Главный тренер «Сатурна» Юрген Ребер: Готов к тому, что меня попросят на выход

В двух последних матчах «Сатурн» потерпел два сокрушительных поражения – от «Рубина» (0:5) и «Спартака» (0:4). А в перерыве между двумя разгромами корреспондент «Советского спорта» побывал на базе команды и взял интервью у Юргена Ребера. Возможно, это была последняя беседа с Ребером в роли главного тренера...

– Герр Ребер, вы в России уже восемь с половиной месяцев. Изменилось ли ваше отношение к российскому чемпионату?

– Я понял, что тренеру из Западной Европы проявить себя здесь очень непросто. Сложно объяснить российским игрокам, как мы привыкли работать, а им, в свою очередь, – понять наш образ мышления.

– Приведите пример.

– В России есть возможность смотреть зарубежные чемпионаты – Англию, Испанию, Италию. Футболисты, играющие в этих лигах, трудятся до седьмого пота. Они отдают игре все! А вот в матче с «Рубином» у нас было только три-четыре футболиста, которые выкладывались, играли на пределе возможностей.

– На послематчевой пресс-конференции вы говорили, что таких игроков было шесть-семь.

– Да, сразу после матча я хотел как-то смягчить ситуацию перед журналистами. Но на самом деле на сто процентов выкладывались только Немов, Нахушев, Каряка и, возможно, Евсеев, который всегда старается играть на своем уровне, даже если я ставлю его на непривычную позицию.

– У вас претензии к игрокам по самоотдаче конкретно по матчу с «Рубином» или по всему сезону?

– Мы действительно начали сезон очень слабо. Но то, что «Сатурн» показал против «Рубина», – это не уровень профессиональной команды! В этой игре мы не проявили характера.

Команда попала в непростую ситуацию. Мы отдаем в другие клубы хороших игроков – таких, как Дюрица. А новых не покупаем. В конце прошлого сезона у меня были на примете три-четыре игрока, которые могли бы усилить команду. В клубе мне сказали, сколько денег мы можем потратить. Но затем трансферный бюджет был урезан до нуля.

Я не жалуюсь, потому что прекрасно все понимаю: ведь финансовые трудности в нынешние времена есть не только у нас, а у многих клубов. Затем мне сказали, что «Химки» с «Сатурном» могут объединиться. Но этого не случилось. В итоге в чемпионате России играют две команды с маленькими бюджетами и идут на самых последних местах.

Ситуация, в которую мы попали, сложная, но не безнадежная. У нас игроки хорошего класса. И если команда будет выходить на поле и драться, тогда все у «Сатурна» получится.

– Вы жаловались, что у вас слишком много одинаковых игроков в центре поля.

– Это правда. У нас есть Каряка, Лоськов, Воробьев, Еременко. Абсолютно одинаковые игроки! Невозможно ставить их в состав одновременно. Все они хорошие, техничные футболисты. Но у всех одинаковый минус – каждый из них не умеет обороняться. Футбол в последнее время изменился. Если ты потерял мяч, то тебе надо не расслабляться, не выключаться из игры, а стараться отобрать его назад. Это – требование для всех футболистов группы атаки!

Посмотрите, как играют в Европе! Вы видели полуфинал Кубка УЕФА «Гамбург» – «Вердер»? Полузащитник бременцев Диего – фантастический игрок, настоящая звезда. Тем не менее, когда он теряет мяч, он никогда не выключается из игры. Вы бы видели, как он борется, чтобы вернуть его! У нас нет игроков такого класса, как Диего или Месси. Но наши футболисты могут драться на поле так же, как они.

Мы проводили командные собрания, на которых мы смотрели видео нашей игры с «Рубином». И вот что мы увидели: один игрок ходит по полю пешком, другой игрок – тоже, третий не прессингует. И что получается? Полное дерьмо!

– Как игроки отреагировали на крупное поражение от «Рубина»?

– Как всегда. Молча. Они не произнесли ни слова. Посмотрите, что делают игроки, когда мы пропускаем. Они смотрят себе под ноги, все словно сжимаются. Будь я на их месте, я бы хотел убить кого-нибудь из соперников!

Наши игроки не общаются друг с другом на поле. Когда я был капитаном леверкузенского «Байера», я никогда не молчал, когда мы попадали в трудные ситуации. Я и еще два самых сильных игрока командовали на поле, подсказывали другим. Тренер не всегда может докричаться до игроков во время матча. Поэтому игроки сами должны подсказывать друг другу. Футбол – это командный, а не индивидуальный вид спорта. Можно проводить сколько угодно тактических занятий с командой, но если игроки молчат на поле, ничего никогда не изменится.

– Евсеев был выставлен на трансфер зимой и даже проводил часть предсезонки с другой командой – «Кубанью». Сейчас же он выходит в стартовом составе в каждом матче.

– Я доверился Евсееву и Лоськову, потому что они умеют разговаривать на поле, подсказывать другим игрокам. Потому что они – знаменитые игроки, у них есть характер. Неужели мне ставить игрока, который чуть быстрее Вадима, но все время молчит? То же самое с Лоськовым. Я очень уважаю таких игроков. Они выигрывали титулы, но все равно хотят играть. На тренировках они бьются, как никто другой. Идеальный вариант, конечно, иметь в команде молодого Евсеева и молодого Лоськова. Тогда у тебя будет хорошая команда. Но даже сейчас, в свои годы, они все равно лучше, чем их конкуренты. Вадим и Дмитрий – единственные игроки, умеющие общаться на поле. А я хочу слышать подсказки от всех. Прежде всего от нашего капитана Игонина.

– Гус Хиддинк тоже говорил об этой проблеме, возглавив сборную России. Быть может, молчание на поле как-то связано с нашим менталитетом?

– Да, я убежден в этом. Есть и кое-что еще, чего россияне не понимают. Когда я кричу на игрока, он шарахается от меня, как будто я хочу его убить! Но надо понимать, что на большом поле невозможно разговаривать шепотом: «Иванов, пожалуйста, сделай то…». А они думают, что я на них сержусь. Как же они не могут понять, что я всего лишь хочу им помочь, а не просто накричать на них! Футбол – эмоциональная игра. И тренер иногда обязан кричать…

Игроки знают меня уже восемь месяцев. Они знают, как я живу. Я все время думаю о футболе, живу, как профессионал. И они должны жить так же. Я живу здесь, на базе «Сатурна», и не могу контролировать их досуг в Москве. Надеюсь, что они живут, как профессионалы. За это они, собственно говоря, получают зарплату.

– Как вы стараетесь изменить эту ситуацию?

– А что может сделать тренер? Говорить с ними. Общался тут с Кириченко: «Ты видел, как бегает Руни, как он борется за мяч?». Знаете, что Дима мне отвечает? «Ну, я же не Руни!». Да я прекрасно знаю, что ты не Руни! Я не требую играть на уровне форварда «МЮ». Но требую только биться так же, как это делает Руни и как это делают остальные его партнеры.

– Быть может, игрокам требуется более «жесткая рука»?

– К сожалению, у меня мало возможностей, чтобы влиять на команду. Не могу сказать игроку: плохо работаешь – на выход. Вместо тебя попробуем другого. Знаете, как работает Феликс Магат в «Вольфсбурге», который сейчас идет в лидерах бундеслиги? Он может сказать игрокам: «Не хочешь бегать – иди вон. И ты вон. И ты!..». Я не могу так. Игроки чувствуют, что конкуренция со стороны молодых отсутствует.

– Но ведь в конце прошлого сезона вы выпускали на поле дублеров – и они не ударили в грязь лицом.

– В молодежной команде есть перспективные игроки. Во время предсезонки я подумывал о том, чтобы привлечь к основе полузащитника Темникова. Но ближе к старту чемпионата он начал нервничать, совершать детские ошибки. Также у нас есть великолепный форвард Юрченко. У него есть все – невероятная скорость, удары с обеих ног, игра головой. Он сильнее всех наших форвардов. Помните такого темнокожего игрока в сборной Германии – Одонкора, который играл на чемпионате мира-2006? Так вот Юрченко – игрок такого же плана, только на голову сильнее! У него только одна проблема – с головой. Он забывает все, что ему говоришь, примерно через 30 секунд. Машины, мобильные телефоны для него интереснее, чем футбол. Он не реализует свой талант из-за собственной глупости. Он не живет, как профессионал.

– Есть ли выход из всей этой ситуации?

– Уверенность обретается только через победы. А побеждать можно, только если ты бьешься изо всех сил. Вот и весь урок. Я понимаю, что если у команды не получается, то виноват тренер. Если что-то пойдет не так и меня попросят на выход, я приму это и вернусь домой. Я не хочу уходить, но я буду готов к такой ситуации.

– Сменим тему. Ужесточение лимита на легионеров – благо для России?

– Думаю, что это очень важно для вашего чемпионата. Но если таким образом стимулировать появление игроков-россиян в основных составах команд, то тогда надо больше внимания уделять и подготовке молодежи. Нужно больше хороших тренеров, которые могли бы работать с ними и над техникой, и над менталитетом. У меня в «Сатурне» удивительная ситуация. Здесь только два футболиста, умеющих играть левой ногой! Причем один из них – в молодежной команде. То есть во взрослой – только один, Нахушев.

– В Казани недавно произошел отвратительный инцидент: на трибуне болельщиков «Спартака» появился баннер, приуроченный к юбилею Гитлера. Возможны ли такие «поздравления» в Германии?

– В моей стране никто не потерпит такой баннер на трибунах. Людей, поднявших такую надпись, мгновенно выследят и выведут с трибун. И они больше не попадут на стадион. Думаю, то же самое произойдет и в любой другой западноевропейской стране.

– Что вас еще расстраивает из нефутбольного?

– Пробки. Два часа до Москвы, два часа обратно – это слишком долго. И когда я один на базе, то медленно схожу с ума. По правде говоря, я очень скучаю по Берлину и по своим друзьям…

Вчера вечером корреспондент «Советского спорта» дозвонился до Ребера, чтобы узнать его дальнейшие планы. Вот что сказал немецкий тренер:

– Я продолжаю работать с командой. Знаю от Жиганова о его уходе из клуба. Но о моей отставке я ни с кем не разговаривал.

– Вы считаете, что есть какой-то смысл в вашей дальнейшей работе с «Сатурном»?

– «Сатурн» – не самый сильный клуб, поэтому мы можем только делать выводы из наших последних поражений. Будем работать над своими ошибками.