Златан Ибрагимович. «Если бы не футбол – сидеть бы ему в тюрьме»

ЗЛАТАН ИБРАГИМОВИЧ. Случайный знакомый в автобусе на трассе Осло – Мальмё, узнав, что я готовлю материал о лидере шведской сборной, аж подпрыгнул: «Так ты о Златане писать хочешь? Мой друг уже 20 лет детским тренером в клубе «Балкан» работает. Я тебя с ним завтра сведу. А знаешь, где вырос Ибрагимович? Я ведь с ним почти сосед. Был».Потом Йозеф (так звали моего знакомца-хорвата) основательно глотнул из фляжки и предался воспоминаниям:

- Наш клуб, а я болею за «Балкан» с 1979 года, с тех пор как переселился в район Розенгорь в Мальмё, основали несколько югославов прибывших в Швецию на заработки в конце 50-х. Однажды летним вечером 1962 года несколько иммигрантов из Югославии собрались после работы пропустить рюмочку в парикмахерской района Триангельн и решили создать свой клуб. Мы объединили всех, и хорватов, и сербов, и босняков с македонцами.

Это был первый настоящий футбольный клуб для переселенцев во всей Европе. Это сегодня в нашем районе есть и баскетбольная «Сербия», и турецкий борцовский клуб и гандбольный клуб боснийцев. Мы же сразу решили, что у нас будут все выходцы из  Югославии. Посмотри на наш герб. Мы – югославы! У нас Златан и начинал в свои 10 лет.

На следующий день я легко нашел ухоженное поле первой команды Ибрагимовича.

К сожалению, знакомый Йозефа уже не работает в клубе, и сегодня здесь не осталось никого, кто бы помнил юного Златана.

Иван Милошевич – председатель клуба совсем молод, ему всего 26.

– Златан был такой же пацан, как эти ребята, – он кивает в сторону собирающихся на тренировку детей. – Не хуже и не лучше, честно говоря, они все для нас одинаковые, ведь наша цель – убрать молодежь с улиц, чтобы занялись хоть чем-то полезным. Я сам вроде не старик, а порой не понимаю, что у них в голове?

У нас ведь нет никакой собственности, спонсоры снимают нам офис и арендуют поле с раздевалками, только трое в клубе на зарплате, но стараемся. Вылезли в третий дивизион. И всё же повторю. Главное – эти ребята. И портрет Златана  здесь в офисе для них, ведь можно всего добиться с помощью спорта».

Детство будущей звезде досталось непростое.

Бетонные коробки нового района Розенгорь, построенного  к северу от центра Мальмё в чистом поле в шестидесятые по программе «Миллион квартир», не привлекли привыкших к собственным домам шведов.

Зато именно здесь стали охотно селиться рабочие-иммигранты с Балкан, беженцы из Ливана и Сомали, толерантно называемые в стране «новыми шведами».

Половина населения двадцатитысячного «гетто» родились за границей, еще треть обитателей  – их дети.

Здесь полностью пропадает ощущение, что ты в Скандинавии.

Мужчины неспешно потягивают кофе в уличных кафе, кто они – безработные или мелкие жулики? Женщины переругиваются с балконов многоэтажек, развешивая белье. Подростки в стареньких гольфах лихо гоняют на мопедах и с оторванными глушителями и, как бы шутя, задирают друг друга, не стесняясь прохожих.

Жесткость жизненных установок «третьего» мира, постоянная готовность к конфликту, накладываются на западную вседозволенность для детей и либеральность законодательства.

Здесь и родился Златан, в многодетной семье боснийца и хорватки, приехавших искать счастья и денег в благополучную Швецию начала восьмидесятых.

Патриархальный жесткий отец, бывший единственным кормильцем в семье, не мог и не хотел уделять внимание своему Златко.

– Всем было непросто в середине 80-х, экономический кризис накрыл в первую очередь иностранцев, – вспоминает сосед семьи Ибрагимовичей Ивица Аванович, –  половина мужчин в округе сидела без работы, пособия были мизерные, дети были предоставлены сами себе. Златан слыл в свои десять лет грозой района и мои племянники не раз приходили домой с синяками после стычек с ним. Футбол просто спас его. Давно бы в тюрьме сидел. Я вам точно говорю.

Сам Ибрагимович, не любящий вспоминать своё детство лишь однажды в 2005 позволил себе разоткровенничаться в интервью воскресному «Таймс»:

«В нашем районе все знали всех и каждый охотно сплетничал о соседях, никогда в жизни у меня не было худшей репутации в Швеции. Почему? Ни я, ни мои приятели не считали себя «плохими парнями», но когда я сталкивался с людьми из нормальных районов, они не шли на конфликт. Боялись, наверное. Мы были мальчишками из Розенгорь, где, как гласила молва, «все воруют и режут друг друга ножами в подворотнях».

Ивица Аранович  продолжает:

-  Дети его возраста росли между двух миров, дома говорили на родном языке, в школе и между собой использовали шведский. Он даже не знал, на каком языке говорит, я спросил его при первом знакомстве: Ты говоришь по сербско-хорватски? Он в ответ: Я не знаю, как он называется. Это просто мой язык.

Его родители имели представление, что такое футбол,  но не относились к этому серьёзно ни мать – Юрка, ни отец – Сефик не придавали значения мальчишеской возне с мячом. Никто не думал отвести его на тренировку или хотя бы купить форму. Не до этого было.

Златан описывал это так:

«Из футбольной экипировки у меня был только мяч, свой собственный, и я таскал его повсюду с собой. С приятелями разучивали финты, бесконечно чеканили мяч. Больше мы ничего не делали после школы. Места во дворе было немного, кругляш мог улететь к старшим и уже не вернуться к нам или влететь в соседское окно. Мы были очень осторожны, по-настоящему дорожили мячом, не отпуская его от себя. И он тоже не отпускал нас. Я каждый день пытался разучить новый финт, иногда это получалось, но чаще мне надоедало повторять одно и тоже часами, и я по-детски ждал, что умение снизойдет само, как счастье с небес».

И этот день наступил. Златану было 10, когда кто-то из приятелей привел его на тренировку в футбольный клуб «Балкан». Кругом были все свои – югославы, парень как будто и не выходил за пределы двора. Детская команда в тот день в официальном матче «летела» к перерыву 0:4.  Почему бы не выпустить задиристого новичка? Хуже уже точно не будет. Что происходило дальше не поле, никто из очевидцев описать достоверно не берется, а я разговаривал с тремя свидетелями этой игры. Итог 8-5, и все 8 за свой первый клуб заколотил «чумовой парень», как почти официально называют сейчас Ибрагимовича в Милане.

Еще четыре года он выходил на поле в форме «Балкан», выступая за юношескую команду, где все были на два года старше его.

Футбол занял основное место в жизни Златана. Еле дотянув к пятнадцати годам девятилетку, он перешел в спортивную академию клуба высшей шведской лиги «Мальмё».

Футбол явно давался пареньку лучше любых наук. После трех лет в юношеской команде он безболезненно переходит в основу вылетевшего в 1999 году в первую лигу клуба и блестяще вытаскивает неоднократного чемпиона Швеции обратно в «вышку», записав на свой счет 12 голов.

Арсен Венгер уже в 2000 году настойчиво сватает его в «Арсенал», но английский клуб не смог предложить достаточной для шведов суммы, а «Мальмё» хотел выжать максимум из потенциального покупателя.

Деньги находятся у «Аякса», Лео Беенхакер уговаривает традиционно прижимистое руководство амстердамского клуба выложить 7,8 миллиона евро за блестящего юниора.

Самый дорогой за всю историю шведского футбола трансфер состоялся!

Клубный хронист «Мальмё» Матс Веман писал об этом игроке:

«Жесткий характер,  вбитый уличным воспитанием, эгоизм одиночки, ответственность бедняка, содержащего себя с пятнадцати лет отличали Златана от благополучных детей коренных шведов. Он смог. Вырос и взлетел. Удачи тебе – «канцлер» шведского футбола!»

Сегодня Ибрагимович может чувствовать себя королем.

Он счастливо женат на шведской модели Хелене Сегер, родившей ему двоих сыновей, построил в родном Мальме самый дорогой в городе частный дом за три миллиона евро, записал несколько песен, достаточно популярных в Швеции, но самое главное, он настоящий лидер «Интера» и сборной Швеции.

Нашим бы так!