Сергей Рыжиков: Смотрел на Бекиича – и только плечами пожимал

Встреча с Каном

«Когда начинал взрослую карьеру, образцом вратаря для меня был Оливер Кан. Я  восторгался его игрой за  «Баварию» и сборную Германии! Мне нравилось в Кане всё — лидерские качества, уверенность, атлетизм, прыгучесть, манера командовать партнёрами. С Каном у меня связана потрясающая история. Однажды я встретил его на улице! Году в 2010-м мы были с «Рубином» на сборе в Австрии, поехали погулять в Мюнхен - и там в центре города я встретил Оливера Кана! Я даже опешил - он в трёх метрах от меня прошёл. Его, кстати, никто не узнавал, никто к  нему не подходил. У  меня был порыв с  ним сфотографироваться, взять автограф, но я заколебался, да и ручки при себе не было. Так он и ушёл. Думаю, встреть я его сейчас - такого трепета уже бы не испытал. И,  наверное, подойти к нему желания бы не возникло. Сейчас я к этому отношусь намного спокойнее. В  2010-м году встреча с  Каном впечатлила меня намного глубже, чем могла бы впечатлить сейчас».

Экстравагантный Евсеев

«В Локомотиве» мне помогал освоиться земляк Алексей Поляков. Он всё показывал, приютил у себя дома, кормил. Перед моей первой тренировкой в «Локомотиве» указал на место в раздевалке: «Садись рядом со мной, вратари здесь располагаются». Когда один за другим стали заходить полевые игроки, я  заволновался. Лоськов, Евсеев, Измайлов, Асатиани, Маминов, Билялетдинов, Гуренко, Сенников… Звёзды, легенды «Локомотива»! Каждый представлялся по имени, хотя их всех я заочно давно знал. А вот слышали когда-нибудь они о  вратаре Сергее Рыжикове  - это мне было неизвестно. Сразу пошли шутки, разговоры о  проведённом отпуске.

Самая экстравагантная манера общения была у  Вадима Евсеева, он  сам по  себе человек экстравагантный. Меня называл «Серенький», а любимым выражением у Вадика было: «Ни в  коем случае». Евсеев отличался резкими перепадами настроения. Не  с  хорошего на  плохое, а  в  эмоциональном градусе. То вдруг взорвётся, то тут же успокоится».

Сны Бышовца

«Перед моим вторым сезоном в «Локомотиве» главным тренером стал Анатолий Бышовец. Его выделяла манера подачи себя. Своеобразный человек, с  очень оригинальной манерой общения. О  своем игроцком прошлом с  восторгом не  рассказывал, не  было такого, чтоб на  каких-то примерах подчеркивал, каким он великим был футболистом. Но  говорил часто афоризмами, цитировал стихи, мог подытожить диалог: «Собака лает  — караван идёт». Иногда удивлял неожиданными выводами и  фразами с  загадочным смыслом.

Анатолий Федорович был склонен часто искать подвох, заговор вокруг себя. Как-то стал объяснять о различии взглядов людей. Поднял руку, на  ней были часы  - золотой «Ролекс». Говорит: «Все люди разные. Один здесь видит пальцы, другой - кисть, кто-то видит золото. Моя задача - чтоб вы все видели одинаково.

На тренировках Бышовец тоже бывал неординарен. Иногда говорил: «Мне сегодня приснилось упражнение, давайте его попробуем». Но выглядело это нормально - все упражнения были футбольными. Запомнилось ещё, что он хорошо играл в теннисбол. Они с  тренерами после тренировки часто на  маленькой площадке оставались играть».

Два разных чемпионства

«Первое чемпионство «Рубина» оказалось намного труднее, чем второе. В  2008-м у  нас было много новичков, мы  часто играли вторым номером, нас воспринимали выскочками. А  в  2009 году «Рубин» уже стал другим. Состав  опытней, уверенней,  тогда пришли Сезар Навас и  «Чори» (Алехандро Домингес), они добавили команде стабильности и  креатива. Мы лучше стали играть в  атаке, одержали больше десяти крупных побед, а  Чори с  Бухаровым забили по  16  мячей. Легким наше второе чемпионство не назову, но турнирного напряжения тогда было намного меньше, чем в  2008-м.  Качество футбола во  втором сезоне было на голову выше».

Странности Бердыева

«Внутри команды у «Рубина» всегда был коллектив. За исключением одного сезона  - при Хави Грасия. Тогда накупили футболистов, которых Грасия не  просил, причем привезли новичков ещё до его прихода. Да и после возвращения Бердыева коллектива в «Рубине» тоже не было. Мы часто тренеров не понимали. У Бердыева и Кафанова проскакивала странная фраза: «А вот у нас в «Ростове» было так». Это могло прозвучать где угодно - на поле, на теоретическом занятии или в раздевалке.

«А у нас в «Ростове», а  у нас в «Ростове»... Эти слова для меня были как ножом по  сердцу. Мы  переглядывались с  Гекденизом Караденизом и недоумевали, при чём здесь «Ростов». Они там работали только два с половиной года. Что такое этот срок по сравнению со временем в «Рубине», по  сравнению с достижениями, которых штаб Курбана Бердыева в Казани добился?! Меня эти слова, с упоминанием их  предыдущего клуба, коробили. Я  про себя думал: «Бекиич, ты как тренер вырос в  «Рубине», все трофеи выиграл в Казани, откуда здесь взялся этот «Ростов»?! Мы  только плечами пожимали».

Показуха и коварство «Красавы»

«Когда я получил предложение стать главным тренером «Красавы», меня предостерегли сразу. Я шёл туда работать с братом Андреем – он тренер вратарей – и помощником Георгием Микадзе. Они засомневались. В  первую очередь из-за параллельной деятельности Савина. Сказали: «Серый, он  же блогер. Это несерьезно». Их  настороженность и по ходу работы никуда не пропадала.

Ежедневно на тренировках сказывалась шоу-направленность проекта. К  постоянной публичности пришлось привыкать. Камеры были везде! И происходящее в раздевалке на видео снималось, и дроны на тренировках летали. Это не мешало, но вносило дискомфорт. А вот мешало, когда видеооператор во время упражнения вбегал в квадрат с камерой. Я сразу свистел, спрашивал: «Что ж ты делаешь»?!

С Жекой мы обсуждали это каждый день, он заверил, что будем находить компромисс: что снимать можно, что нельзя. Но останься мы в «Красаве» надолго - я не смог бы так работать. Я  любитель порядка и  тишины, последовательной работы. Футболистов на этом уровне надо поддерживать и  помогать им  развиваться. А  не  орать матом в  раздевалке или бить себя кулаком в грудь».

«Наше сотрудничество с «Красавой» завершилось, когда между первым и вторым сбором я ехал из Белгорода в Казань. Известная история с пивом уже случилась, но мы ее уладили. Казалось, что уладили. А в пути я получил от Савина аудиосообщение, на  семь минут! Он сетовал, что мы нагадили ему в душу и уничтожили его мечту. Хотя, когда в последний день сбора он в свою честь слушал тосты, то улыбался и ничего не говорил. В итоге донёс до меня решение: мои помощники уходят, а я с доктором остаюсь». Я сразу ответил, что без своих помощников работать не  буду. И  выглядело это несправедливо - пиво пили все, а убирать из команды он собирается только двоих. Дальше дискутировать смысла уже не  было. Я  напоследок сказал: «Жень, перед тем как судить кого-то, посмотри в зеркало на себя». Оказалось, что этот разговор он записал и потом выложил мои слова в ролике».