Бонусы букмекеров
ФУТБОЛ
ПРЕМЬЕР-ЛИГА. 18-Й ТУР
Работу французской бригады арбитров специально для «СС» прокомментировал бывший арбитр ФИФА Сергей Хусаинов.
— На мой взгляд, Дюамель отработал нормально, – говорит Хусаинов.
— Нормально – это ведь не хорошо, а скорее удовлетворительно?
— Да. В том самом эпизоде со Штранцлем арбитр должен был показать игроку желтую карточку. И, естественно, удалить с поля. Смотрите: с первых минут француз дал понять командам, за какие фолы он не будет выносить предупреждение. Вот, например, первая желтая карточка Штранцля. Игрок пошел в отбор, но, мне показалось, при этом специально зацепил Карвальо. И Дюамель справедливо наказал спартаковца желтой карточкой.
И в дальнейшем арбитр все делал правильно. За одним исключением, о котором я уже сказал. Дюамель изменил своим принципам. Я бы даже сказал, что он смалодушничал. Ведь сначала француз потянулся в карман за «горчичником», но потом вдруг остановился. На самом деле, очень странно, почему Лоран так поступил. Бояться ведь нечего: он приехал на одну игру и улетел домой.
— Может, он посчитал, что в столь важной игре оставлять одну из команд в меньшинстве в конце первого тайма – слишком жестоко?
— Мне сложно сказать, о чем он подумал. Вспомните чемпионат мира, когда в финале удалили Зидана. Никто ведь ни о чем не думал! Эту желтую карточку надо было показать еще и потому, что УЕФА активно борется с тактикой мелкого фола.
— Что скажете о помощниках Дюамеля?
— Мне показалось, что каждый из них допустил по одной ошибочке. Оба в первом тайме зафиксировали офсайды там, где их не было.
— После того, как Иранек сравнял счет, Газзаев выбежал к бровке и эмоционально начал что-то выговаривать лайнсмену. Какие у тренера армейцев могли быть на то причины?
— Гол спартаковцы забили после розыгрыша штрафного удара, с назначением которого, думаю, и не был согласен тренер. Но в этом эпизоде Дюамель принял верное решение: Егора Титова действительно толкнули – классический игровой фол.
— Как относитесь к тому, что Газзаев после игры назвал судью клоуном?
— Это эмоции. Знаете, хорошее запоминается редко, а плохое – всегда. Француз допустил одну серьезную ошибку. И, анализируя его работу, Валерий Георгиевич в первую очередь вспоминает «неудаление» Штранцля.
— Как думаете, что стало бы с российским арбитром, допусти он эту ошибку?
— Он бы больше не судил. Вспомните: Тюмина отстранили после того, как он не удалил Акинфеева. Виталий Мутко потом сказал, что нет смысла разбираться в причине ошибок, если арбитр отлично видит эпизод и не принимает верного решения. Дюамель занял хорошую позицию, и фол Штранцля прекрасно видел.
— Представим, что вы работали на матче инспектором. Ваша оценка главному судье?
— Семь с половиной по 10-балльной шкале.