ЭКСКЛЮЗИВ
Бонусы букмекеров
ФУТБОЛ
ВСТРЕЧА ДЛЯ ВАС
У этого человека, который когда-то устроил фантастически выгодный трансфер Сергея Реброва в «Тоттенхэм», помог Олегу Блохину получить не имеющий аналогов в Москве контракт, а также консультировал Алишера Усманова при покупке части акций лондонского «Арсенала», как всегда, свой взгляд на вещи. И на сей раз парадоксальный: Шандор Варга считает, что если бы не грянул финансовый кризис, его стоило бы придумать. Варга рассказывает, почему России выгоден финансовый шторм, какой должна быть философия нашего футбола, и призывает игроков поменьше думать о деньгах.
«В ШТАТАХ НАЧАЛИСЬ САМОУБИЙСТВА»
— Шандор, вас уже штормит? Вы не покупаете омаров, не ездите на «Мерседесе» и не летаете бизнес-классом?
— О финансовом кризисе слышу часто. Что до меня и моей семьи, то кризис коснулся – вернее, пока не коснулся – только моей дочери. Она окончила экономический факультет Кембриджа и устроилась три месяца назад в лондонский банк.
— «Леманн»?
— Упаси бог! «Леманн» уже банкрот. Так вот, банк дочери не так увяз в фондовой бирже, как остальные. Я был у дочки, и мы немного пошутили: «Ну вот, доченька, устроилась ты в банк три месяца назад и вызвала мировой финансовый кризис».
— Хороша шутка…
— Если все время думать о кризисе, можно сойти с ума. Знаете, об этом не говорят, но в Штатах довольно много случаев, когда банкиры стреляются. Те, кто не стреляется, терпят.
— Российский анекдот кризисного времени — встречаются два дворника, один другого спрашивает: «А вы в каком банке работаете?» Как шутят лондонские банкиры?
— Не до шуток как-то… Дочка работает в субботу и часть дня в воскресенье. И в обычные рабочие дни в офисе все сидят допоздна. Банкирам сложно найти работу, многие оказались на улице. Но убежден, что людей производства, реальных тружеников кризис коснется в меньшей степени. Этот мыльный пузырь устроили финансисты – им его и расхлебывать. Мои друзья говорят, что американцы, устроившие всю эту штуку с кризисом, — фальшивомонетчики. За их долларами ничего не стоит. Ни виноградников во Франции, ни нефти в Сибири, ни японской техники. Американцы потребляют больше, чем могут себе позволить. В этом проблема. Это американские миллиардеры потеряли состояния, это там, повторяю, началась волна самоубийств среди финансистов.
— Футболу самоубийства не грозят? Его кризис не коснется?
— Честным труженикам, а к ним я отношу и многих футболистов, кризис не так страшен. Кстати, как и честным футбольным финансистам. Я разговаривал с Арсеном Венгером, генеральным менеджером и главным тренером «Арсенала». Так вот, клуб построил не так давно стадион за 300 миллионов фунтов. И вложения нужно было как-то оправдывать. «Арсенал» на месте старого стадиона «Хайбери» планирует построить жилой комплекс. А выручка с каждого матча? Помножьте-ка 66 тысяч болельщиков, а на «Эмирэйтс» всегда солд-аут (все билеты проданы – англ.), на
«КТО ЗНАЛ АБРАМОВИЧА ДО ЕГО ПРИХОДА В ФУТБОЛ?»
— Этого Венгеру хватит, если английский футбол тряхнет?
— Если даже и не хватит, то венгеровскому «Арсеналу» помогут футболисты.
— Скинутся, создадут черную кассу взаимопомощи родному клубу?
— Все проще. Уверен, что игроки подвинутся по зарплате.
— Кто? Суперзвезды Фабрегас и Адебайор? Игроки-иностранцы?
— Да. Как-то раз мы говорили с Венгером у автобуса команды, когда игроки собирались на тренировку. Мимо нас проходил сплошной молодняк. Я чувствовал себя, словно на базе школьной команды! И вдруг идет 21-летний Фабрегас. «О! А вот и мой ветеран!» — расцвел Арсен.
— То есть игроки «Арсенала» подвинутся по зарплате только потому, что молоды? И большие деньги заработать еще успеют?
— Не только. Суть философии «Арсенала» — создание команды на базе либо воспитанников своей академии, либо комплектация из футболистов, которых привезли в клуб совсем мальчишками. Для них этот клуб – дом. Когда дому плохо, они, сто процентов, готовы будут затянуть пояса. И произойдет это безболезненно, без конфликтов.
— Вы намекаете, что у остальных английских клубов будут забастовки?
— Нет, многие понимают — если заполыхает в нескольких местах, рухнут почти все. К тому же есть и такие игроки, которым стыдно за свою высокую зарплату.
— Шандор, по-моему, вышесказанное звучит утопически.
— Нет.
— Хотя бы один пример?
— Уверен, Джон Терри. Для этого парня главное — футбол, а не деньги, которые он им зарабатывает.
— Обсудим еще одну тему. Вы говорите, что кризис затронет богачей-финансистов. Но ведь в Англии они содержат большую часть клубов. Значит, пусть и по касательной, проблемы богатых заденут и футбол.
— И это не проблема. Для Англии это даже хорошо. Прежние хозяева клубов здорово заработали на инвесторах-иностранцах. Футбол – это политика. Кто знал Абрамовича до того, как он купил «Челси», кто интересовался судьбой шейхов, которые инвестировали в «Манчестер Сити», или американское семейство Глейзеров до их прихода в «МЮ»? Кто будет следить за ними, когда те уйдут с футбольного рынка? И так всюду. Берлускони стал премьер-министром Италии через работу в «Милане». Для VIP-персон футбол – отличный пиар, который нельзя бросать.
— У английских клубов долгов — на три с половиной миллиарда фунтов. Такой дорогой пиар можно и бросить.
— У «Реала» тоже много долгов, но это самый богатый клуб мира, он покупает футболистов за огромные деньги. Поймите, ваша тревога за футбол напрасна. Большого кризиса, во-первых, не будет. Во-вторых, найдутся те, кто понимает сам и убедит других: лучше потерять часть, чтобы сохранить главное – футбол. Кризис – это проблема больших банков, финансовых корпораций, миллиардеров, вообще большого богатства. К тому же футбол – сам по себе неплохой бизнес, который никто не хочет потерять.
«В РОССИИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО КРИЗИС – ФУТБОЛЬНЫХ МЕНЕДЖЕРОВ»
— Только не в России, Шандор.
— Это точно. Футбол у вас не бизнес.
— Что это значит применительно к кризису?
— У России куда больше шансов потерять высококлассный футбол, чем, к примеру, у Англии. И российский футбол, как и футбол всей Восточной Европы, в опасности. Если Суркисы и Ахметов на Украине, Федун в России отойдут от игры, то много желающих встать на их место не найдется. И это проблема. Футбол в Восточной Европе, в России и на Украине в частности не встроен в экономику, не развивается по рыночным законам. Им нельзя зарабатывать.
— Разве «Спартак» не заработал на Павлюченко, а «Зенит» не мог сделать то же самое, продав Аршавина?
— Случай с Аршавиным – это как раз пример того, что российский футбол – не бизнес. Я знаком с президентом «Тоттенхэма». Они поднимали цену за Аршавина постепенно, а в конце концов были готовы заплатить и требуемые «Зенитом» 25 миллионов евро. В последний день летнего трансферного окна президент английского клуба позвонил мне и попросил телефон главы «Газпрома» Миллера – англичане поняли, что никто другой в «Зените» не может принять решение об отъезде Андрея. По сути в Питере не захотели продать футболиста в момент его наивысшей трансферной стоимости. Это не бизнес. Я не понял и сторону игрока. Как могли агенты Аршавина не записать в контракте спортсмена возможность его продажи, не вписать отступные?..
— Аршавин больше никогда не будет стоить 25 миллионов?
— Нет. Клубы, в том числе и английские, стали больше думать о деньгах. Философию потребления заменит философия Венгера. И этим же путем, чтобы выжить, должны пойти и российские клубы. Тем более что ресурсы-то людские колоссальные!
— Почему в России боятся перейти на арсенальскую модель?
— Потому что в России нет футбольных менеджеров.
— Это спорно. За последние три года плохие менеджеры выиграли пару Кубков УЕФА и Суперкубок.
— Вы путаете. В России есть те, кто умеет тратить деньги, договариваться об их выделении. Но нет профессионалов, способных сделать систему с опорой на своих игроков и помочь клубу не зависеть от дарителей. От футболистов-иностранцев.
— Шандор, вы деньги зарабатываете не на своих. Вы должны привозить иностранцев и говорить, что в России нет хороших футболистов.
— У вас плохие футболисты? Это после Евро-то? Нет, футболисты хорошие.
— А менеджеры почему плохие?
— Проблема в истории. У вас всегда футболом занимался кто-то, кроме профессиональных менеджеров. Сначала это делали компартия или завод, к которому относился клуб, потом министерство. Сейчас — бизнесмены и спонсоры. Кое-где – опять министерства, фактические монополисты на сырьевом рынке. А где же ваши Галлиани и Кеньоны? Победы в еврокубках – это не заслуга менеджмента, а триумф богатого спонсора. В России действительно кризис. Вашему футболу не хватает людей, способных перевернуть философию клуба.
«ФУТБОЛ ОЧИСТИТСЯ ПОСЛЕ КРИЗИСА»
— «Арсенал» с приходом Венгера сразу перестроился на новую философию?
— Нет, когда пришел Арсен, едва ли не самым молодым футболистом команды был 31-летний Олег Лужный, которого я устроил в Лондон. Играли «старики» – Адамс, Киоун, Овермарс, Бергкамп, Диксон, Симен. Венгер все это поменял. Постепенно, конечно.
— Российские тренеры способны проделать это сами, не обладая харизмой и должностными полномочиями Венгера? Сами, то есть без помощи менеджеров?
— Нет. На мой взгляд, а я окончил советский вуз, тренерская наука в России на куда более высоком уровне, чем в Европе. Но футбольных менеджеров в советских и российских вузах не готовили. Советские и российские специалисты умеют только тренировать. Футболистам же, которые не хотят становиться тренерами, недостает опыта обычной человеческой жизни. Во время карьеры за них водят автобус, готовят обед, чистят бутсы, гладят форму… Они по большей части, уйдя из футбола, совершают глупые ошибки. Они не готовы вот так, сразу, стать генменеджерами клуба. Им надо учиться.
— Это тупик, Шандор. Наш футбол не слезет с нефтяной иглы, потому что не является бизнесом. Бизнесом не стать, потому что в стране не готовят футбольных менеджеров. Менеджеров не готовят, потому что не из кого – футболисты инфантильны. Кризис не на фондовом рынке, а в головах?
— Да. Бывший тренер «Челси» Авраам Грант рассказывал мне, что как-то, работая в одной из команд, приглашал к футболистам людей разных профессий – школьного учителя, врача, банкира, крестьянина… Делал это для того, чтобы игроки понимали, как живут обычные люди, работающие по 12 часов в день.
Футболисты в своей основной массе — как дети. Они просто не знают жизни. Они не могут понять, что человек, который даже очень хорошо бежит и бьет по мячу, не может зарабатывать в сто раз больше, чем хирург, каждодневно спасающий жизни людей! Ненормально, когда бюджет даже самого большого клуба превосходит бюджеты городов. Вот поэтому-то, чтобы такого разрыва не было, и необходимы кризисы. Их даже стоило иногда придумывать, чтобы люди вспоминали о реальных жизненных ценностях. Преданные футболу люди никуда из игры не денутся, а шелуха уйдет. Футбол очистится.
— Это приговор не кризису. А получается, приговор футболу.
— Так и есть. Кризис сделает то, о чем и мечтали болельщики. Разве не они говорили и писали, что игроки зарабатывают слишком много денег? Или то, что футболист не может стоить целого автопарка небольшого города? К сожалению, в России много тех, кто ставит в футболе на первое место деньги, тех, кто не любит игру. Тех, кто зашибает деньгу. В этом виноват и менеджмент клубов. Я на кризис смотрю с надеждой. Он уничтожит шабашников. А звезды никуда не денутся.