Билет на сборную – в подарок. Феномен интереса к футболу на примере одной отдельно взятой игры

Не знаю, как вас, дорогие читатели, но меня сообщение о предполагаемом аншлаге в «Лужниках» удивило крайне. И на игру я шел с двумя репортерскими целями – выяснить феномен интереса к спору команды Хиддинка с отнюдь не «топовым» Азербайджаном, а также составить портрет современного болельщика сборной России.

С портретом вышло не так просто. Уж больно много их оказалось, современных болельщиков, и все разные. Потому отчет о проделанном «исследовании» мог получиться в стиле письма дяди Федора из деревни Простоквашино, в котором «лапы ломит, шерсть лезет и хвост отваливается».

На выходе из метро «Спортивная» людская река, погоняемая добрыми советами милиционеров «не задерживаться» и «больше трех не собираться», приняла меня в свои объятия и метров сто пронесла по направлению к стадиону. С трудом выбравшись на «берег», то есть на обочину, я набрал побольше воздуха и снова нырнул за добычей.

Первым объектом исследования стала группа молодых людей, собравшаяся в нарушение всех правил в количестве не трех, а четырех человек. Впрочем, оказалось, что это две группы, хотя выглядели они очень похоже – с российским триколором на физиономиях.

Пара молодых людей застряла у метро в ожидании подруги, которая по неискоренимой женской традиции опаздывала. Даже на футбол. А вторая – девушка и парень – ждали друга. Друг должен был передать им билеты на игру, но даже не отвечал на звонки.

– Черт, ну где его носит? – волновалась девушка, не попадая по кнопкам телефона. По виску у нее нервно ползла капелька пота. – Ну, пусть он только появится! Я ему устрою…

Окружающие заранее сочувствовали парню. Список ожидавших его наказаний был суров и даже жесток. «Я спокойна, я спокойна», – уговаривала себя фанатка, прижимая аппарат к уху, и тут же свободной рукой била под дых рядом стоящего приятеля. Тот стойко терпел.

– Макияж у вас хороший, – попытался я отвлечь девушку комплиментом.

– Это мы сами нарисовали, – выдохнула она, мельком взглянув на меня. – Только что. В парке Горького. Гуашью. Самая безопасная краска для кожи.

– Вы на футбол часто выбираетесь? – я стремился продолжить разговор.

– Постоянно. Я – «паровоз», – сообщила девушка о симпатии к «Локомотиву» и вновь сосредоточилась на трубке.

– Хм-м. Я тоже «паровоз», – с философской многозначительностью заметил парень из другой компании. Именно он, как выяснилось, и одолжил свой телефон девушке. Мне показалось, что зря. Он мог не дожить до футбола.

– Как думаете, почему сегодня так много болельщиков на игру собралось?

– Соскучились по сборной. Первый раз в этом году играет. Да и следующая игра – только осенью. Ну и азербайджанцев в Москве много…

Я так и не дождался экзекуции над опаздывавшим другом разукрашенной парочки. Пошел искать болельщиков сборной Азербайджана. Сказали, что они собираются неподалеку и группами идут на стадион.

– Уже ушли, – сухо заметил милиционер, к которому я обратился за помощью. – Их немного было. Человек тридцать. Да вообще ожидается немногим больше нашего.

– Как это больше нашего? – удивился я. – То есть полстадиона будет против России болеть?

– Нашего – это милиции, – пояснил человек в форме. – И ОМОНа.

Из предматчевых сводок я уже знал, что на игре работают около 4000 стражей порядка. Значит, разгадка интереса к сборной крылась совсем не в большом количестве азербайджанских фанов.

Тогда в чем же?

– Так ведь праздник! – ошарашил меня молодой человек по имени Геннадий. Вместе с девушкой Светланой он стоял под мостом, тоже ожидая друзей.

– Какой праздник?! – удивился я, рассмотрев в руках у Светы изящную белую розу.

– Как какой? Сборная играет. Видите, сколько народу? Праздник! – убеждал меня Гена. – Я вот на сборную всего второй раз в жизни пошел. Причем первый раз еще в младенческом возрасте случился!

– Так-так. А чего вдруг сейчас собрались?

– Ну как чего? Захотел и собрался.

Более развернутого ответа мне добиться так и не удалось. Через пару минут я отошел в сторону – не стал портить людям праздник глупыми расспросами.

И тут же наткнулся на толпу. Там тоже были футбольные фанаты, но их явно объединяло что-то еще. Пару секунд – и я разобрался, что именно. Все они стояли в очереди в туалет. Платный. Минутное удовольствие – 30 рублей.

– Ско-олько? – делал круглые глаза очередной подходящий фанат. – Тридцать? Слуш, Вить, подожди меня здесь. Я щас.

Друг Вити обходил синие кабинки с другой стороны и через минуту возвращался довольным. Да уж, если билеты на футбол стоили вполне по-божески – спасибо организаторам! – то расценки на туалет отпугивали более половины потенциальных клиентов. Кризис все-таки на дворе…

В общем, портрет болельщика понемногу складывался. Во-первых, он скорее молод, чем в возрасте. Во-вторых, скорее экономный, чем транжира. Пятьсот рублей за билет или двести за флаг России – пожалуйста. А вот тридцать за туалет – уже перебор. В-третьих, в меру агрессивный. Машинист поезда метро, в котором я добирался на игру, на каждой станции обращался к пассажирам: «Не раскачивайте вагон!», а по эскалатору, везущему толпу на свежий воздух, по древней традиции нескончаемым потоком летели вниз монеты, грозя попасть кому-нибудь в глаз.

Вместе с тем нападок на гостей из солнечного Азербайджана никто совершать не стремился. Фиксируя маленькие группки болельщиков команды-соперника, дюжие молодцы в бело-красно-синих шарфах лишь повышали голос в своих речовках: «Россия! Россия!».

Удивительно – даже за детей, которые тоже плыли в народной реке по направлению к стадиону, страшно не было.

– Мы из Тулы, – поведал мне дяденька средних лет, держащий за руку мальчугана в шапке «Зенита». – Точнее из Тульской области. Город Узловая. Нас целый автобус приехал. Я вот Алешку специально на игру привез…

Алешка, раскрасневшись от смущения, рассказал, что болеет за «Зенит» с 2005 года. Потому и шапка. А на настоящий футбол он выбрался впервые в жизни.

– Сколько же тебе лет? – поинтересовался я.

– Девять. Сегодня исполнилось, – ответил мальчишка. И, заметив мое удивление, добавил: – Билет на игру – это подарок. От мамы…

«Ого, – подумал я. – Если мать делает такой подарок своему ребенку, значит, футбол и правда становится все более привлекательным. Даже для тех, кто обычно им не интересуется».

И, оглядевшись, я увидел то, о чем должен мечтать каждый футбольный чиновник, если он по-настоящему переживает за популярность любимой игры. Семью, идущую на стадион. Счастливый мальчуган в шарфе сборной России сидел на шее у папы, с лица которого не сходила улыбка. Рядом едва поспешала за своими мужчинами мама, торжественно несущая в руках российский флаг.

– Сергей Попов, будущий футболист, – сообщил мне папа. И пояснил: – На шее у меня сидит. А меня зовут Алексей Попов. Жену – Наташа.

– А жена как смотрит на ваше увлечение футболом?

– Она же сама болельщица! Да вы у нее спросите!

– Положительно смотрю. Мы даже думаем ребенка в школу ЦСКА отдать, хоть и далеко нам ездить будет, – рассказала Наташа, когда я чуть сбавил шаг и поравнялся с ней. – Мы-то сами из Воскресенска.

– Как же вас угораздило стать болельщицей?

– Сын втянул! Я ведь футболом еще год назад не интересовалась. Да и муж тоже. А Сережа прошлым летом во дворе увлекся футболом – каждый день пропадал на «коробке». Спортивный канал у нас дома – с утра до вечера. Засыпаем под него. Потихоньку и мы втянулись. С этого года начали на стадион ходить. В Раменском были, теперь вот на сборную выбрались…

«Вот же она – разгадка! – осенило меня. – Почему дети прошлым летом стали не за компьютером до ночи засиживаться, а мяч во дворе гонять? Да потому что успехи «Зенита» в Кубке УЕФА и сборной на Евро научили их мечтать. Мечтать о победах, о тех эмоциях, которые дарит спорт вообще и футбол в частности. Мечтать о том, что когда-нибудь они сами выйдут на зеленый газон переполненных «Лужников», а за ними будут наблюдать тысячи глаз – мужских и женских, молодых и не очень. О том, что от звуков российского гимна у них побегут мурашки по коже, а любое удачное их движение будет сопровождать восторженный рев многотысячной толпы…»

И знаете, победа над Азербайджаном – это не только три очка в копилку сборной России в нынешнем отборочном цикле. Это жизненный маячок, награда за любовь к футболу для Алешки, Сережи и сотен других детей, не потерявших в этот день веру в СВОЮ сборную.