Видео
Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВФУТБОЛ
РАССЛЕДОВАНИЕ «СОВЕТСКОГО СПОРТА»
«Громкое, невероятно резонансное дело» – так отзываются следователи о происшествии в Кабардино-Балкарии («Советский спорт» рассказывал о нем в номерах за 21, 22, 23 апреля с.г.). Напомним, 18 апреля, за сутки до футбольного матча между московским и нальчикским «Спартаками», автобус со столичными болельщиками приехал в туристическую зону Приэльбрусья, на поляну Азау. В результате ночной драки серьезные ранения получили три фаната «Спартака» и несколько местных жителей. Прошло уже почти три недели, но так и не ясно: кто виноват в случившемся?
Мне назначили встречу в одной из приэльбрусских кафешек. За столиком сидели двое, и если бы мне предстояло наугад выбрать обладателя пистолета, ни за что в жизни не показала бы на узкоплечего парня в кожаной куртке и с пижонской стрижкой. На роль стрелка куда больше подходил его сосед, мощный мужик, смеривший меня с ног до головы неприветливым взглядом.
– Здравствуйте, я Алик*, – узкоплечий пожал мне руку и пригласил за стол. Официантка убежала накрывать ужин. Я включила диктофон.
– Выключите! – зыркнул сосед. – Мы не на допросе.
– Перестань, Артур, – перебил его Алик. – Вы хотите знать, что было той ночью? – вопрос уже ко мне. – Было страшно.
– Это вы стреляли?
– Да. Из травматического пистолета. Он куплен законно. Я стрелял в воздух, пытаясь предостеречь людей.
МЕСТО ПРОИСШЕСТВИЯ
Курортная зона Приэльбрусья начинается с Баксанского ущелья. Дорога, стиснутая отвесными скалами, бежит наперегонки с бирюзовой речкой Баксан. Из леса выглядывают селения и домики чабанов. Вдоль дорог бродят задумчивые коровы, а из кустов торчат уши лохматых ишаков, обгрызающих сочную листву…
Живописнейшая Кабардино-Балкария – один из самых бедных регионов в России. Люди берутся за любую работу, если за нее обещают 150 рублей в день. Самые лучшие условия – в туристической зоне, возле Эльбруса. Местное население, по сути, за счет туристов живет.
Поляна Азау – конечная точка ущелья. На этом курорте, в
«Шахризада», гостиница, в которой был устроен погром, стоит на возвышенности, на машине подъехать нелегко. А на автобусе – вообще невозможно. Именно поэтому болельщики, приехавшие сюда 18 апреля, поднимались на поляну пешком. Так же, как и ваш корреспондент, поселившийся в «Шахризаде» спустя две недели. Только мне возле гостиницы пришлось перешагивать через куски искореженного металла, ошметки черепицы и колотую плитку. Следы той страшной ночи…
УЧАСТНИКИ
Юсуф Курданов выстроил свою гостиницу в красивом месте. Прямо над крышей симпатичного здания, возведенного в восточном стиле – с длинными балкончиками и пятиугольными окнами, пролетают кабинки канатной дороги. За отелем громадными снежными лапами нависают горные вершины. Юсуф открывал «Шахризаду» четыре года назад, по частям, этаж за этажом. Все комнаты решил сделать разными.
– Выбирай любую, какая понравится, – администратор отеля Захира отпирает мне три номера. Минут пять ломаю голову – везде хорошо! Вот абсолютно зеленая комната с отличным видом на Эльбрус. Вот голубая. Вот розовато-оранжевая. Останавливаюсь на последней.
Что творилось в ней той страшной ночью?
На четвертом этаже, где я остановилась, особенно пострадала комната под тем же названием, что и отель, – «Шахризада». Юсуф Курданов назвал ее в честь дочери. Номер с мебелью, сделанной на заказ, сшитыми хозяйкой шторами и покрывалами. Приехавшим болельщикам эту комнату отдали в полное распоряжение. Они превратили ее в руины.
Выхожу на лестничную площадку, к огромному пластиковому окну. Из него москвичи выбрасывали пачки с отделочной плиткой, приготовленной хозяином отеля для ремонта. А первый этаж превратился в госпиталь: фанаты перенесли двух раненых товарищей в один из номеров, где те лежали почти полтора часа, дожидаясь «скорой»…
Впрочем, это была уже развязка событий, которые так по-разному трактуются сегодня их участниками.
Их было 74 человека, 73 парня и девушка, – именно столько насчитали местные жители, когда болельщиков под конвоем милиции выводили из туристической зоны на следующее утро. В Эльбрусском РОВД эту цифру не подтверждают и не опровергают: местные милиционеры вообще предпочитают играть в молчанку с журналистами. Большую часть приехавших составляли москвичи. Кое-кто был из Подмосковья. Несколько фанов подсели в автобусы в Воронеже.
– Я многих не знал. Мы с ребятами вообще приехали на Азау на маршрутном такси, оставив свой автобус в Пятигорске, – вспоминает Егор Шухарев. – Нас было 14 человек, примерно столько же к этому моменту уже приехало на поляну. И вечером еще люди подъезжали. Мы хотели просто отдохнуть. Знали, что в Приэльбрусье есть неплохие пансионаты. Провести там денек перед матчем «Спартака» было совсем неплохо.
Егора я разыскала, уже вернувшись из командировки. 28-летний москвич – один из трех серьезно пострадавших (черепно-мозговая травма) болельщиков московского «Спартака». У 22-летнего Константина Колчанова – тяжелое ранение поясничной области, у 21-летнего Игорь Ширенина – касательное ранение брюшной стенки…
И Егор, и все приехавшие болельщики, как уверяют эльбрусцы, были смертельно пьяны. Когда орава в 9 часов вечера завалилась в «Шахризаду», стало ясно: заселить гостей по-человечески, как того требуют правила, не получится. Какие паспорта, какая регистрация…
– Мы не были пьяны, – отмахивается Шухарев, когда я пересказываю ему слова очевидцев. – Такого, чтобы ходили на полусогнутых, не было! Все это страшно преувеличено. Да, кое-кто из ребят выпил, но они были лишь слегка навеселе.
Московских гостей расселили по номерам. До выстрелов оставалось всего два часа.
КОНФЛИКТ
Выйдя из «Шахризады», направляюсь в кафе небольшого отеля «Фрирайд». 18 апреля именно сюда первым делом направилась часть болельщиков. Кафе находится в самом бойком месте – рядом с канатной дорогой и прямо за местным рынком, на котором бабульки торгуют связанными из овечьей шерсти носками, шалями и шапками с надписью «Эльбрус». Внутри, за широким дубовым столом, заливаются смехом несколько сноубордистов, улыбчивые официантки бегают с подносами.
– Здесь все и началось, – показывает на дверь «Фрирайда» Юсуф Курданов.
По словам очевидцев, болельщики, усевшись в кафешке, потребовали ужин. Начали хамить. Но связываться с ними никому не хотелось – вплоть до того момента, пока фаны не сделали перерыв и не вышли помочиться… прямо на стены кафе. Перед окнами, за которыми сидели десятки туристов с детьми.
Произошла мелкая потасовка. Болельщиков выгнали из «Фрирайда» взашей. Всем уже было ясно, что этим дело не ограничится…
Выйдя из «Фрирайда», иду к соседней гостинице «Вершина». Резко контрастируя с восточной «Шахризадой», этот отель напоминает огромную русскую избу. Здесь в тот вечер тоже ужинали болельщики «Спартака».
– Зашли семь парней. С ними девчонка. Наши официантки подошли узнать, чего они хотят поесть. Выяснилось, что им нужен только коньяк, – у горничной Индиры, работавшей в тот вечер в «Вершине», до сих пор дрожат руки.
Под обильную выпивку дело дошло до стриптиза. Девушка, раздевшись до нижнего белья, нацепила другое платье. Охранник Расул попросил громко ржавшую компанию уйти...
Тучи сгущались.
Терпение местных, по словам хозяина «Шахризады» Юсуфа Курданова, лопнуло к 23-м часам. Столичные гости шли мимо вагончика проката горнолыжного снаряжения. Возле него стояли несколько рабочих.
– Болельщики ни с того ни с сего начали их оскорблять. Они просто искали драки.
И драка, разумеется, началась.
МИЛИЦИЯ
– Вашим фанатам меньше пить надо! – это первая фраза, услышанная мною в Эльбрусском РОВД. Я сижу в кабинете следователя Залима Березгова, который расследует ЧП под Эльбрусом. Залим напряженно молчит уже десять минут. Его коллега за другим концом стола заполняет бумаги. Вот уж кто говорит без передышки.
– Вы что, не знаете спартаковских фанатов? – удивляется он мне. – Это же настоящие звери. Представляете, что они сделали, проезжая милицейский пост? Вылезли из автобуса и стали отдавать нацистские приветствия!
А Залим Березгов на все мои расспросы продолжает упрямо мотать головой: «Не уполномочен с вами разговаривать».
– Эй, ну как поживает твое сверхсерьезное резонансное дело? – в дверь кабинета просовывается чья-то голова. Заметив меня, голова хихикает и исчезает.
Иду к замначальника Эльбрусского РОВД Рашиду Ахиеву, который исполняет обязанности отсутствующего шефа.
– Со всеми вопросами – в пресс-службу МВД республики, – и этот милиционер не слишком разговорчив. – У нас такие правила.
– Кто виновники драки?
– Покажет следствие. Нам это самим интересно.
– Что грозит человеку, стрелявшему в фанатов?
– Думаю, ничего. Его действия расцениваются как самооборона. Он стрелял, пытаясь защитить свою жизнь.
– Можете назвать его имя?
Немного помявшись, Ахиев называет стрелявшего. Я едва не подпрыгиваю от удивления вместе со стулом. Пальбу из травматического пистолета «Викинг» открыл по спартаковским болельщикам 36-летний директор одного из местных предприятий!
Через несколько часов я уже разговаривала с Аликом…
АЛИК
Наш стол постепенно заставляется тарелками с едой. Но кусок не лезет в горло. Алику – тоже.
– Вы стреляли в толпу?
– Нет, – Алик насторожился.
– Сегодня в милиции мне сказали, что только у вас был пистолет и вы из него стреляли по людям.
– Да это были не люди! – снова влезает в наш разговор Артур, грохнув по столу кулаком. – Так люди себя не ведут! Ребенку было понятно, что понаехало бычье.
– Это называется самозащита. – Алик отодвинул от себя тарелку. – Я начал стрелять, когда на меня пошли 15 человек. Если бы не мой пистолет, многим из наших не поздоровилось бы. Началась бы мясорубка.
– Алик, это вы ранили Константина Колчанова?
– Да, это был я…
«Пять спартаковцев находятся возле входа гостиницы «Шахризада». На них налетает около 20 человек с воплями, из которых самые мягкие – это «Русские свиньи!» и «Мы вас резали и резать будем!». На шум спускаются остальные москвичи – около тридцати. Нападавшие оттеснены и частично поколочены», – повествует в Интернете анонимный футбольный фанат.
На помощь болельщикам кинулись их товарищи, на подмогу местным – работники отелей. Вооружались кто чем – камнями, палками, бутылками. А потом раздались выстрелы. Сперва в воздух, потом по толпе. Константину Колчанову и Игорю Ширенину пули попали в живот…
Теперь мы знаем, кто стрелял. Но вопросов от этого меньше не стало.
(Окончание – в завтрашнем номере)