Александр Филимонов: Кто придумал, что второй раз в «Спартак» не зовут?

- Как после «Зари» из Бельц, чебоксарской «Стали» и йошкаролинской «Дружбы» попасть в московский «Спартак» и сборную России?
- Единого рецепта точно нет. Если просто: тренироваться и верить в себя.

- Многие и тренируются, и верят в себя!
- Значит, чего-то не хватает. Может быть, мастерства, может быть, не нашли свою команду и своего тренера. Еще желательно получить стечение обстоятельств и немного удачи.

- У вас как получилось?
- Первый раз мы разговаривали с Олегом Ивановичем Романцевым по окончании чемпионата России 1995 года. Дело было в Москве, сразу после игры против «Спартака». Но тогда, возможно, я чего-то не понял или Олег Иванович после игры не так объяснил. В общем, к согласию не пришли.

- Принято считать, что второй раз в «Спартак» не зовут.
- И я тоже так думал… Но в межсезонье приехал в офис ПФЛ, который тогда находился на Солянке, а там как раз заявлялись представители «Спартака» Валентин Покровский и Валерий Жиляев. И говорят мне: «О, Саша, а мы тебя никак не можем найти». Я пожал плечами: мол, никуда и ни от кого не прячусь. Был я тогда без команды и без контракта, а до начала чемпионата оставались считанные дни. Но в итоге все сложилось удачно, и я попал в «Спартак».

- Как влились в команду, которая уже трижды выигрывала чемпионат России?
- Нормально все получилось. В 1995 году «Спартак» завоевал только бронзу, многие ведущие игроки уехали за границу. Их место заняла молодежь. Получилось так, что я был более опытным, чем большинство одноклубников. Успел поиграть в еврокубках за «Текстильщик». За плечами у меня были три сезона в высшей лиге, а некоторые ребята не провели в ней ни одной игры.

- Финансовые условия в «Спартаке» отличались от камышинских?
- Были получше, но не кардинально.

- Квартиру сразу получили?
- Нет, почти год жил с женой на базе в Тарасовке. Последний из игроков основного состава. Многие тогда уже начали снимать квартиры. Пока команда была на сборах, я ездил на тренировки дубля. Сначала на электричке до Ярославского вокзала, потом на метро до «Сокольников». Уже оттуда забирал автобус. Потом – назад в обратном порядке.

- Жена не выла от одиночества? Вокруг-то – только лес.
- Ну, можно было в Москву ездить. Нормально все было.

- С Романцевым часто довелось общаться один на один?
- За шесть лет говорили с ним раза три, не больше. Запомнился его разбор нашей игры с «Литексом» в Лиге чемпионов. На выезде «Спартак» победил 5:0, а дома – 6:2. Так вот Олег Иванович мне предъявлял претензии за один из пропущенных голов. Я ввел мяч на Дмитрия Парфенова, его накрыли прессингом, потом было еще три передачи. Но виноватым оказался я. Такие требования были в «Спартаке». Сейчас же смотрю, как ребята двигаются, пасуют. Некоторые даже понятия не имеют об удобных и неудобных передачах. Причем, во всех лигах. Грустно становится.

- Можете выделить самые яркие матчи в составе красно-белых?
- Меня часто спрашивают про яркие матчи и моменты, а мне больше запоминались результаты целого года или какого-нибудь протяженного турнира. Первый чемпионский титул, второй, третий… Всего накопилось шесть. Выделить какой-то очень сложно.

Еще хотелось бы отметить сухую серию в 720 минут. Ведь «Спартак» считался атакующей командой, которая мало внимания уделяет обороне. Но серия такая была, и это – заслуга всей команды.

- Вы шесть сезонов провели в «Спартаке». Не мало?
- С одной стороны, немало, ведь немногие шесть лет подряд становились чемпионами России. С другой стороны, можно было, конечно, подольше играть в такой команде, как «Спартак», меня же никто не выгонял.

- Почему же не остались?
- Первая и главная причина – хотелось попробовать свои силы за границей. К тому же чувствовал, что в клубе уже происходит что-то не то. Начинались какие-то непонятные процессы. В итоге «Спартак» потом 16 лет не мог стать чемпионом… Я же ушел победителем.

- Как расстались? Из «Спартака» мало кто уходил хорошо.
- Без скандалов и обид. Поговорили с Олегом Ивановичем перед сезоном. Я сказал ему, что есть желание выступать в каком-либо сильном европейском чемпионате. Он ответил, что, если поступит достойное предложение, отпустит. В ходе сезона приезжали представители «Монако», но как раз в том матче я остался в резерве. В итоге уехал в киевское «Динамо», где искали замену получившему травму плеча Шовковскому. Киевлянам нужен был русскоязычный вратарь с опытом игры в Лиге чемпионов. Решили вопрос за два дня.

- В «Уралане» с Кирсаном Илюмжиновым познакомились?
- Конечно. Мой переход шел через него. Я прилетел из Киева в Москву, и в представительстве Республики Калмыкия мы проговорили восемь часов. Очень долго выясняли нюансы контракта. Начали седьмого марта, а закончили восьмого.

- Какие-то суперпремии вам полагались после самых ярких побед?
- До меня такое было, когда «Уралан» дома выиграл у «Спартака». Мы тоже красно-белых победили в Москве в 2002 году. И это были действующие чемпионы России. Но суперпремий не дождались. Думаю, после той игры Олег Романцев решил взять меня на чемпионат мира-2002. До этого я какое-то время в сборную не вызывался.

- Илюмжинов хотел сделать «Уралан» чемпионом России?
- Не слышал про это. Меня Сергей Павлов пригласил прямо перед стартом сезона, когда все задачи были озвучены. Вряд ли в тот год, когда только вышли из первого дивизиона, они могли бы замахнуться на что-то большее, чем место в десятке. После моего ухода команда вылетела из высшей лиги, а еще через год прекратила свое существование.

- Что за история со звездочетом, из-за которого вы потеряли место в основном составе команды?
- Был астролог, который, видимо, помогал советами Илюмжинову в бизнесе. В какой-то момент он стал чаще бывать в команде, выяснял у игроков даты рождения, вел какие-то беседы.

- А в отделе кадров или у администраторов он не мог узнать дни рождения?
- Не знаю. Он предпочитал спрашивать лично.

- С вами тоже беседы проводил?
- Со всеми.

- Какие выводы делал?
- Сам определял: у тебя завтра такой-то график. Даже не знаю, советовался он с главным тренером или нет.

- А что вам не понравилось конкретно?
- Он добрался и до раздевалки. Начал предъявлять претензии игрокам, критиковать, оскорблять. Ну, я, на правах капитана команды, высказал все, что о нем думаю в достаточно резкой форме.

- Его реакция?
- На следующей игре я оказался в резерве. Так звезды совпали, наверное. И на ближайшие матчи тоже.

- Получается, главный тренер Игорь Шалимов шел у него на поводу? Или указания исходили от «патрона» клуба Илюмжинова?
- Не знаю. Это был первый серьезный клуб Игоря. Возможно, он просто не знал, как правильно выстраивать отношения с руководством. Для меня ситуация банальна: в раздевалке должны быть только тренеры и игроки, а не посторонние люди, которые не участвуют в тренировочном процессе. Только главный тренер отвечает за результат.

- После того конфликта со звездочетом тот продолжал приходить в раздевалку?
- Кажется, все-таки гораздо реже.

- Вы вернулись в основной состав?
- Несколько матчей я провел в резерве, потом, после травмы Юрия Окрошидзе, вновь начал играть. Юрий поправился, и я вновь угодил в запас. На этом мое участие в судьбе «Уралана» завершилось.

- В пляжном футболе вам понравилось?
- Очень.

- Но там же мяч хаотично летает, отскоки непредсказуемые. А для вратаря это самое страшное.
- Есть такое дело. Там и правила другие, и техника с тактикой отличаются. Вратарю, как раз попроще – везде надо ловить мячи. Мне объяснили некоторые нюансы, я начал играть, и понравилось.

- Зато при диком отскоке никто не обвинит в пропущенном мяче.
- Не все так просто. Но если отскок происходит рядом с вратарем, доля его вины есть. Поэтому желательно не давать мячу опуститься на песок. Этому, кстати, меня учили на заре карьеры. Поля-то были не очень хорошего качества. Новое поколение, которое выросло на ровных искусственных полях, это даже не понимает. Пытаюсь им объяснять, что матчи больших команд, в основном, проходят на натуральных газонах, а там бывают кочки.

- Сейчас могли бы играть, скажем, в чемпионате России по пляжке?
- Готов, приглашайте.

- Мы с вами разговариваем в долгопрудненском спорткомплексе «Водник». Что здесь делает экс-вратарь сборной России?
- Здесь находится филиал моей вратарской академии. Занимаюсь с юными вратарями.

- И играть продолжаете, хотя в мае прошлого года официально объявили о завершении игровой карьеры.
- Тогда стал помощником и советником президента ФК «Долгопрудный». Продолжил играть за команду Любительской футбольной лиги (ЛФЛ) «Интер». С ней мы стали чемпионами Северного округа Москвы. Ребята из «Интера» также выступают за ФК «Росич» из Московского, который играет в ЛФК (любительские футбольные команды). Там сломался вратарь, и меня попросили помочь. В итоге мы стали чемпионами Москвы. Еще один титул в биографии.

- Когда все успеваете?
- График, конечно, очень плотный. Но вот в 2011-м я играл сразу за пять команд одновременно: ФК «Долгопрудный», пляжный «Локомотив», сборную страны по пляжке, за ветеранскую команду в первенстве Москвы имени Льва Яшина, за ветеранов «Спартака» и еще ездил на коммерческие турниры.

- Занимающиеся у вас дети знают, кто их тренирует?
- Я думаю, что да. Родители наверняка им рассказали.

- Болельщики «Спартака» среди пап-мам есть? Не надоедают ностальгическими вопросами?
- Да некогда их задавать. Времени для ностальгии просто нет. Общаемся только по вопросам подготовки и воспитанию детей. Как им чего-то достичь, как исправить недостатки.

- Казалось, вы нашли место в тренерском штабе Дмитрия Аленичева. Были в «Арсенале» тренером вратарей и одновременно выходили на поле. Почему сотрудничество завершилось?
- Более того, я выводил команду на поле в качестве капитана. А потом возникло недопонимание с Дмитрием Анатольевичем.

- Обида на Аленичева осталась?
- Нет. Просто Дмитрий Анатольевич многого не знал, а ему что-то неправильно преподносили. Мы прекрасно общаемся, в том числе и на ежегодном Кубке легенд. Я также регулярно приезжаю к нему перед Новым годом, когда Дмитрий проводит свои знаменитые предновогодние футбольные матчи. На них собираются ребята нашего поколения.

- Обсуждали это недопонимание?
- Будет время, сядем и обязательно обсудим. Я благодарен Дмитрию за опыт, за то, что он не вмешивался в работу. Сотрудничать было очень приятно.

- Видели вашу фотографию с длинными волосами. Когда решили бриться наголо?
- Долгая история. В детстве в год чернобыльской аварии наш класс побрили наголо в гигиенических целях и вывезли на море. Мне это понравилось. Потом я повторил это в Камышине, где летом очень жарко. Побрился в перерыве между кругами, но и фарт пропал, и Павлову это было не по нраву. Пришлось вновь отрастить волосы. Еще раз попробовал уже в «Спартаке» после чемпионского сезона 1997 года.

- Романцева это не раздражало?
- Нет, поэтому и решил оставить этот стиль.

- Со Станиславом Черчесовым где пересекались?
- Только в сборной России.

- Были у него задатки будущего «тренера республики»?
- Он всегда анализировал соперника, мне советы давал.

- Кто из вас был первый, кто – второй?
- По-разному. Конкуренция в наше время среди вратарей была ого-го: Дмитрий Харин, Станислав Черчесов, Александр Филимонов, Сергей Овчинников…Тренерам сборной было из кого выбирать. Меня первый раз вызвал Борис Петрович Игнатьев, мы победили дома Францию 1:0. Потом играл у Анатолия Федоровича Бышовца и Олега Ивановича Романцева.

- Сейчас со Станиславом Саламовичем созваниваетесь?
- Чтобы специально – нет. Но, когда встречаемся, общаемся хорошо.

- На чемпионате мира в Японии и Южной Корее вы на поле не выходили. Все три матча провел Руслан Нигматуллин. Это из-за того, что ушли из «Спартака»?
- Если бы у Олега Ивановича были такие мысли, то я вообще в состав не попал бы. В тот год Нигматуллин выглядел сильнее и являлся лидером среди российских вратарей.

- Про печально известный гол Андрея Шевченко в матче Россия – Украина отборочного турнира к Евро-2000 вас все журналисты спрашивают?
- Не все.

- Что творилось в раздевалке после финального свистка?
- Тишина.

- И все?
- Да.

- Вам партнеры предъявляли претензии?
- Нет.

- Когда приехали играть за киевское «Динамо», тот гол вспоминали?
- Напоминают только здесь, в России. Может, это мазохизм какой-то? Самое интересное, что из борьбы за путевку на Евро-2000 мы могли вылететь гораздо раньше. К примеру, если бы не выиграли в Париже у французов. Никто еще не вспоминает, что тот отборочный турнир Россия начала с трех поражений подряд.

- Лично вы как это восприняли? Сильно переживали?
- Некогда было переживать. Через шесть дней предстоял матч с «Локомотивом», один из ключевых в борьбе за чемпионство. Его мы выиграли 3:0.

- Получается, Романцев в вас не разочаровался?
- Я продолжал выходить в основном составе «Спартака». Олег Иванович видел меня каждый день на тренировках и понимал, что я в порядке. Вот псевдоспециалисты утверждают, что я сломался психологически, закончился, как вратарь. Но забывают, что после этой игры я три раза стал чемпионом страны и попал в сборную на ЧМ-2002.

- Болельщики не свистели в ваш адрес?
- Тогда нет. Истерия и нагнетание началась где-то через полгода после игры с Украиной. Кому-то это было нужно и поэтому искусственно раздували. Спартаковские болельщики, кстати, в ней не участвовали. Спасибо им. А вот фанаты других команд часто кричали обидные слова.

- А в лицо кто-то высказывал претензии и недовольство?
- Никогда.

- Футбольные сны случаются?
- Да.

- Часто снился тот гол Шевченко?
- Ни разу. Голы пропущенные не снятся. Чаще – хорошие моменты.

- На футбол ходите?
- Крайне редко.

- Почему?
- «Спартак» не зовет. Поэтому нужно звонить, договариваться, тратить на это полдня, либо билеты покупать. Не хочется этой суеты. Да и времени жалко.

- Как относитесь к Александру Панову, который вдруг стал ярым фанатом «Спартака»?
- Нормально, пусть болеет, если хочется.

- А в Питере перед игрой «Зенита» и «Спартака» ему болельщики тумаков надавали.
- Странно, ведь в Питере много спартаковских фанатов.

- Каково ваше отношение к огромным зарплатам в нашем футболе?
- Двоякое. С одной стороны хорошо, что ребята стали много получать. Я всегда за то, чтобы футболисты хорошо зарабатывали. С другой стороны, зарплата не подкрепляется мастерством. Это – не рыночные цены. В Европе игроки аналогичного уровня получают меньше. Здесь – проблема. Выходит, что ключевое слово – получают, а не зарабатывают.

- Вы поиграли во всех эшелонах российского футбола. Какой сейчас уровень?
- Он даже за три года моего пребывания в ФК «Долгопрудный» упал. Финансирование снижается, клубы прекращают свое существование, уходят люди, которые тренировались с большими мастерами. Сейчас многие команды ПФЛ мало чем отличаются от клубов ЛФК.

- Хотели бы вернуться в большой футбол и поработать в премьер-лиге?
- Конечно.

- Тренером вратарей или, как Черчесов, главным тренером?
- Тренером вратарей. Это – то, что я знаю досконально. Понимаю в этом деле гораздо больше, чем любой наставник наших клубов премьер-лиги.

- В РПЛ работает много спартаковцев: Аленичев, Парфенов, Валерий Карпин, Вадим Евсеев, Рашид Рахимов… Готовы позвонить кому-нибудь и предложить свою помощь?
- Звонить точно не буду. Все они знают мой номер телефона и как меня найти. Не зовут, наверное, потому, что всех устраивает положение дел в их клубах.

- Может быть, не зовут потому, что не боитесь говорить правду в глаза?
- Возможно.

- А если поступит предложение?
- Буду думать. Я же еще помогаю Александру Кержакову в работе с юношеской сборной России. Придется как-то пересматривать все графики.