Бонусы букмекеров
ВидеоФУТБОЛ. МЕЖСЕЗОНЬЕ
С момента переезда в Россию форвард сборной Турции дал всего два больших интервью. Причина проста: Текке пока не преуспел в изучении «великого и могучего», по-английски говорит очень плохо. Вот и сейчас Фатих долго сомневался, сможет ли доступно объяснить свои мысли. Развеяв все сомнения турка, корреспондент «Советского спорта» услышал откровенный рассказ легионера о его многочисленных проблемах в «Зените». И о том, почему он не собирается никуда уезжать...
В «ЗЕНИТЕ» Я ИГРАЮ БЕЗ МЯЧА
Текке спускается в фойе отеля «Huis Ter Duin» в понедельник в девять часов вечера и, усаживаясь на диванчик, первым делом просит:
— Говорите, пожалуйста, медленно. Иначе мне тяжело будет вас понять.
— Хорошо. Кстати, почему у вас такие проблемы с английским? В турецких школах его не преподают?
— Да нет, я немного учил в школе английский, но когда это было-то, целых десять лет назад! Сейчас уже все забыл… Нужно было прошлым летом сразу нанимать репетитора – тогда я только-только прилетел в Петербург. А я промедлил, везде ходил с переводчиком и поэтому до сих пор не могу нормально поговорить с ребятами в команде.
— Исправите ошибку?
— Да, как только вернусь в Петербург, засяду с репетитором за учебники. И по русскому, и по английскому.
— Не из-за языковых ли проблем вы так быстро «скисли» в прошлом сезоне: забили в первых пяти матчах за «Зенит» четыре гола, а потом как отрезало?
— Здесь другая причина. В «Трабзонспоре» я привык играть совершенно иначе. Там, как только открывался, сразу получал мяч и бил по воротам. В «Зените» все по-другому. За все время я только три раза получил мяч в чужой штрафной! Мне приходилось отходить за ним в середину поля, много бегать — партнеры не замечали меня. Футбол – очень простая игра, только если в нее так же просто играть!
— Что вы имеете в виду?
— Когда каждый думает только о себе, добиться успеха трудно. Дриблинг – вещь, конечно, хорошая, в Турции тоже многие любят обыгрывать защитников один в один…
— В «Зените» не так?
— Если Андрей (Аршавин. – Прим. ред.) или Игорь (Денисов. – Прим. ред.) получали мяч, то они не замечали никого вокруг и сами шли вперед, в конце концов либо нанося удар по воротам, либо утыкаясь в защитников. Я ничего не имею против ребят и радуюсь, когда им удается отличиться. Но играя таким образом, команда никогда не сможет стать чемпионом.
ЗА ПОЛГОДА Я ПРИВЯЗАЛСЯ К «ЗЕНИТУ»
— За время сборов вам удалось решить эту проблему?
— Отчасти. Я уже лучше понимаю партнеров, они – меня. Но все равно я получаю мяч не так часто. Может быть, по ходу сезона ситуация изменится?
— А если нет?
— Я надеюсь на лучшее. Когда играл в Турции, у меня были предложения и от более именитых клубов, чем «Зенит». Но президент «Трабзонспора» не отпустил меня ни в «Аякс», ни в «Баварию», ни в «Эвертон», ни в «Уиган». Только «Зенит» смог предложить столько денег, что меня наконец-то согласились продать. Моего мнения никто не спрашивал.
— То есть вы поехали в Петербург против своей воли?
— Конечно, в Англии играть было бы интереснее… Но нет смысла жалеть о прошлом. За эти полгода я очень привязался к «Зениту», и именно поэтому мне хочется заиграть здесь по-настоящему.
Чтобы наглядно показать свою любовь к команде, Текке целует зенитовскую эмблему на клубном костюме.
— И все-таки, если в новом сезоне дела у вас не заладятся, что тогда? Попросите руководство клуба продать вас?
— Может быть, я начну думать об этом. Повторюсь – может быть. Сейчас же все мои мысли только о «Зените». А если не буду забивать, президент клуба сам не захочет видеть меня в команде.
Текке снова прибегает к языку жестов и, присвистывая, машет ногой, словно вышвыривает кого-то за дверь.
НА ПЕРВЫЙ СБОР ПРИЕХАЛ НЕ ГОТОВЫМ ИЗ-ЗА ВИРУСА
— Вы не принимали участия в первых спаррингах «Зенита» и приступили к нормальной работе только в конце января. Что случилось?
— В отпуске в Турции подхватил вирус. Противная штука: болела голова, мучился с горлом… В итоге все время провалялся в постели – это был самый худший отпуск в моей жизни! На первый сбор приехал неподготовленным, и результаты тестов оказались ужасными. Ближе к концу января вроде бы восстановился. Потом поехал в сборную на товарищеский матч, а когда вернулся в «Зенит», снова прошел тест на физическую подготовку, и результаты опять оказались очень плохими. Но сейчас уже все хорошо.
— Болячки преследуют вас в «Зените». Вы ведь в прошлом сезоне отыграли практически все матчи с травмой…
— Да, в двух встречах подряд неудачно приземлялся на левый голеностоп. В итоге не мог повернуть стопу, приходилось играть на уколах.
«ДЕВЯТКА» — МОЙ НОМЕР
— Когда вы выйдете на «Петровский» в первом матче нового сезона, болельщики могут вас и не узнать. Другая прическа, новый игровой номер…
— Ужасно, правда? – Текке показывает пальцем на свои волосы. У Фатиха теперь короткая прическа.
— Вовсе нет, вполне нормально.
— Подстричься решил в Турции. Но скоро волосы у меня снова отрастут. А про смену номера вы от кого узнали?
— Дик Адвокат сказал – теперь вы будете играть под девятым вместо 61-го.
— О, это было бы хорошо! Может быть, в новой форме все будет по-другому? Вообще «девятка» — мой номер. Он у меня был в «Трабзонспоре», и в сборной я под ним играю.
СЕМЬЯ СМОЖЕТ ПРИЕХАТЬ В ПЕТЕРБУРГ ТОЛЬКО ЛЕТОМ
— В бытовом плане уже обустроились в Петербурге?
— Да. Живу в самом центре города – недалеко от Зоологического музея. Плохо только, что чаще всего я нахожусь в этом доме один. Ведь жена и два ребенка остались в Турции. Трехлетний сын Мухаммед Беркай еще сидит дома, а вот дочка Берра, которой пять лет, уже ходит в школу – она у меня очень смышленая. Пока идет учебный год, они не могут ко мне приезжать, поэтому увижусь с ними я только летом. Хорошо, что еще брат с мамой периодически меня навещают.
— А друзья в Петербурге у вас появились?
— Есть только два человека, с которыми я близко общаюсь: это мой переводчик и шеф-повар одного из турецких ресторанов. С ним мы познакомились, когда я зашел поужинать в его заведение. И все, больше – никого. Поэтому в Петербурге чувствую себя одиноко.
Наступает пора прощаться. Чувствуется, что Текке без особой охоты поднимается с места и бредет в направлении лифта.
— А что мне в номере делать? – объясняет свое настроение турок. — На предыдущих сборах я хотя бы с Риксеном жил, а здесь меня почему-то поселили одного. Телевизор смотреть нет смысла: все равно не понимаю голландского языка. Спасает только чтение: очень люблю исторические книги и художественную литературу. И, кстати, уже прочитал Пушкина, Достоевского и Айтматова!