушался пресс-атташе…
Гус, мотай на ус! Ведь если нашим футболистам безразличны болельщики, скоро им будет безразличен и главный тренер…
…И ЧЕСТНАЯ ИГРА
– Марис, вам сейчас можно посочувствовать – поди досталось от партнеров в раздевалке – такой момент упустили… – с таких слов мы начали общение с Верпаковскисом.
– Да нет, что вы (грустно улыбается)… Конечно, обидно, что единственный мяч влетел в наши ворота перед самым финальным свистком. Несмотря на это, считаю, ребята хорошо поработали в обороне.
– Что помешало вам забить в середине второго тайма?
– Не что, а кто… – в этот момент начал сигналить автобус – российский водитель, отвозивший латвийцев в аэропорт, видимо, очень спешил домой. – Сейчас, сейчас… Так вот, не что, а кто… Акинфеев (смеется). Мог я, конечно, попытаться обыграть голкипера, но он остался на месте. К тому же я ведь дважды плохо пробил.
– Когда вы ударили во второй раз, латвийские болельщики стали требовать пенальти…
– Да, действительно, мяч попал в руку кому-то из братьев Березуцких.
– Тогда почему вы, в «лучших» российских традициях, не стали крыть матом судью и не погнались за ним?
В этот момент снова загудел автобус – водитель, видимо, очень не хотел, чтобы Марис отвечал на этот вопрос… Но Марис ответил.
– Но ведь пенальти был бы незаслуженным, потому что, как я уже сказал, я сам неудачно ударил. К тому же игра рукой не была умышленной.
После этого ответа водитель больше не бибикал – он, видимо, понял, что таким образом процесс не ускоришь. А может, ему стало стыдно за некоторых российских футболистов, которые гоняются за судьями, как за обделавшимися пуделями?
– Еще один спорный эпизод – падение в штрафной площади Андрея Рубина. Он сам упал? – следующий вопрос Верпаковскису.
– Нет, Сергей Игнашевич его подтолкнул. Но сначала россиянин сыграл в мяч, так что, думаю, и здесь все по правилам.
— Вы уже второй год подряд в поединках против России не можете реализовать ни одного голевого момента. В чем причина?
– Не знаю (задумывается). Наверное, в невезении…
– На чемпионате Европы-2004 показалось, что вы более четко, чем сегодня, взаимодействовали с партнером по атаке Прохоренковым. Согласны?
– В первом тайме нам вообще мало что удавалось. А после перерыва на поле вышел еще один центральный полузащитник – и дела пошли лучше. Но Андрея к тому моменту уже заменили.
– Сборная России с Хиддинком сильно отличается от той команды, с которой вы играли год назад?
– Хиддинк работает в России только два дня, и за это время трудно что-либо серьезно изменить. Стиль игры, на мой взгляд, остался прежним. Хотя в первом тайме на поле у вас было много «маленьких» футболистов. Все они индивидуально сильны, и, значит, новый наставник хочет видеть свою команду техничной, ориентированной на атакующий футбол. Кстати, наши тренеры рассчитывали именно на такой состав и от этого строили тактику.
– Трудно было все время обороняться?
– Конечно. Соперник хорошо контролировал мяч, создал немало голевых моментов. Отчасти нам повезло, что не пропустили раньше. Хотя, повторюсь, могли и забить, и выиграть матч.
– Но инициативу сборная Латвии отдала сознательно?
– Да, против серьезных соперников мы всегда действуем «вторым номером».
— Какие шансы у российской сборной в отборочном матче с хорватами?
– Равные. Россияне могут победить, но сделать это будет очень трудно. Извините, я думаю, читатели «СС» уже удовлетворены моими ответами на ваши вопросы… Меня ждут другие ваши коллеги…
Сказав это, Верпаковскис попрощался с нами и перешел к другой группе журналистов, предварительно вырубив зазвонивший мобильник…
P.S. Конечно, в сборной России есть футболисты, у которых осталось уважение к журналистам, болельщикам, своей профессии и самим себе. Вот имена тех, кто остановился в смешанной зоне и не изображал срочного звонка по мобильному телефону, опоздание в аэропорт и онемение языка: Василий Березуцкий, Марат Измайлов, Евгений Алдонин, Динияр Билялетдинов, Павел Погребняк. Так держать, ребята!