Бонусы букмекеров
ВидеоФУТБОЛ
РАССЛЕДОВАНИЕ «СОВЕТСКОГО СПОРТА»
Во вчерашнем номере «Советского спорта» мы рассказали об этапах большого жизненного пути Лучано Моджи – бывшего генерального менеджера «Ювентуса» и главного фигуранта по судебному делу о «договорняках» в итальянской футбольной серии А. Сегодня читатели познакомятся с главным детищем Моджи – преступной организацией, созданной по классическим канонам мафиозного спрута.
ТОЛЬКО ОДИН ЗВОНОК…
Дон Лучано сидит в кресле своего просторного кабинета на третьем этаже дома по улице Луиджи Феррарис, где расположена штаб-квартира «Ювентуса». В левой руке он держит дорогущую «Кохибу», но прикладываться к ней не спешит. Густой табачный дым медленно спускается по пальцам на стол, почтенно огибая большой золотой перстень на безымянном пальце, и разливается в бумажной кипе. Неожиданно, нервно постучав пальцами по столу, Моджи поднимает со стола мобильный телефон и делает звонок.
Моджи: Эй, Джиджи! Ты где?
Джиджи: Мы уже уехали.
Моджи: А что за х***ю ты нам подсунул вместо арбитра?
Джиджи: Фандель? Так он же номер один, лучший из лучших.
Моджи: Да, но гол-то Микколи был забит чисто!
Джиджи: Нет.
Моджи: Как это нет? Говорю тебе, чистый гол! Тут и спорить не о чем. Вся игра – сплошная катастрофа.
Джиджи: Слушай, ты же знаешь, что он лучший. А вот ассистенты мне не очень понравились. Наверное, там не было никакого офсайда, когда Трезеге убежал один на один.
Моджи: Мне плевать, кто там ошибся, а кто нет. Мне нужно, чтобы в Стокгольме все прошло как надо, понял?
Джиджи: Черт побери, игра будет что надо, мамма миа...
Моджи: Нет, мы должны победить и точка. С таким арбитром, как этот Фандель, сделать это будет сложно, сечешь?
Джиджи: Понял тебя.
Моджи: Теперь насчет чемпионата. В Мессину отправь мне Консоло и Батталью вместе с …Кассарой, м?
Джиджи: Все уже готово.
Моджи: А с «Миланом»… Надо, чтоб судил Пьери.
Джиджи: А вот тут пока еще не решено.
Моджи: ОК, тогда позже еще раз уточним.
Джиджи – это глава комиссии по назначению арбитров Пьерлуиджи Пайретто. Лучано Моджи позвонил ему 10 августа 2004 года. Только что «Ювентус» неожиданно сыграл дома вничью 2:2 со шведским «Юргорденом», а арбитр Херберт Фандель не засчитал гол Фабрицио Микколи.
Разговоров, подобных этому, «серый кардинал» кальчо провел на 1500 страницах электронного текста.
…А ВСЕГО ИХ БЫЛО 100 000
В день Моджи получал или совершал в среднем 416 звонков. У него было шесть мобильных телефонов и 300 SIM-карт. За девять месяцев с апреля по ноябрь 2004 года «Лаки Лучано» набирал номер сообщников созданной им грандиозной коррупционной сети 100 000 раз!
Естественно, основную роль в «Моджи-гейт», как окрестили систему Моджи в мировых СМИ, занимала работа с судьями. Так было и до «Лаки Лучано», так, скорее всего, будет и после. Гениальность и необъяснимость его системы заключена в вопросе: как удалось одному человеку заставить плясать под свою дуду весь судейский корпус?
Моджи не давал многомиллионных взяток, не похищал родственников интересующих его арбитров, не угрожал пистолетом. Самый страшный, по итальянским меркам, грех он и его сподвижник спортивный директор «Юве» Антонио Джираудо совершили 6 ноября 2004 года сразу после матча «Реджина» – «Ювентус» (2:1). Они зашли в комнату арбитра Папаресты, судившего тот матч, и на повышенных тонах объяснили судье, что работать надо было иначе. Чтобы Папареста в следующий раз не вздумал вольничать, а исполнил все так, как ему велено, «Лаки Лучано» запер его в судейской на несколько часов.
Позже в суде сей факт станет главным «бонусом» прокуратуры к приговору – такие действия в итальянском законодательстве трактуются как похищение.
Может быть, этот инцидент напугал остальных судей, а может быть, никто до срока и не узнал о случившемся, но больше подобных моментов в «работе» Моджи с судьями не возникало. Он предпочитал воздействовать на них иначе, сверху. При том, что «серый кардинал» кальчо не обладал ни административным, ни каким другим ресурсом (в кальчо нет совета лиги и всем руководит федерация футбола), ему удалось выстроить пирамиду, где он был «царем горы».
Памятуя о том, какое прошлое скопилось за плечами у Моджи, сколько опыта «темных дел» принес он с собой «Юве» и какие связи нажил, можно предположить, что в кальчо действовал закон «волчьей стаи» – почуяв вожака, остальные просто прогибались.
Вернемся к тому разговору Моджи с Пайретто. Глава судейского комитета, который, к слову, занимал еще и должность вице-президента в аналогичной организации УЕФА, пообещал, что ответная игра со шведским «Юргорденом» сложится надлежащим образом. И не обманул. «Юве» выиграл в гостях 4:1.
Кстати, судил тот матч печально известный нам англичанин Грэм Полл…
МОДЖИ ДОВЕРЯЛ ТОЛЬКО ОДНОЙ ЖЕНЩИНЕ…
Его боялись потому, что он мог уволить с занимаемой должности почти любого функционера кальчо. Моджи пользовался этими страхами и использовал для своих целей почти весь штат функционеров кальчо.
Шутка ль, сотрудница Федерации футбола Италии Мария Грациа Фаци на протяжении нескольких лет выступала в роли секретарши «Лаки Лучано». Она осуществляла все переговоры, следила за выполнением поручений «серого кардинала», передавала нужную информацию… Интересный факт: она была единственной женщиной в «Моджополи». Не считая, конечно, куртизанок, которых дон Лучано предоставлял лояльным «Юве» судьям на раннем этапе своего правления.
В основном в задачи Фаци входил контроль за назначением «правильных» арбитров на тот или иной матч. В середине второго круга чемпионата-2004/05, когда «Ювентус» особенно остро нуждался в очках, ей приходилось чуть ли не по нескольку раз в день звонить одному из руководителей Национальной арбитражной комиссии, заместителю Джиджи Пайретто Паоло Бергамо. А тот отчитывался перед ней, словно мальчик, хотя знал, что она всего лишь связной между ним и Моджи. «Я спросил его: каких помощников арбитра ты хочешь на эти выходные? – буквально чеканил в трубку Бергамо внимательно слушающей его на том конце провода блондинке перед матчем с «Удинезе». – Он ответил: Я хочу Амброзини и Фоскетти (лайнсмены. – Прим. ред.). А я сказал: нет, давай я назначу Риччи и Джеминьяни (лайнсмены. – Прим. ред.). Они даже лучше».
Три недели спустя, 5 марта 2005 года, между Бергамо и Фаци состоялся разговор в преддверии важнейшей гостевой игры против «Ромы». Бергамо просит Фаци позвонить жене четвертого арбитра предстоящего матча Марко Габриэле и передать ей следующее: «Слушай, мне надо проявить учтивость. Можешь позвонить Франческе и передать ей, чтобы Марко сегодня обязательно захватил с собой на игру мобильник. Может статься, мне нужно будет набрать ему между первым и вторым таймом. Или пусть возьмет его с собой на поле. Только обязательно скажи ему, что это должен быть надежный, проверенный телефон. И передай это через Франческу, ни в коем случае не напрямую».
Надо ли говорить, что «Юве» победил 2:1, а гол Каннаваро был забит из чистого офсайда. «Рома», в свою очередь, не досчиталась как минимум гола Кассано – он тоже был отменен не по правилам.
…А НЕНАВИДЕЛ ТОЛЬКО «ЧУЖИХ» ЖУРНАЛИСТОВ
Дон Лучано одним из первых понял, сколь ценны могут быть для футбольного бизнеса СМИ. Можно сказать, они выросли вместе – он и спортивная журналистика. Моджи всячески пестовал ее и был ее другом. До тех пор, пока не понял, что успешный спортивный бизнес стал объектом охоты успешной журналистики.
В конце 90-х, а именно в 1998 году, увидела свет книга журналиста Марко Травальо, которая называлась «Лаки Лучано», и своим названием явно намекала на параллели между Моджи и знаменитым главарем нью-йоркской «коза ностра» 30-х годов. В книге Травальо рассказывалось о прежних похождениях футбольного мафиози. С этого момента хозяин кальчо начинает делить журналистов на «своих» и «чужих».
«Своим» он обеспечивает свободный доступ к команде, эксклюзивное общение с игроками и массу других привилегий, подобных этим. А взамен спрашивает с них «объективное» отношение к «Ювентусу». Так, один из приближенных к Моджи журналистов, знаменитый на всю Италию комментатор Фабио Бальдас частенько звонил дону Лучано перед тем как монтировать очередной дайджест, посвященный играм прошедшего тура.
Бальдас: Лучано, привет! Фабио…
Моджи: Да.
Бальдас: Как ты, в порядке?
Моджи: Отлично!
Бальдас: Слушай, Лучано, сегодня у нас негусто… только… Родомонти (арбитр матча «Кальри» – «Милан», состоявшегося 16.10.05, за пару дней до звонка. – Прим. ред.). Что если я покритикую его, ОК? Ну, только, если ты даешь «добро», конечно…
Моджи: О, конечно.
Бальдас: И потом, потом. Есть еще «Сиена» – «Фиорентина»…
Моджи: А был там пенальти?
Бальдас: Ыы… да, черт возьми, был пенальти!.. И Розетти этот (тоже арбитр. – Прим. ред.). Ну, знаешь его… Если мы все-таки покажем его, как нам лучше это сделать?
Моджи: Нет, нет, нет. Оставь ты его в покое. Просто не показывай эту игру.
Бальдас: ОК… Слушай, если я попрошу тебя об одолжении, подсобишь?
Моджи: Нет проблем.
Бальдас: Тогда наберешь мне?
Моджи: Ага, скоро позвоню.
Бальдас: Отлично, чао!
Еще одного телекомментатора, Альдо Бискарди, Моджи за хорошую службу одарил часами стоимостью 40 миллионов лир (приблизительно 20 000 долларов. – Прим. ред.).
А вот «чужих» журналистов «Лаки Лучано» держал на расстоянии. Вот что рассказал вашему корреспонденту во время встречи в Турине обозреватель местной газеты «Tuttosport» Витторио Ореджа:
– Писать о «Юве» последние несколько лет было все равно что ходить по натянутому канату под куполом цирка. Моджи ждал от нас только лестных отзывов. Чуть-чуть перегнешь палку, и все, баста. Получать информацию из команды становилось архисложно. Я уже не говорю о том, что писать про симпатии судей к «Ювентусу» было запрещено. Кто-то, конечно, пытался. Но таких смелых журналистов ждала незавидная участь – полнейшее информационное эмбарго. Когда же прошлой весной случилось весеннее расследование, Моджи моментально наложил на команду silenzio stampa («обет молчания» – итал.).
В прошлом сезоне, как оказалось, последнем для дона Лучано в «Старой синьоре» генеральный менеджер решил вынести тренировочную базу клуба за пределы Турина. Он задумал настоящий лагерь, с высокими заборами и вышками наблюдения. За пределы такой цитадели не смогла бы проникнуть и птица. Что уж говорить о неугодных Моджи репортерах….
МАЗЕРАТИ ДЛЯ ВАЖНОГО ДРУГА
После смерти Джанни Аньелли в руководстве владеющего «Ювентусом» автоконцерна ФИАТ возник легкий хаос. Этим Моджи не мог не воспользоваться. Он сразу организовал себе знакомства в отделе продаж автоконцерна и подключил их к своей системе. Моджи получил возможность организовывать продажи новеньких машин по льготным ценам для важных для него людей, поощряя таким образом полезные действия «элементов системы».
Но ФИАТ – это не только одноименные автомобили для среднего класса, но и эксклюзивные спортивные болиды марок «Феррари» и «Мазерати». Такие машины Моджи выбивал в ФИАТе бесплатно, ссылаясь на то, что это «подарок для очень важного друга».
Приемная ФИАТа: Дом Аньелли. Доброе утро.
Моджи: Здравствуйте. Это Моджи. Наллу, пожалуйста.
После небольшой паузы.
Налла: Привет, Лучано!
Моджи: Мне срочно нужна, нам нужна, э-э…
Налла: Да?
Моджи: «Мазерати» для важного друга.
Налла: Да.
Моджи: Четырехдверная.
Налла: Четырехдверная?
Моджи: Да. Мы даем тебе десять дней, о’кей?
Налла: О’кей.
Через несколько дней Джанлуиджи Пайретто по просьбе Моджи позвонил Инноченцо Маццини, вице-президенту федерации футбола Италии. Маццини был важным элементом в системе «Лаки Лучано». Они вместе составляли календарь на предстоящий сезон, Маццини консультировал Моджи по всем вопросам, так или иначе касающимся футбольной федерации. Конечно, для такого друга «серый кардинал» не пожалел и гоночный автомобиль.
Пайретто: Энцо!
Маццини: Привет, Джиджи!
Пайретто: Слушай, я звоню сказать тебе, что твоя машина почти готова.
Маццини: Какая машина?
Пайретто: Ну, мы заказали тебе одну с завода, и говорят, что это даже будет «Мазерати».
Маццини: Матерь божья!
Пайретто: Ладно. Завтра я вернусь домой и позвоню узнать, можешь ли ты ее забрать.
ЗАЧЕМ «ЮВЕНТУСУ» БУДЯНСКИЙ
В 2001 году Моджи подписал контракт с двумя талантливыми молодыми игроками с постсоветского пространства – Виктором Будянским и Ильясом Зейтулаевым. По старой привычке – еще в 70-е «Лаки Лучано» научился ценить молодые таланты – «Ювентус» заключил контракты с ними на пять лет.
Молодые и перспективные (по крайней мере так говорили о них в начале нового тысячелетия) россиянин с узбеком протирали штаны на лавке. В 2004-м этим решила воспользоваться «Реджина»: согласно законодательству ФИФА футболисты моложе 17 лет (а они на тот момент были моложе) могут подписывать соглашения сроком не больше трех лет. Вооружившись рекомендациями международной федерации футбола, «Реджина» заключила с игроками контракты.
Однако «Юве» быстро спохватился и удержал у себя обоих. Как? Используя влияние Моджи, конечно! С помощью федерации кальчо он нашел-таки брешь в законах и апеллировал к статье законодательства Итальянской Республики. КАФ (арбитражный суд) не без помощи лобби «Юве» признал законы ФИФА недействительными на территории Италии. И Будянский с Зейтулаевым вернулись к своему хозяину.
Зачем Моджи была нужна на скамейке наша молодежь, не знал, похоже, и сам дон. Он и фамилию россиянина толком выговорить не мог. Просто вцепился своими волчьими зубами в «свое» и не отдавал.
Моджи: Эй, Франческо, ты получил документы, которые я тебе прислал и КАФ, а?
Гирелли (секретарь Федеркальчо): Какие именно?
Моджи: Ну, эти, с русскими футболистами. Как их там…? Зейтулаев, кажется, и...
Гирелли: И?
Моджи: И Бу… Будяски.
Гирелли: Будяски?
Моджи: И Будянский! Да!
Гирелли: Будянский! Да, есть такой! Все будет ОК, Луча! Не волнуйся.
КРЕСТНОГО ОТЦА ПРЕДУПРЕЖДАЛ СЫН…
В сентябре 2004-го между доном Лучано и его сыном Алессандро произошел интересный разговор, к которому «серому кардиналу» стоило прислушаться… Ведь именно в это время (конец лета – начало осени-2004) полиция и прокуратура принялись прослушивать «Лаки Лучано» и его сподвижников. Но Моджи-старший, похоже, слишком верил в свою неуязвимость…
Алессандро: Короче, па, прими это как сведение. Я не до конца уверен, но я тут, как всегда, встречался с Прециози (экс-президент «Дженоа»)…
Лучано: Хм.
Алессандро: Он начал мне рассказывать, как меняется футбол, все эти Карраро, Гальяни(вице-президент «Милана». – Прим. ред.)… Да, он сказал, чтобы ты не доверял Монтедземоло (президент «Феррари» и председатель совета директоров группы компаний ФИАТ). Я поинтересовался: почему? Он ответил, что слышал разговоры в «Юве», будто там хотят дать пинка под зад всем, кроме Джираудо.
Лучано: Да это все чушь собачья.
Алессандро: Я говорю тебе то, что слышал. Ты бы прислушался, потому что Прециози – частый гость в этом окружении.
Лучано: Никогда его там не было.
Алессандро: Твое дело…
…Дело на генерального менеджера сильнейшей команды Италии завели спустя полтора года. Судебный процесс над Лучано Моджи стал самым громким в истории кальчо и самым болезненным для национального футбола, который по иронии судьбы тем же летом утвердился в статусе самого сильного в мире…
О том, как судили «Ювентус», читайте в завтрашнем номере «Советского спорта».
ТЕЛЕФОННАЯ КНИГА МОДЖИ-ГЕЙТА. КОМУ ЧАЩЕ ВСЕГО ЗВОНИЛ ЛУЧАНО МОДЖИ
Иноченцо Маццини (вице-президент федерации футбола Италии).
Моджи обсуждал с ним диспозицию сил в кальчо, проговаривал, к кому лучше обратиться с той или иной «просьбой». Иными словами, Маццини был кем-то вроде консультанта Моджи по делам федерации футбола и ее ресурсов. Помимо этого, президент «Юве» использовал Маццини для коммуникации с президентами других замешанных в скандале клубов. А также для давления на президента итальянской федерации футбола
Франко Карраро. Пьерлуиджи Пайретто (президент национальной судейской комиссии Италии).
Моджи обсуждал с ним варианты назначений судей на матчи чемпионата Италии, а подчас и еврокубков. Через Пайретто он осуществлял давление на итальянских арбитров.
Мария Грация Фаци (сотрудница федерации футбола Италии).
Чаще Фаци звонила ему сама. Суть их разговоров сводилась к отчетам Фаци о проделанной работе, звонках, совершенных ею по указанию Моджи.
Антонио Джираудо (исполнительный директор «Ювентуса»).
Моджи обсуждал с ним самые сокровенные планы, вырабатывал стратегию и тактику отношений с владельцами «Ювентуса». В сущности, это были разговоры двух друзей, коими эти двое остались до сих пор. Как утверждают итальянские журналисты, Моджи тратит уйму денег на международные разговоры с Джираудо, который сейчас обитает в Лондоне.