ЭКСКЛЮЗИВ
Бонусы букмекеров
ВЕЛОСПОРТ. ЭХО ТРАГЕДИИ
ВОЗВРАЩАЯСЬ К НАПЕЧАТАННОМУ
Прошло больше года после загадочной смерти перспективной велосипедистки сборной России Юлии Арустамовой (см. «Совет- ский спорт» от 14.08.07). За это время в кунцевской прокуратуре успели прекратить следствие по этому делу и потерять личные дневники Юлии, являвшиеся вещественным доказательством. А в Комитете по физкультуре, спорту и делам молодежи Госдумы и недавно прекратившем свое существование Росспорте даже не заинтересовались запутанной историей. Как это обычно бывает, пошумели и забыли…
«ЮЛЯ ХОТЕЛА ВЫЙТИ ЗАМУЖ»
Почти полтора года прошло с момента смерти одной из самых перспективных велогонщиц страны – 24-летней Юлии Арустамовой. О том, что произошло вечером 27 июня 2007 года в доме, расположенном неподалеку от велотрека в Крылатском, где Юля проживала вместе с 67-летним (на тот момент) спортивным психологом Рудольфом Загайновым, мы рассказали в номере за 14 августа 2007 года.
Официальная версия – девушка повесилась на смесителе в ванной комнате. Однако слишком много вопросов осталось у родных и тех, кто был просто знаком с Юлей.
За время, что длилось следствие, мама Юли заметно постарела. А папа не выдержал психологического шока и скончался от тяжелой болезни. Юля знала о тяжелом состоянии отца и мечтала успеть привезти папе олимпийскую медаль. Не важно, какую, главное – олимпийскую. Ведь именно папа с детства водил ее по спортивным секциям. Но…
А еще Юля очень хотела выйти замуж и родить ребенка. От Загайнова. Она и не подозревала, что он официально женат. Почему же человек, у которого было столько грандиозных планов на эту жизнь, решил с ней попрощаться? Прокуратура так и не нашла ответа на этот, самый главный вопрос.
– Дело не сдвигается с мертвой точки, – вздыхая в телефонную трубку, произносит Татьяна Анатольевна, мама Юли. – Доследственная проверка шла почти год. Во всех моих просьбах мне было отказано: в проведении следственного эксперимента, в эксгумации тела. Следователи менялись один за другим (всего их было три), а толку никакого.
– Вы проводили независимую экспертизу?
– Да. И эксперт сказал, что уверен в том, что борозда от петли на шее Юли была сделана уже после смерти. Но для того, чтобы это доказать, нужна эксгумация тела. Ее разрешат только в том случае, если возбуждается уголовное дело. Вот и получается замкнутый круг… Я уверена, что никто просто не хочет разбираться в этом деле.
– Вы же обращались и в Генеральную прокуратуру.
– Обращалась… А что толку? В ответ тишина. Ходила я и в Росспорт, где также решили отстраниться от этого дела, да и в федерации велоспорта успокоились. Но больше всего меня поразило отношение легендарного хоккеиста Владислава Третьяка, который тогда занимал пост руководителя Комитета по физической культуре, спорту и делам молодежи в Госдуме. Он вышел и сказал, что ему не до моих проблем. Дословно произнес: «Ко мне сейчас придет министр обороны. Как вы думаете, кто важнее: ваша дочь или он?» Мне просто плюнули в лицо…
ЧЬЕ ВСКРЫТИЕ СДЕЛАЛИ СУДМЕДЭКСПЕРТЫ?
– Почему эксперт уверен, что петля была накинута уже после смерти?
– Потому что борозда была не характерной для самоубийства. Она вовсе не глубокая, с одной стороны меньше, с другой – больше.
И потом – никто этой борозды сначала не видел. Ни приехавшие на место происшествия медики, ни милиция, ни свидетели… Юлю ведь даже в петле никто не видел. Загайнов ее якобы перенес на кровать.
2 января, когда у меня умер муж, я прошла всю цепочку необходимых формальностей. Ко мне приехали «скорая» и милиция. Все подошли, осмотрели тело. Я потом специально рассказала им ситуацию с дочерью и спросила: можно ли борозду не заметить? Они ответили, что это невозможно.
– Этого недостаточно для возбуждения уголовного дела?
– Мне сказали, что нет. Да что там мнение эксперта?! Помните, я говорила в интервью «Советскому спорту» о том, что есть много вопросов к судебно-медицинской экспертизе (номер за 14 августа 2007 года). Там и шрам на ноге Юли от падения с велосипеда не заметили, и еще много различных примет. У меня тогда сложилось впечатление, что сделано вскрытие совсем другого человека. Так вот, когда я благодаря адвокату подала заявление на то, чтобы часть органов отправили на ДНК, результаты не совпали с судебно-медицинским заключением! Там обследовали совсем другое тело, как я и думала.
– И этого тоже недостаточно для возбуждения уголовного дела?
– Такой же вопрос я задала следователю. На что он мне сказал, что уходит из кунцевской прокуратуры и мое дело снова передают другому человеку. А начальник следственного отдела Ефимов вообще был удивлен, что я зашла так далеко и настояла на анализе ДНК. Но мне было сказано, что, возможно, медики ошиблись. Когда же уволился Ефимов, то прокурор мне заявил, что потеряны личные дневники моей дочери. Это же вещественное доказательство! Или, если хотите, личные вещи Юли, ее собственность! В общем, дело закрыли, почти все потеряли… Сейчас я понимаю, что мне нужен очень хороший адвокат, для того чтобы что-то сдвинуть с мертвой точки. Но на него нет денег.
«ПОВЕСИТЬСЯ НА СМЕСИТЕЛЕ ОТ РАКОВИНЫ – НЕВОЗМОЖНО»
– Вы упомянули следственный эксперимент. Чем, на ваш взгляд, он мог помочь в этой ситуации?
– Когда мы общались с одним из следователей, он мне показал материалы дела, и там было четко написано: петля была закреплена на смесителе, где раковина. Я-то думала, что она была на душе. Так вот, смеситель находится на уровне живота. При росте 1 метр 73 сантиметра и весе 63 килограмма в полусидячем положении повеситься просто невозможно.
– Что планируете делать?
– Для начала хочу обратиться к экстрасенсу. Знаю, что можно ввести человека в гипноз и он увидит все как наяву. Ну а дальше будет видно. Мне очень тяжело биться в закрытую дверь. Наши правоохранительные органы больше напоминают стену, которую не проломить.
– Кстати, о гипнозе. В одном из выпусков телепередачи «Битва экстрасенсов» ее участник Алексей Фад сказал, что Юля была подвержена гипнозу с установкой на самоубийство. Вы верите в эту версию?
– Все возможно. Тем более Загайнов не скрывает, что отлично владеет гипнозом.
– Рудольф Загайнов вам еще звонит?
– Последний раз месяц назад. Договорился до того, что Юля домой пришла в 11 вечера, хотя время смерти стоит в 22.40.
– Больше не угрожает?
– Нет.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Юлия АРУСТАМОВА
Родилась 11 августа 1982 года в Москве. Умерла 27 июля 2007 года.
Окончила общеобразовательную школу № 1130.
В 2004 году получила диплом о высшем образовании Московского государственного социологического университета по специальности «юрист».
Занималась велоспортом с 1996 года. Специализация – темповые трековые виды. Многократная чемпионка России, чемпионка Европы в велогонках на треке. Победитель и призер этапов Кубка мира (2002–2007). Бронзовый призер Кубка мира сезона-2006/07 в общем зачете в своей коронной дисциплине «скретч». Тренеры – Гарри Геворков и Татьяна Филимонова.
КАК РАЗВИВАЛИСЬ СОБЫТИЯ
27 июля 2007 г.
При странных обстоятельствах умирает велосипедистка сборной России Юлия Арустамова.
Вот события рокового вечера:
20.20. Звонок Загайнова маме Юлии Арустамовой:
– Алло, Юля у вас?
– Нет. А почему она должна быть у нас?
– Два часа назад она пошла мусор выносить. Я уже стол накрыл, а ее нет.
– Я не знаю, где она.
– А вы знаете, что на трек приезжал ее бывший молодой человек?
– Нет.
– Ладно, я пойду ее искать.
20.39. SMS-сообщение Юле от мамы. «Ты где? Тебя ищет Рудольф Максимович».
21.05. Ответ Юлии Арустамовой: «Мама, все нормально, я ложусь спать».
21.07. Ответ Юлии на звонок Татьяны Анатольевны:
‑– Мама, я устала, ложусь спать. Завтра у меня очень трудный день.
22.40. Наступает смерть.
23.00. Загайнов вызывает «скорую», которая ставит диагноз: острая сердечная недостаточность.
23.15. «Скорая» вызывает милицию.
29 июля 2007 г.
Кунцевская прокуратура г. Москвы начинает следственную проверку по делу Арустамовой.
август 2007 г. – сентябрь 2008 г.
Поочередно меняются три следователя, ведущих это дело.
сентябрь 2008 г.
Проверка по факту смерти велосипедистки прекращается за неимением улик для возбуждения уголовного дела. При этом до сих пор мать Юлии Арустамовой не получила никаких официальных документов по факту закрытия дела.